Сердце бури
Шрифт:
Старик вел за руку свою спутницу — смуглолицую девушку в свободном шелковом платье. Иногда — казалось, исключительно для виду — девушка строптиво упиралась, напрягая руку в слабых попытках освободиться. Тем самым она как бы говорила, что если и подчиняется обстоятельствам, то с крайней неохотой. Видимо, бегство было не в ее характере. Однако старый аристократ оставался непреклонен, и его хватка не ослабевала ни на мгновение.
Это была леди Антиллес в сопровождении своего опекуна и воспитателя лорда Мериана.
Охранник несколько удивлся их появлению, ведь в
Мериан сообщил имя Полы. Охранник бегло сверился со своими данными, после чего безоговорочно согласился пропустить ее.
Старик втолкнул свою воспитанницу за силовую ограду. Только теперь их руки разомкнулись, и девушка пару раз моргнула, борясь с поступающими слезами. В последний раз она взглянула в лицо человеку, который многие годы был ей, словно родной отец, — и, не найдя, что сказать, бросилась к кораблю.
Потом, поднявшись по трапу, она еще раз оглядела толпу с высоты, стараясь увидеть лорда Мериана, но так и не сумела различить его.
***
На командном мостике «Хищника» быстро заметили звездолет, покинувший поверхность планеты.
— Это кореллианский корвет модели CR90, — доложил кто-то из технического персонала внезапно выросшему прямо перед ним генералу Хаксу. — Корабль сопровождают десять истребителей.
— Что прикажете делать, сэр? — осведомился другой служащий, носивший нашивки полковника.
На некоторое время генерал углубился в раздумья.
Очевидно, что все это неспроста. С наибольшей вероятностью, неожиданный старт корвета — не что иное, как дерзкая попытка вывезти из опасной зоны лучших людей столицы. Скорее всего, членов правительства. В любом другом случае военные силы вряд ли стали бы обеспечивать корвету прикрытие.
— Прикажете приготовить абордажную команду? — робко поинтересовался подоспевший Митака. Даже обычно недалекий лейтенант, и тот сообразил, в чем дело.
Хакс внезапно обернулся и поглядел на незадачливого офицера с такой холодной решительностью, что тот невольно содрогнулся.
— Отставить, лейтенант. Полковник, какой из наших кораблей находится ближе всего к корвету?
— «Уничтожитель», сэр, — отозвался тот.
— Отлично. Передайте на борт «Уничтожителя», пусть артиллерия открывает огонь по цели.
— Но сэр, — Митака явно замялся. Странная, зловещая легкость, с которой генерал в одночасье решил судьбу нескольких сотен жизней, обескуражила его настолько, что молодой человек отважился возразить. — Скорее всего, на борту корвета находятся члены вражеского правительства. Не лучше ли нам было бы попытаться захватить их живыми, чтобы использовать как заложников?
— Нет, — оборвал его Хакс.
Лицо генерала и прежде было суровым, но теперь оно сделалось вовсе непроницаемым, внезапно отразив ту самую мрачную одухотворенность, с которой бывший хозяин «Старкиллера» некогда взирал, как орудие станции впервые приходит в действие.
— Довольно Первый Орден церемонился с этим сборищем демагогов, с этими паразитами большинства миров! Довольно мялся на
Это унижение. Это смерть. Это тысячи, десятки тысяч жизней имперских служащих — не только военных, но и обычных работяг, — унесенные взрывом «Звезды Смерти». Это бесконечные показательные судилища и казни, которые последовали за битвой при Эндоре. Это последние герои гибнущей Империи, чьи тела ныне гниют в песках Джакку, и разбитые судьбы тех, кто остался жив. Это оплеванная верность, никому не нужные долг и честь, мечты, обращенные в пыль. Это тридцать лет забвения и бесчестья. Это Люк Скайуокер — террорист и отцеубийца, ставший всенародным героем… И все ради того, чтобы эти клоуны в дорогих одеждах могли дорваться до имперской казны!
Армитиджу, от рождения принадлежащему к горестному сословию имперских офицеров, определенно было что сказать на сей счет.
— Выстрел «Старкиллера» раз и навсегда положил конец бесполезным реверансам, — утверждал Хакс. И все, кто видел его в этот момент, сознавали, что генерал не просто говорит одну из своих вдохновляющих речей, заранее выученную назубок. Сейчас — быть может, впервые в жизни — он говорил спонтанно, от сердца. — И теперь нам необходимо продолжать выбранную линию бескомпромиссной борьбы. Нужно показать, что флот Первого Ордена прибыл сюда с единственной целью — ради победы. Решительной, безоговорочной. На меньшее мы не согласны.
С этими словами Хакс вновь развернулся к экрану и, бросив холодный взгляд на полковника, сказал коротко:
— Выполняйте.
Полковнику не оставалось ничего другого. Он поторопился запросить связь с разрушителем.
***
«Уничтожитель» начал сближение с корветом, намеренно заходя с левого бока — именно там, слева в нижней части корпуса у кореллианских кораблей такого класса расположены генераторы дефлекторных щитов.
Когда разрушитель приблизился, из его ангаров вылетели несколько десятков истребителей. Один за другим СИДы рванули в космическое пространство и бросились преследовать «Y-винги», рассыпая кругом лазерные вспышки.
На борту корвета летная команда заметила этот смертоносный танец.
Первый пилот доложил капитану:
— Судя по всему, неприятель перенял нашу тактику.
Было ясно, что TIE-истребители нужны, в основном, для того, чтобы отвлечь на себя внимание эскадрильи «Рапира», пока орудия разрушителя пытаются пробить дефлекторные щиты на «Тантиве».
— Если позволите, сэр, — первый пилот немного прищурился, — следует дать хотя бы один залп…
— Не стоит, — возразил капитан, рассудив: «Только не теперь, когда у нас на борту полно пассажиров. Наша первоочередная задача — сохранить их жизни, этой задачи и будем придерживаться». — Сколько остается времени до перехода в гиперпространство?