Темные берега

Антипова Елена Георгиевна

– Помочь?
– Марула села рядом подобрав под себя ноги и не забыв натянуть пониже на лоб прошитый чёрными нитками край накидки.

– Не скажу я ни кому, можешь не плясать кругами.
– Отмахнулся светлинец, немедленно устыдившись своей резкости. Девчонка ж не виновата в том, что он едва караул свой не проспал.

– Я всё равно уйду.
– Пожала плечами горячеозёрка, отобрав шнурок, которым Вел безуспешно пытался стянуть волосы. У неё это вышло на много быстрее и аккуратнее.

– Нас проводи наперво, а то и себе дорогу загубишь и нашу вновь завернёшь.
–

Благодарно кивнув, предостерег он.

– Так то не я, старшина-похмарник.
– Фыркнула Марула, незаметно переняв тайеровское ругательство.

– Видно до души ты к нему пришлась. Никак не за Хайду, за себя радеет.
– Предположил за спиной Талас и Велдар испуганно шарахнулся, снося кучку набранных по зарослям веток.

– Что б ты пропал!
– вскакивая на ноги, вызверился на смеющегося попутчика светлинец.

Страж, проходя мимо, пнул спящего Афгара, тот пожелал скалящемуся северянину ещё более поганой участи, и Вел, плюнув, принялся собирать раскиданные дрова. В такие мгновения ему хотелось поскорее распрощаться с наёмниками, оказаться в Светлой и, по возможности, больше никогда не встречать их на попутной дороге.

Едва у огня появился охотник, сдергивая через голову не до конца расстегнутую куртку и, с ещё большей неаккуратностью, чем давеча Вел, собирая в куцый хвост растрёпанные волосы, Марула поспешила уйти.

– Тоже думаешь, что она до Сарзаса идти намерилась?
– спросил Велдар, распадского, провожавшего горожанку недовольным прищуром, делавшим его резкое лицо ещё более неприятным.

– Нет.

Светлинец вздохнул, он, впрочем, и не ожидал сейчас от наёмника особой разговорчивости. Хорошо хоть не послал...

– Но отпускать её все равно не думай.
– Мрачно посоветовал охотник, толкнув носком сапога откатившееся из кучи полено.

– Я и не собирался!
– возмутился Велдар.

– Наставнику рассказывай...

– Говор у неё странный.
– Талас подсев к огню, отпихнул в сторону Афгарову куртку, Вел поежился, косясь на его промокшую до рукавов рубаху.
– Заметил?

– Не сарзасский.
– Равнодушно пожал плечами наёмник.

– Не распадский?
– немедленно подала голос Тайер. Видно давно уже прислушивалась к разговору.

Тот промолчал. Страж недовольно скривился, но переспросить не успел, девушка шлепнула на землю плащ, под которым спала и сгребла Афгара за плечо.

– Я спросила, говор - ваш?
– неожиданно зло процедила она.

Вел почти не заметил короткого, словно смазанного движения - охотник поднялся на ноги, скинул её руку и процедил что-то на распадском.

– Уублюдок.
– Презрительно протянула светлинка, сдернула с шеи шнурок и швырнула в него.

Распадский без труда поймал. И замер молельным изваянием, едва мельком глянул на испещрённый бороздами бок ржаваоокрашеной костяной бусины.

– То-то дозорному покоя нет...
– углядев узорный край охранки, протянул страж и, ехидно прищурившись, поинтересовался - Сам отдал или стащила?

– Чего?
– удивленно обернулся охотник, глянув на него как на блажного - Ты головой приложился, когда от нечисти бегал? Или со страху

очумел?

– Ты тоже не больно увертывался.
– Не остался в долгу северянин и, сообразив видно, что распадский их обычаев может и не знать, объяснил: - Девкам у нас такие камушки дарят, если к душе пришлась.

– Это кость. Медвежья.
– Подкинув обережницу на ладони, сказал Афгар.

– Что узор значит?
– Талас, при всех своих познаниях не мог припомнить ни чего о Распадке. Не от того, что отлынивал от наук в пользу меча, хотя и это бывало, просто в Кордоне мало знали о том крае.

– Наследный знак.
– Нехотя ответил наёмник.

– Хранишь память о достойном сородиче?
– ухмыльнулся страж. Упомнить похожий узор афгаровской татуировки, ему, в два счета запоминавшему карты и лица на учебных тренировках, не было за труд.

– Нет.

– Чего ж тогда пятнами пошел, как вчерашняя сдохота?
– мигом отмахнув зубоскальство, вцепился него северянин. Афгар, скрипнув зубами, промолчал.

– Она твоя значит? А Тайер было подумала, что нас кто-то под дурной исход подвести хочет, покуда горожане на животорговцев зверятся.
– Припомнил Велдар, косясь на светлый костяной скол по краю бусины.

– Откуда она её взяла, не говорила?
– немедленно заинтересовался распадский.

– Не чего было лаяться, - огрызнулся Вел, говорить за спиной наёмницы то, что она сама не пожелала, ему как на нож не хотелось - Шёл бы да расспрашивал.

– На кой мне идти, - в руке наёмника неведомо откуда появился нож, показушно крутанув его между пальцами, тот ехидно осклабился - Когда ты уже тут, и я тебя слушаю.

К костру, хромая сильнее вчерашнего направился наставник, и охотник убрал оружие и спешно спрятал охранку в карман.

***

Вел, стараясь не слишком спешить, шагал по истыканной копьями оленьих копытец тропке следом за наставником. Хромал тот почти незаметно, нахлебавшись поутру вонявших винным перегоном настоек из всученной знахаркой торбочки, гулко позвякивающей упрятанными в неё бутылями, на совесть залитыми переплавленным воском, но ученик всё одно крутился поблизости. Позади, вопреки обыкновению не собачась, а сдержанно, выбирая каждое слово, переговариваясь, шли страж и дозорный. Напрасно Велдар напрягал слух, расслышать их было невозможно. Тайер ушла далеко вперед, выверяя тропу, а охотник наоборот изрядно отстал, словно, с него станется, заметая следы.

Марула, понурив голову, плелась рядом с Велом.

А что если тот призрак и впрямь подчиняется ей, не её волей, а своей собственной, может какой родич опекает её в своем посмертном воплощении, как Белый Волк Рэй - вдруг подумалось светлинцу.

Рыжая, понадеявшись на быстрое их возвращение, осталась у знахарки, убережет ли он, вздумай кто в городе ей худого пожелать, неведомо ведь, как горячеозёрцы к оборотням относятся. А то, что их попутчица в один миг обретет наследное умение, было понятно даже ему, от роду с подобными тварями не сталкивавшемуся. И хорошо бы воротиться за ней до того, как горячеозёрская управа повелит разводить костер...