Пыль
Шрифт:
Эйвери все еще стрелял в офис шерифа, когда Квентин увидел, как Бонэм поднялся по двум ступенькам на крыльцо с улицы и направил дробовик на дверь с пояса.
Она взорвалась, разлетевшись на куски размером не больше кулака.
22
Денарий почувствовал, что его желудок сейчас вырвется изо рта.
Но не его содержимое. Ничего такого обычного в этом не было. Это не было похоже на тошноту после того, как он съел недожаренную свинину или курицу, как в тот раз, когда Марлена приготовила его любимый пирог, но не дала мясу провариться достаточно долго - вероятно, из-за отсутствия дров, и он провел
Он видел, как сила мистера Ди работала в лесу той ночью. Когда он выхватил нож из его руки с расстояния более десяти футов. Когда он открыл дыру в самом воздухе, и Денариус увидел инопланетный мир, очень похожий на их собственный, хотя деревья и растительный мир казались чужими. Но теперь мистер Джеймс Ди с молниеносной скоростью пронес его не через одно, а через два таких отверстия в воздухе: первое - в решетке камеры, второе - в самой стене через мгновение после того, как выхватил их оружие, когда началась стрельба.
Теперь они шлепнулись в грязь на аллее возле офиса шерифа, Денариус кашлял уже грязью, а не внутренностями - небольшая милость - и они карабкались по аллее, мистер Джеймс тащил его за собой. Голова кружилась, живот сводило, а выстрелов было так много. Он подумал о человеке в офисе, чья голова разлетелась на куски, как раз в тот момент, когда мистер Джеймс колдовал над ним. Он почти не замечал никого из них за мгновение до того, как все это произошло. В его голове крутились мысли о Марлене и Мартине, запертых в этом богом забытом городе, и о том, что он не может добраться до них. Но они двигались, и быстро. Он слышал, как позади него разбиваются стекло и дерево, слышал крики, доносящиеся изнутри офиса.
Боже мой! подумал он в панике, когда они приблизились к зданию за офисом шерифа. О, Боже мой!
Затем мистер Джеймс вскинул руку, направляя их к внешней стене нового здания. Там был мерцающий эффект, который Денариус узнал по тому, что ему показывали в лесу, и по воспоминаниям всего несколько секунд назад, когда они выскочили из офиса позади них.
И этот странный звук.
Они прошли сквозь стену и оказались внутри здания, которое, по мнению Денария, когда-то было банком, в два мгновения ока. В дезориентации он потерял опору и повалил их обоих на пол. Где-то снаружи он услышал отдаленный крик человека. Это была сбивчивая и недоуменная фраза, как будто мужчина был совершенно ошеломлен.
"Тот парень Ди и тот черный парень!" - услышал он голос.
Но больше ничего не было. Только грохот выстрелов и крики ужаса и смерти. Он понял, что кричавший человек имел в виду его самого и мистера Джеймса. Кто-то, должно быть, видел их. Один из стрелков? Скорее всего. Но кто это был? Входили ли они в банду Дрири, о которой ему рассказывал мистер Джеймс? Он сказал, что выслеживал их, пытаясь опередить в этом месте, но они их не видели, а мистер Джеймс был уверен, что они благополучно добрались и никак не могли их здесь найти. Никто не мог найти это место, кроме как по чистой случайности или точно зная, как выйти на тропу. Мистер Джеймс был уверен в этом, и Денарий считал, что тот был абсолютно прав. Следили ли за ними люди? Как долго?
Мистер Джеймс сунул ему в руки "Магнум" другого поколения, и Денариус отмахнулся от этих мыслей как от несущественных. Были более насущные проблемы, чем то, как банда Дрири - если
"Ты в порядке, Денариус?" спросил мистер Джеймс, выводя его из панического оцепенения.
Денариус несколько раз моргнул и глотнул, его горло сухо щелкнуло, несмотря на то, что на улице шел проливной дождь.
"Я думаю, да, мистер Джеймс", - сказал он, пытаясь сфокусировать взгляд. "Это парни Дрири там? Я слышал, как один из них сказал..."
"Тот парень Ди, да", - вклинился Джеймс, кивнув. "Думаю, да, Денариус. Черт его знает, как они сюда попали, наверное, за мной следили. Я чертов дурак. Я должен был догадаться, что он сделает что-то подобное".
Мистер Джеймс покачал головой, выражение самодовольства смазало его черты.
"Теперь это не имеет значения", - сказал он. "Они здесь. Мы должны разобраться с этим. Если на нашей стороне будет хоть унция удачи, в чем я сомневаюсь, может быть, шериф и его помощник возьмут одного или двух из них для нас. Но я не буду задерживать дыхание. Я считаю, что мы должны отправиться в церковь сейчас, пока можно отвлечься. Владетель наверняка слышал переполох. Черт, да весь чертов город, наверное, слышал. Это даст нам время, чтобы забрать твою семью и остановить Н'йеа'туула".
Денариус снова рассеянно кивнул, наслаждаясь тем, как успокаивает его "Магнум" в руке.
"Я знаю, что сказал, что обязан вам, мистер Джеймс, - сказал Денариус дрожащим голосом, - но я должен забрать свою семью. Они - это все, что сейчас имеет значение".
Джеймс встретил его взгляд и положил руку ему на плечо, крепко сжав его.
"Ты ни черта мне не должен, Денариус", - сказал он. "Мы найдем твою семью".
За стеной с тыльной стороны старого банка раздался громовой удар, за ним - звон деревянных осколков. Раздался пронзительный крик, который Денарий мог бы ожидать от молодой женщины или даже маленькой девочки, но в его тоне слышался ужас человека, который видит свой конец, смотрит ему прямо в глаза, а достоинство полностью отсутствует.
Еще один громовой раскат заглушил крик, и Денариусу показалось, что даже с такого расстояния он слышит шлепки крови и запёкшейся крови, внезапно украсившие стены в офисе шерифа.
"Мой дорогой, сладкий Иисус", - пробормотал он.
Затем Джеймс поднял его на ноги и потащил к входу в банк. Он толкнул Денария к одной стороне окна возле входной двери и занял позицию с другой стороны. Он выглянул наружу, держа револьверы в руках, его стальные глаза были острыми и внимательными. Денариус тоже выглянул наружу и увидел, что по улице движутся несколько человек. Они шли на звук выстрелов, но медленно, словно против своей воли, навстречу какому-то неведомому ужасу.
Именно тогда он увидел трех мерзостей, проскакавших по улицам так быстро, как драные кошки: паучьи лапки, пробивающие грязь, хромые человеческие придатки, свободно болтающиеся под красными глазами, две твари с зияющими ранами в середине тела, скрежещущие костяными зубами. У одного из трех, однако, казалось, все еще был живой хозяин. Хотя руки болтались, они не были такими вялыми, как у остальных. Внутри гнезда ужасающих ног и щупалец находилась женщина, обнаженная, как в день своего рождения, с лицом, искаженным гримасой агонии. Она застонала, когда существо внутри нее понесло их обоих на звуки насилия и смерти, ее голос, полный ужаса, нес в себе холод души, запертой в ледяном аду.