Сердце бури
Шрифт:
Всхлипнув в последний раз, Бен отбрасывает одеяло и выбирается из постели. Его босые ноги касаются холодной плитки на полу. Мальчик мнется и зябко подрагивает.
Из темноты на него глядит собственное улыбающееся лицо. Бена передергивает прежде, чем он успевает сообразить, что это такое. Картина, которую они с мамой недавно привезли с Набу. Подарок от старого Пало, который называл его «маленьким принцем». Бен запомнил об этом человеке только две вещи: во-первых, что от него странно пахнет краской, грифелем и какими-то местными травами; и во-вторых, что когда-то в молодости он был влюблен
— Я тебя не боюсь, — бросает Бен в лицо ночи.
Впервые он отваживается противостоять тому, что мучает его каждую ночь с тех самых пор, как он себя помнит.
Акулы не боятся ничего, его папа — тоже один из акул. Генерал Хан Соло, контрабандист Хан Соло — самый отважный человек во всей галактике; порой Бену думается, что отец храбрее даже дяди Люка, хотя сам Хан и отрицает это, и вообще против подобного сравнения.
Бен уверен, что когда он вырастет, то и сам станет акулой. А для этого нужно победить свой страх раз и навсегда.
— Я не боюсь, — еще смелее повторяет он.
И неожиданно получает ответ:
«Тебе и не нужно меня бояться».
Бен теряется, не зная, что сказать. До сих пор он лишь чувствовал чье-то присутствие, слышал неясное бормотание во тьме. Но никогда прежде нечто не обращалось к нему напрямую. Это ли не доказательство, что нечто — никакой не сон и не выдумка? Его родители ошибались, а Бен… он был прав.
Что-то неведомое, абстрактное вдруг начинает обретать вполне конкретные черты. И страх в душе ребенка постепенно уступает недоумению и даже некоему подобию любопытства. Как мало, оказывается, нужно было для того, чтобы избавиться от кошмара — всего-навсего заговорить с этим существом!
— Кто ты? — спрашивает Бен все еще настороженно, однако уже не так нервно, как прежде.
«Называй меня «Верховным лидером». Или «учителем», ведь я действительно собираюсь учить тебя».
— Чему?
«Силе. Могуществу. Искусству побеждать. Тому, чему никто другой не сможет тебя научить. Даже твой дядя».
— Мой дядя — великий джедай, — возражает Бен, слегка насупившись.
Призрачный голос наполняется злой иронией:
«Твой дядя силен и многое умеет. Но великий… запомни, Бен, истинное величие определяет только одно: великий человек никогда не отказывается учиться. Он всегда ищет. Всегда совершенствует свои навыки, не останавливаясь на достигнутом».
Голос умолкает. Но лишь затем, чтобы, выдержав многозначительную паузу, прибавить:
«Тебе суждено превзойти Люка Скайуокера».
Что-то внутри Бена восторженно замирает. Ведь он знал… всегда знал, что он такой же, как дядя!
Голосу — Верховному лидеру? учителю? — внезапно удается упорядочить его нестройные мысли одной простой фразой:
«Ты чувствителен к Силе, малыш Бенни».
Бен молчит, переводя дыхание.
Подумать только, он не ошибся! Он тоже одарен Силой! Таинственная космическая энергия, о которой часто упоминал дядя — та самая энергия, которая, по словам Люка, наполняет собой все живое и связывает воедино; это она вдыхает в тело жизнь, являясь как бы источником самой человеческой души, — эта энергия отметила и его, Бена, своим неуловимым поцелуем. Выходит, когда-нибудь и он тоже сможет показывать такие же
Однажды Бен видел, как Люк Скайуокер тренируется с учебным дроидом, отбивая слабые плазменные заряды световым мечом. Сейбер так и плясал в его руках, превращенный ловкими движениями джедая в вихрь изумрудных искр. Так красиво. Так быстро…
Мама всегда настрого запрещала Бену прикасаться к сейберу дяди, говоря, что это — опасная игрушка. Только чувствительный к Силе может управиться со световым мечом.
Но если он чувствителен к Силе, значит, он тоже сможет.
Сможет владеть собственным сейбером. Сможет стать джедаем! Он — малыш Бенни, смешной и странноватый шестилетний карапуз!..
Круговорот детских мечтаний потихоньку складывается в целую картину славного будущего, которое еще совсем недавно показалось бы мальчику невероятным, невозможным. Интересно, можно ли обучаться владению Силой и одновременно летать вместе с папой?..
Однако восторг тут же перекрывает обида и гнев, заставляющие Бена не по-детски крепко сжать кулачки. Он понимает, что и мама, и дядя Люк тоже все знали. Знали, но не говорили ему.
Мама… неужели она боялась именно этого? Почему? Как она могла?..
Нечто касается его сознания, успокаивая и подбадривая. Неторопливо накрывая рассудок ребенка покрывалом сладкого дурмана.
«Не бойся, Бен, я с тобой. Я всегда был с тобой. И всегда буду. Я все расскажу тебе, когда придет время…»
Бен кивает в такт его монотонному говору, словно послушная кукла.
«Только не говори ничего своей маме и дяде Люку», — предупреждает Верховный лидер, хотя мог бы и не говорить этого. Бен и сам понимает, что родные вряд ли одобрят эту странную дружбу.
Мальчик вынужденно признается самому по себе, что ему повезло. То, что прежде пугало его, отныне будет оберегать и учить. То, что отгородило его от родителей, теперь спасет от одиночества. Прежний кошмар станет его опорой в этом мире. Его спасением. Его сокровенной тайной…
Если бы он понимал тогда, в шестилетнем возрасте, то, что понял сейчас!
Сила многое дает, но и спрос у нее высок. У Силы множество обличий, и некоторые из них опасны. Иногда она предстает огромной бушующей воронкой, простершейся прямо над головой. Сквозь эту воронку звучат тысячи голосов, и ты поневоле внимаешь каждому из них. Ты, словно громоотвод, стоишь в одиночестве, открытый всем ветрам, всем кошмарам, всем сумрачным отголоскам каких-то событий, не имеющих к тебе никакого отношения; обреченный принимать на себя удары молнии…
Существуют техники, которые помогают таким, как он, до определенной степени закрыться, абстрагироваться от этих неконтролируемых вспышек, которые у джедаев называются «возмущениями в Силе». Однако ребенком Бен попросту не знал о них.
В детстве его некому было защитить. Но теперь его опыта хватит, чтобы помочь другому человеку — близкому человеку. Тому… той, которая сама не так давно положила все силы, чтобы избавить его от ужасов ночи. Той, что пела, сидя рядом с ним, пока его не покидали видения пережитого в замке.