Темные берега
Шрифт:
– Или не рад, что отвязался. Лан говорил, ты не доволен подобным защитником...
Афгар пожал плечами.
– Хорошо бы он, убираясь, не пытался вытянуть из меня обещание оберегать его дочь!
– Да она в своих Перевалах и так неуязвима будет! Чего ещё надо?
– удивилась Тайер.
– Зато ты теперь как бы простой смертный.
– Не особенно радует на пути в лапы "коршунов".
– Охотник, я, было, подумала, что твой поганый язык - наследство от Ярмаша.
– От него могли достаться разве что блохи.
– Брезгливо покривился охотник.
– Не ради них ли ты помогал ему от бараголовцев скрываться?
– усмехнулась светлинка.
– Тогда я был обязан Белому волку
– Нехотя ответил он...
***
На этом берегу когда-то стоял лес. Теперь поваленные неизвестно каким ненастьем деревья догнивали свой век непроходимым буреломом. Ни о каких тропах и мыслить было нельзя, приходилось продираться сквозь ветви, не смотря на немыслимый треск. Следов живого не было, хотя, похоже, и не водилось тут ни каких тварей кроме змей. Вел осторожно ступал по куцей, побитой морозцем траве, местами переходящей в сплошные заросли мха. Стоило наступить на него, как нога проваливалась по щиколотку, утопая в древесной трухе. Да ещё откуда-то сверху за шиворот сыпалась сухая хвоя да ошмётки мёртвой хвои. Неумолимое приближение зимы с каждым днем сильнее остужало воздух. Лан легко пробирался через завалы. Остальные спутники были не столь ловки, но всё же не отставали. Страж и охотник время от времени перебрасывались ехидными замечаниями и, по мнению Велдара, оскорбительными шутками. Тайер споткнулась, оцарапала ладонь и зашипела ошпаренной кошкой, поминая великую Мглу. Рэй привычно покачала головой по поводу неподобающих выражений, на кои мастерица была наёмница...
***
К полудню третьего дня, разнообразия ради, тропа темной земли вывела путников к усыпанной камнями равнине. Гладкие валуны беспорядочно лежали на земле или громоздились причудливыми грудами, словно уложенные неумелой рукой какого-то великана. Следопыт настороженно оглядывал равнину, всматривался в дорожную пыль под ногами. Тропа была старая, и ни каких следов на ней не осталось. Остальные наёмники так же замедлили шаг, повинуясь непонятному ощущению близкой опасности. Афгар присел на корточки, высматривая что-то среди светло-бурых камней, казавшихся, стоявшему рядом, Велу абсолютно одинаковыми.
– Почему-то не верится мне, что бараголорвцы идут за нами следом.
– Сощурившись против солнца, охотник глядел вдаль. Там, насколько хватало глаз, тянулись пыльные каменные завалы.
– Похоже, они просто ждут нас где-то по дороге...
Лан присел рядом с ним, так же пристально вглядываясь в голубеющий меж навалами горизонт.
– Хорошо бы ты всё-таки ошибался...
***
С трудом переставляя ноги, Рэй брела по тропке вслед за светлинцами. Надежда достойно отомстить виновнику гибели Белого волка таяла с каждым днем. Она справедливо полагала, что пославший её отца на заведомую смерть и должен искупить вину кровью. У Ярмаша не родилось сыновей, а бросить вызов мужчине она не могла. Наёмники искали его невесту... это ли не месть? Убить её в расплату! Да только что тогда изменится? Отец убит, а Рехату останется жить, справедливости всё равно не будет. Невесёлые размышления рыжей прервал неожиданный толчок в плечо.
– Прячься!
Рэй не переспрашивая, нырнула за огромный каменный осколок, потрескавшийся от времени и непогоды, (подобных гранитных исполинов тут было множество) и затаилась.
***
Охотник оказался прав, "коршуны" словно знали, куда направятся чужаки. Когда, сидевший на плече Афгара, ястреб взвился в небо, тот остановился. Птица сделала круг над каменными изваяниями, торчащими у края поляны, оттуда в Дахара полетела стрела, но он летел высоко и остался невредим.
– Язык у тебя и впрямь поганый.
– Заметила Тайер,
Бараголовцев было двенадцать. Не самых глупых, раз с ходу сообразили, что перед ними именно наёмники. И раз так, то идут во владения, а не к Болотам и, тем более, не в Горячие Озёра. И ждали и возле переправы. Остальные с Коршуна, конечно, вернутся в крепость, а значит и Барагол вскорости узнает о чужеземцах. Лан толкнул зазевавшуюся Рэй за камни и вытащил меч - бой неизбежен.
***
Рэй прижалась спиной к камню и со страхом ожидала, когда стихнет звон оружия и крики у тропы. А потом набралась смелости выглянуть из своего укрытия. А выглянув, уже не могла отвести взгляда от происходящего. Неразличимые на своих и чужих силуэты не вызывали у бывшей смотрительницы ни какого страха. Рыжая ни когда не видела настоящего, не потешного, как на старой площади в родном поселке, боя. Когда наградой остаётся жизнь и не оставляют пощады слабому, когда проливается кровь, брызгами пятная лица и одежду.
Это было страшно, но девчонка видела лишь свой страх - быть обнаруженной, покуда не разглядела среди пыльно-коричневых одеяний воинов Сарзаса светлую куртку Тайер. И с той поры неотрывно следила за, уворачивающейся от выпадов противника, светлинкой. Наёмница пропустила удар, почти сбивший её с ног, неожиданно для соперника резко выпрямилась, шагнула ему навстречу и в сторону. Тускло блеснуло острие меча, брызнула кровь и Рэй в ужасе заорала, обнаружив себя. Чья-то лапа в жесткой перчатке сгребла её за волосы, перед лицом мелькнуло лезвие клинка...
Мгновение спустя головорез рухнул на колени, обхватив слабеющими пальцами костяную рукоятку лановского ножа. Рэй вновь заорала и бросилась бежать. Кто-то, кажется, Вел, поймал рыжую за руку и потащил за собой через какие-то колючие заросли, хватающие за одежду всеми ветками.
Бежали они долго, Рэй не видела дороги - ветки хлестали по лицу. Неожиданно заросли кончились, вдалеке замаячили покрытые серой пылью развалины. Собрав остатки сил, беглецы заспешили туда. Видимо когда-то давно эти развалины были городской стеной, теперь же на её остатках росла трава и молодые деревца. Камни, оставшиеся от неведомого города, покрывал ржавый мох и мерзкого вида седая плесень. Рыжая не помнила, как ей удалось забраться по обломкам и оказаться по другую сторону стены. Спустя время их нагнал Талас, легко пробежав по стене, он спрыгнул на землю, подняв столб пыли.
– Как это вы не заблудились?
– Улыбнулся северянин растерянно моргающей Рэй и Велдару, что с зелёным лицом полулежал на земле, задыхаясь и надсадно кашляя от долгого бега. Страж уселся под стену, обляпанную лохмотьями мха, правое плечо его было наспех перевязано, прямо поверх куртки. Из-под повязки сочилась кровь, а Талас, запрокинув голову, подставив покрытое пылью и царапинами лицо выглянувшему, уже холодному солнцу, улыбался. Осыпав его каменной крошкой, сверху скатилась Тайер.
– Живы?
– деловито осведомилась она, стаскивая порванную куртку.
– В основном - да.
– Кивнул северянин, разглядывая разрубленную тетиву своего лука. Потом вытянул из-за голенища сапога нож и срезал обрывки.
Наставник появился совсем с другой стороны, он сильно хромал и, видимо, отыскал более лёгкий путь.
– Афгара до сих пор нет?
– скользнув взглядом по попутчикам, уточнил Лан.
Тайер и страж переглянулись, Вел, вскочивший было на помощь учителю, плюхнулся обратно на камень, ударился локтем и взвыл. Наёмница неодобрительно глянула на него. Мальчишке стало стыдно, он раздраженно тряхнул головой, мокрые от пота волосы прилипли к лицу. Парень отбросил их рукой, от грязной ладони на щеках остались полосы и Тайер, наблюдавшая за его мучениями, сочувственно улыбнулась.