Темные берега
Шрифт:
***
– Ты ещё на дорогу не своротила, а уже до последней кочки её прокляла!
– Лан, уже собравший по сумкам свое барахло, раздраженно пенял хмурившей брови светлинке.
Велдар, разбуженный его голосом, не сразу сумел сообразить, в какое место его занесло, и долго щурился, оглядываясь.
– Не измылись бы, поди, кабы и в дождь вышли.
– Сварливо проговорила Тайер, продолжая угасающий спор.
– После такого дождя вся нечисть на головешки ссыпалась,
– фыркнул страж, старательно затягивая завязки на сапогах. Волосы его висели мокрыми сосульками, а куртка пестрела сырыми пятнами, видать уже успел поискать их давешнего врага по лесу - не нашел, вот и скалится.
– Рановато ты оживился. Сейчас вот она - Наёмница бесцеремонно ткнула пальцем в подсевшую к огню Марулу, скручивающую мудрёный узел на своей неизменной накидке - Ему обсушиться поможет, и по новой по коряжнику поскачешь!
– По тебе выходит, нам бараголовским поболе неё доверять надобно?!
– прищурил глаза следопыт, вновь вступаясь за девчонку. Горячеозёрка рассеянно прислушивалась к разговору, но по-светлински, сколь он знал, не понимала, от того Лан не опасался оскорбить её подобным приравнением.
– А ты слово дашь, что она не до крепости идти думала?
– нароком уже переходя на сарзаский, спросила Тайер.
– Много у твоего старшины горожанок ножи по загашникам хоронит, да всех упокойников трех уделов до попутного ходу приваживает?
– Может погань эта за тобой прихвосталась?
– выскалился Хайда, заместо придремавшего Велдара, проклинавший не споро схватившийся огонь.
– Если б то на деле было, тобой, похмарник, ещё со вчера зверьё подавилось!
– не осталась в долгу наёмница.
***
Дождь оказался весьма кстати, по неясной прихоти небесного хозяина он принес за собою долгожданное тепло и прогнал ненавистный ветер.
Голый лиственный лес просматривался не на один десяток перестрелов, а вековая сосна надежно укрывала криво раскиданными лапами от, пусть и маловероятных в эту пору, но всё же возможных, доглядчиков.
Афгар рассеянно сковырнул с шершавого ствола прозрачно-жёлтый потек сухой от времени смолы, сразу же приставшей к пальцам распространяя острый запах, и вгляделся вдаль.
Мутный сырой туман, кутавший лес в восхода, сейчас почти истаял, опал сыростью по непролазным байракам, позволяя разглядеть даже дальние стены сарзасского замка и гранитные склоны приречных утесов.
Полотнище бело-золотого флага, на миг мелькнувшее меж сливавшихся из-за расстояния в сетчатую стену ветвей, заставило его шарахнуться в укрытие колючих лап. Позабыв о, то и дело отдававших болью ушибах, охотник полез выше, с привычной, отточенной ловкостью цепляя уже тонкие для его веса ветки.
Было малой надеждой, что зрение, не столь острое теперь, как в паре с волчьим духом, его
Охранный отряд владыки Сарзаса. Конные воины, обычно охранявшие дальние переходы Барагола. Двадцать человек, может чуть больше, он с точностью не помнил количество кружащих за спиной поганого приблюдников. Не сегодня-завтра он стронется из своего логова, не иначе как за годовой данью с подвластных земель. А потому эта свора до последней кочки обшарит попутный их походу лес, словно и впрямь их верховоде может что-то в серьез грозить.
Афгар брезгливо сплюнул. Меньше полудня пути и кто знает, на каком завороте тропы их пути сойдутся. Охотник резко отпустил спружинившую ветку и стал спешно спускаться вниз.
***
– Уходим.
– Афгар, воротившись в лагерь, на ходу распинал не успевший толком разгореться костёр, ногой сбив с подпорки котелок.
– Велдар, прибери кострище.
– Без лишних вопросов скомандовал ученику Лан, озабоченно поглядев на, вполголоса говорившего с ястребом, распадского.
– Кто?
– спешно застегивая ремень ножен, осведомился страж, тоже не без удивления наблюдая за попутчиком.
– Не понял. Идут быстро, лошади сарзасские. Флаг - тоже.
– Нехотя ответил наемник, отпустив, взвившегося в небо, Дахара.
– Идут хоть откуда?
– недовольно спросил Хайда, с нескрываемым недоверием глянув на него.
– Если не поторопишься - будет возможность порасспросить. Если успеешь.
***
Вчерашней дорогой, памятуя о перевернувшейся сущности неугомонного призрака, Лан идти не решился.
Нынешняя тропа бесконечно виляла по глинистому оврагу, местами вовсе непролазному из-за сырости и сухих ветвей неведомого калечного кустарника. Велдар никак не мог поверить, что наставник едва ли не в шею погнал их вперед по одному, не вполне внятному слову охотника, толком даже не разглядевшего чужой отряд.
Хотя подобная промашка не особенно вязалась с распадским и той запальчивостью, что выказывал обычно до нытья в печёнках неспешный и предусмотрительный в выборе дороги следопыт.
Значит дорогой идет не прогулочный отряд праздного сарзасского гостя, и не отставшая связка фарнатовской качаги...
Как бы там не было на деле, знал только Афгар, а расспрашивать его, всё равно, что о стену колотиться.
Первый отдых Лан позволил, когда солнце уже перевалило за послеполуденную черту. Вел тотчас же бессильно повалился на землю, не выбирая места почище.
– И впрямь лучше было бы в дождь выйти.
– Мрачно подытожил Талас, косясь на поджимавшую губы светлинку.