Пыль
Шрифт:
“Хороший человек, мистер Бонэм”, - сказал Дрири и похлопал своего спутника по плечу.
Голова Бонэма слегка дернулась от прикосновения, но, кроме утвердительного ворчания, он ничего не сказал, когда выбросил стреляную гильзу и зарядил новую в свое оружие.
Новые крики позади них и шум голосов горожан снова заставили их двигаться. Они не теряли времени даром. Дрири знал, что они ищут церковь или капище, что-то, что было бы отмечено знаком Старейшин, извивающейся спиралью. Именно там он нашел бы ключ к своей божественности. Стать единым целым с тем, кто спал в холодной тьме космоса,
Несмотря на свою спешку и опасения, Дрири улыбнулся, когда они ныряли из одного переулка в другой, пересекая улицы. Дважды они сталкивались с другими мерзостями, среди которых не было двух совершенно одинаковых — у некоторых все еще были живые хозяева, другие были мертвыми и гниющими - и в обоих случаях Бонэм расправлялся с ними, едва моргнув глазом. Этот человек был хладнокровно деловит и мог бы послужить достойным генералом в грядущем уничтожении. Дрири вряд ли смог бы наткнуться на лучшего слугу, даже если бы искал его по всему миру на протяжении эонов времени. И как только он достигнет своей божественности, возможно, он сможет просто проверить эту мысль.
Так близко, подумал он про себя, когда они свернули на улицу и увидели именно то, что он искал. Он не прекратил бежать, но его опора на мгновение дрогнула, и он немного споткнулся, когда перед ним открылось ослепительное зрелище.
Это была церковь. За все годы поисков не было ничего столь впечатляющего, как его сны и видения, но на вершине шпиля был изображен символ Старейшин. Восторг нахлынул на него, когда медь наполнила его рот в предвкушении.
Я нашел тебя! его разум праздновал. Наконец-то я нашел тебя!
Бонэм резко остановился перед ним, и Дрири чуть не врезался в здоровяка. Ему удалось остановиться, прежде чем они оба упали в грязь, и он позволил мозолистой руке Бонэма отвести их обоих за какие-то старые деревянные ящики и бочки, сваленные рядом со зданием справа от них.
“В чем дело, мистер Бонэм?” - спросил Дрири, прерывисто дыша, дождь ручьями стекал с полей его шляпы-котелка, его промокший галстук-бабочка жалко морщился под шеей.
Бонэм ничего не сказал, просто указал кивком головы. Дрири проследил за взглядом мужчины к фасаду церкви, где он увидел, как мистер Джеймс—блядь—Ди и его спутник остановились перед зданием, когда навстречу им бросилась женщина с дробовиком, ее рычание было видно, несмотря на расстояние и проливной дождь.
Они что-то кричали друг другу, все трое, но Дрири не мог разобрать, что именно. Изнутри церкви тоже доносились крики, и чернокожий мужчина явно встревожился.
Расстояние было слишком велико, чтобы рисковать дробовиком или их револьверами, но, как будто Бонэм мог прочитать мысли Дрири, мужчина начал засовывать свой дробовик на шнурке обратно в пальто, а затем вытащил репитер из ножен на спине. Он положил ствол на край коробки перед ними и поднял прицел. Бонэм на мгновение поднял глаза к небу, затем снова посмотрел на церковь. Казалось, он о чем-то судил. Расстояние, может быть, Тоскливо
Мгновение спустя мужчина глубоко вздохнул и одним глазом посмотрел вдоль репитера.
“Цельтесь верно, мистер Бонэм”, - прошептал Дрири, положив руку на плечо Бонэма. “Приз находится в этих стенах”.
Бонэм снова хмыкнул и приготовился к своему удару. Где-то позади них улицы Даста становились все громче от звуков приближающейся смерти.
27
Они были почти у церкви, крики внутри, без сомнения, принадлежали жене Денария, когда рычащая женщина бросилась к ним с дробовиком. Джеймс и Денарий оба резко остановились, выхватив оружие, целясь в женщину.
“Отойди в сторону, слышишь меня, женщина?” Дрожащий голос Денария прорвался сквозь шум дождя. “Я здесь только ради своей семьи!”
Джеймс взглянул на Денариуса и увидел, что ствол "Магнума" дрожит в воздухе. Все тело мужчины было напряжено, и Джеймс мог представить, через какое внутреннее смятение он проходил. Крики его жены пронзили воздух, как стрела, приглушенное ворчание мужчины внутри под ее мучительными воплями. Он мог слышать, как кто-то еще плачет, возможно, ребенок, и знал, что это только не добавит Динарию самоконтроля. Он был на грани срыва, слезы были отчетливо видны даже под дождем.
Женщина взвела курок дробовика, но не подняла его.
“Ты не войдешь сюда!” - прорычала она. ”Это для Владетеля и Старейшины, а теперь бросьте оружие!"
Джеймс чуть не расхохотался при этих словах. Наглость женщины, которая по глупости бросилась на двух вооруженных мужчин, даже не потрудившись поднять оружие. Неужели она ожидала, что одна из мерзостей ворвется и уничтожит их? Джеймс понятия не имел, сколько мерзостей было в Дасте, но, по крайней мере, большинство из них остались позади в городе. Конечно, для этого потребовался бы только один. Во всяком случае, против обычного человека.
Но Джеймс Ди был далек от среднего.
“Я даю вам на счет три, мэм”, - сказал Джеймс, его голос был мягким, как шелк, в отличие от голоса Денария. “Тогда я собираюсь вырвать это оружие из твоих рук и усыпить тебя, как больную собаку”.
Он не сказал ничего из этого со злым умыслом или какой-либо бравадой для приукрашивания. Он просто констатировал факт. Как будто он только что сказал женщине, что на улице идет дождь. Как будто это было очевидно.
Лицо женщины расплылось в улыбке, обнажив пожелтевшие и побуревшие обрубки десен. Ее мокрые волосы прилипли к лицу, как рваные лохмотья, а промокшее платье прилипло к ее некрасивой фигуре.
“Ты собираешься выхватить мой ствол, да?” - передразнила она его. “Это будет адский трюк!”
Она подняла ствол, но только примерно на полпути. Он все еще не был направлен на них.
“Один”, - сказал Джеймс так же ровно, как соляная равнина.
Женщина начала злобно хихикать. Динарий сделал дрожащий полшага вперед.
“Это не обязательно должно быть так, мисс”, - сказал он. “Этот человек полон магии. Я видел это своими собственными глазами! Просто отойди в сторону и дай мне забрать свою семью—”