Одержимая (авторский сборник)

— Кто управляет частью, тот управляет всем. Это основной закон магии.

Дымились благовония. Скалился череп на парчовой скатерти. Плотно закрытые шторы и рамы едва пропускали рев шумной улицы. Вот язычок пламени качнулся, поплыл, осветил фотографию: мужчина лет сорока на фоне БМВ. Машина обаятельна,

владелец — нет: хамоватая ухмылка на круглом гладком лице, тонкие губы, маленькие глазки.

— Кто управляет образом, тот управляет плотью…

Блеснули в тусклом свете лезвия ножниц. Отделили человеческую фигурку от БМВ, от кустов на заднем плане, от неба, мостовой и тротуара; лишившись машины, человечек сделался жалким, и даже хамоватая ухмылка вылиняла.

— Образ переходит в тень, тень рассыпается пеплом… — пальцы с длинными черными ногтями захватили фигурку и поднесла к огню. Голова вспыхнула первой, и ухмылка исчезла. Клиентка, и без того бледная, съежилась и закусила губу.

— Не бойся! — таинственный грозный голос на секунду смягчился. — Ничего ему не сделается. Полюбит тебя, и все!

Ведьма опустила горящую бумагу на блюдце, дождалась, пока сгорит полностью, ловко стряхнула пепел в формочку. Накренила свечу, залила сверху горячим воском; остывая, воск мутнел и терял прозрачность. На столе, покрытом церковной парчой, рождалась восковая куколка.

— И забудет раб Божий Александр всех своих женщин, — голос возвысился, приобретая металлические нотки, — а любить будет только рабу Божью Светлану, и глазами, и сердцем, и телом, и душой…

Клиентка подалась вперед, и сделалось видно, как сильно она хочет быть любимой.

Черный ноготь подцепил фигурку, пальцы не без труда выудили куколку из формы. Плавился воск; из отдельного комочка ведьма ловко слепила гениталии. Фигурка оказалась слишком мала для такого великолепия, но ни ведьму, ни клиентку это не смутило. Отвалившись раз и другой, деталь довольно-таки косо утвердилась на восковом теле.

— Со здоровьем у него проблемы, — озабоченно сообщила ведьма. — Лечить будешь.

— Буду, — клиентка мелко закивала.

— И что-то печень его мне не нравится, — длинные пальцы повертели фигурку так и эдак. — А ты!

Клиентка подпрыгнула на стуле.

— Брось курить! — черный ноготь обличающее уставился ей в грудь. — Нельзя тебе курить!

— Брошу, — бледными губами пообещала клиентка.

— А теперь ступай. Буду духа призывать. Без духа не выйдет. Ступай! Деньги оставь у порога!

— А… — тихо вякнула клиентка.

— Двести баксов. Оставишь больше — сбудется скорее.

— С-спасибо… — клиентка соскользнула со стула, как теплое масло с ножа, помялась, решилась:

— Так когда мне ждать?

— Он тебе позвонит. Сама не набивайся. Приедет к тебе, в ногах

валяться будет.

Застряв между надеждой и сомнением, тетка никак не могла уйти; стол, покрытый церковной парчой, вдруг мелко затрясся, будто крышка на кипящей кастрюле. Клиентка попятилась.

— Вижу!

Трясущаяся рука выпустила длинный палец с черным ногтем, ноготь указал в угол — в полумрак:

— Вижу! Вот он!

Клиентка метнулась к выходу. Через долю секунды от нее остался едва уловимый запах — нервного пота и недорогого дезодоранта, столь мощного, что его не смог до конца убить даже дух курящихся благовоний. Стол еще некоторое время дрожал, зловеще и жутко, потом ведьма Ирина перестала его трясти. Хлопнула входная дверь; ведьма потянулась, так что съехали к локтям рукава широкой белой хламиды. Стянула с головы платок, задула свечу. Отдернула штору, впуская в комнату свет, распахнула форточку; вернувшись к столу, выдвинула из-под парчи ведро и стряхнула вниз обрезки фотографии, мелкий мусор и восковую куколку с огромным членом.

В том же подъезде оборудовала себе офис полная женщина-нотариус, работала много и зарабатывала, кажется, неплохо. И сестра у нее была частный нотариус, и дочь нотариус; у Ирины не было сестер, зато ее бабушку на полном серьезе считали ведьмой.

На коврике перед дверью лежали две стодолларовые купюры, вестники удачи. Ирина придирчиво оглядела каждую, понюхала — деньги были правильные, да к тому же новые. Если бы толковый парфюмер догадался бы выпустить духи с запахом денег, Ирина сделалась бы первой его поклонницей. Вот если бы таких сотенных — да целый чемодан, как в кино!

Посреди кухни восседала за ноутбуком Вика, секретарь и уборщица, бухгалтер и начальник отдела кадров в одном лице. Щуплая и всегда немного удивленная, Вика походила на ящерицу-монахиню (монашеский облик придавала ей черная хламида и черный рабочий платочек до самых бровей). Разложив по столу черные широкие рукава, Вика стучала по клавишам, но не зависала «В контакте», как можно было представить, а как раз работала. Открыв «Великий сайт Ведьмы Ирины», она строчила послание на форум — благодарственное послание, исповедь спасенной клиентки.

Щелчок мыши — сообщение ушло на сайт; Вика приняла у Ирины деньги, записала двести баксов в крошечный приходо-расходный блокнот, потом раскрыла органайзер:

— Будет еще одна через полчаса. Сегодня хороший день.

Ирина кивнула и вытащила пачку сигарет. Вика оставила пост перед компьютером и удалилась в комнату; отработанными движениями, как боец, привычно разбирающий и собирающий винтовку, переменила свечу в подсвечнике, вытряхнула скатерть, протерла тряпкой череп на столе, поменяла на блюдцах кофейного цвета пирамидки.