Темные берега
Шрифт:
Тайер, наплевав на холод, умыла лицо. Глядя на неё Вел явственно ощутил прикосновение ледяной воды и содрогнулся.
Рэй осуждающе косилась на наёмницу. Чтобы добиться права владеть оружием, женщине из Перевалов нужно умереть. По обычаям этих земель отправлявшемуся в Вечное Царство полагалось уплатить выкуп Хозяину врат. И родственники оставляли в каменных усыпальницах несметные ценности, у кого они конечно были, в том числе и дорогие руалдайанские клинки. И о том, чтобы говорить на равных с мужчиной, тем более воином, перевальчанки даже помыслить не могли. От того светлинка казалась бывшей смотрительнице
***
– Эта река течёт в удел Сарзаса.
– Сказал Велдару Лан.
– И каким путем мы пойдем дальше?
– поинтересовалась Тайер, из-под ладони оглядывая берег.
– Были бы лошади и берегом мы бы легко добрались до самых городских ворот.
– Задумчиво рассуждал Талас, с недоверием глядя на теснящиеся по берегам деревья - Но что-то мне подсказывает, что, не смотря на всё это травяное великолепие, река не так уж безопасна... Я бы не стал тут задерживаться...
***
Над водой поплыли синеватые сумерки. Сквозь них маячили силуэты деревьев и, словно нарисованные белой краской, горы.
Велдар смотрел на темнеющее небо, кружащие над костром искры, сероватый песок и глянцево-блестящее полотно уходящей вдаль реки. И снова, уже привычно, думал о вражеской земле. От чего-то ему казалось раньше, что она должна быть совсем другой. И ни как не должна быть так завораживающе красива. Мальчишка, словно в пику этой красоте, всё больше скучал по Светлой. По избушке на берегу, скрипучему колодцу и запахам сохнущих трав, воды и сосновой смолы. Но Вел не мог припомнить, чтобы подобная красота хоть раз встречалась в светлинских лесах. И не мог понять, отчего остальные не разделяют его восхищения. Может от того, что попросту не замечают того, что не сулит угрозу?
***
– Лан, ты думаешь там ещё остались неподвластные Бараголу народы?
– Тайер с сомнением посмотрела на проводника.
– Я давно уже не бывал в этих местах. Раньше на ту сторону вел мост, теперь его, видимо, разрушили. На том берегу город каларнов. Свободный край. Во всяком случае, был таковым в мой последний визит.
– Каларны? Призраки тёмной земли?
– скептически поднял брови Талас - Но они не позволяют пересекать своих границ. Так было раньше и не думаю, что изменилось сейчас.
– Кто они такие?
– заинтересовался ученик - В самом деле, нежить?
– Травник, ты по сию пору веришь в сказки?
– охотник ехидно прищурился, привычно стараясь покрепче уязвить собеседника - Это люди, которых согнала с родных земель армия Барагола.
– Другие говорят, что они рабы, получившие свободу невесть за какие заслуги - сказал страж без особой уверенности.
– Рабы?
– скривилась наёмница - Ни когда не слышала, чтобы поганый давал кому-то свободу...
– Нет. Каларны - свободный народ.
– Покачал головой следопыт - Только из-за постоянных набегов бараголовских отрядов они стали чересчур подозрительны. От обособленности и обросли слухами. Но их правительница впустит нас в город.
– О, следопыта почитают женщины вражеской земли!
– хитро улыбнулся Талас, толкнув в бок Афгара.
– Прознай об этом ваш Рехату - велел бы разложить на площади
– Мрачно усмехнулся тот.
***
Ещё задолго до того, как с дороги стало возможно разглядеть серые башни города, ветер принёс гадостный запах горючего камня и дыма. Вокруг были горы мелкодробленой породы и чадящие гарью ямы, распространявшие резкую вонь. Похоже, местные жители добывали какую-то руду.
– Запоминай.
– С усмешкой сказал Велдару охотник, указывая на горы камней и исходящие жирным дымом копи - Будет не так страшно в царстве Великой Мглы.
Мальчишка удивленно вытаращился на него. Афгар же невозмутимо продолжил:
– Не сомневайся, дороги в Вечные леса тебе нет - ты ведь пересёк тёмную границу.
– Наёмник на удивление хорошо знал обо всех богах и суевериях Светлой и, судя по ехидству, считал их непомерной дурью.
– Ага!
– вмешался Талас, его серые глаза хитро заблестели - Тебя-то самого там наверняка уж заждались.
– К твоему сведению, уважаемый страж, мой народ не верит в великую Мглу. - Продолжал усмехаться наёмник.
– Это не значит, что её слуги не приготовили для тебя вечный костёр или бадейку кипящей смолы.
– Не сдавался северянин.
– Не продолжить ли вам свой спор, когда вы очутитесь в её владениях?
– с улыбкой предложила светлинка - Тем более гореть вам в одном костре...
***
Чужаков в город пропустили, ни убивать, ни даже задерживать их, ни кто не собирался. Двое хмурых - слова не вытянуть - ребят без лишних расспросов проводили путников в подземный покой замка правителя.
Замок этот целиком был вырублен в скале. Все его лестницы, коридоры, залы. По сути, он представлял собою рукотворную пещеру, украшенную по стенам диковинным орнаментом из резного голубовато-серого гранита. Трон правителя тоже был каменным. Сам же владыка каларнов (всё же владыка, а не владычица, как предсказывал следопыт), вопреки ожиданиям, сравним, был далеко не с камнем. А скорее со старым, вывернутым неведомой хворью пнём, и морщинистое лицо правителя напоминало его кору и по цвету, и по количеству морщин. Видимо был он ещё не особо стар, но обитание в глубине пещеры, вдалеке от нормального воздуха и солнечного света, сделало своё дело, превратив в старика. Ещё большего сходства с пнём владыке придавал невнятный серый с серебром наряд. Подобные же одеяния были и на тех двоих, что сопровождали наёмников, и на охранявших вход воинах. Разве что тоном по ярче, да попроще тканью.
Вождь-каларн пристально изучал гостей, вглядываясь каждому в лицо цепкими карими глазами, Велдару немедленно подумалось, что вместе с крепостью тела он подрастерял и разум. Обманчиво спокойный его взгляд настораживал, рождая непонятное смущение.
На лице охотника взгляд правителя задержался дольше остальных.
– Я видел тебя раньше.
– Сказал он, глядя наёмнику в глаза.
Афгар привычно усмехнулся, но Вел не удивился бы, если бы услышал звон - взгляды столкнулись словно мечи. Брезгливо-высокомерный карий и холодно-презрительный зелёный. Острые, хищные черты лица истинного уроженца Распадка в паре с этим взглядом заставили бы отступить любого, только каларн не дрогнул.