Попав в Рим
Шрифт:
И тут в парковку врываются два чёрных внедорожника с тонированными стёклами. Сигналят, резко тормозят, и из них выскакивают мои телохранители и Сьюзен.
— Ты в порядке? Давай отсюда! — кричит Сьюзен, и охранники окружают нас, расчищая путь.
Никогда ещё я не была так рада видеть её короткую чёрную стрижку и безупречный брючный костюм.
— Назад, – рычит Уилл, мой главный телохранитель.
Все немедленно подчиняются – Уилл выглядит как громила, которого лучше не злить. Они не знают, что он ещё и печёт лучшие
Я прыгаю в машину, Ной – следом. Он прижимает меня к себе, и я вдыхаю его запах, такой знакомый и успокаивающий.
— Ты в порядке? – шепчет он мне на ухо.
— Лучший вопрос – мы в порядке?
Я боюсь, что после этого столкновения Ной передумает. Что наши отношения станут самыми короткими в истории.
Но, к моему удивлению, он тихо смеётся и целует меня в лоб.
— Меня так просто не спугнёшь. Мне важно только твоё мнение. Если ты ещё не передумала «встречаться с заурядным парнем» – я всё ещё в игре.
Я с облегчением обмякла в его объятиях как раз в тот момент, когда Сьюзен поднялась в внедорожник и села на сиденье напротив нас.
— С вами всё в порядке? Вам повезло, что мы подоспели вовремя.
Дверь захлопнулась, и назойливые крики папарацци наконец приглушились.
Но когда мой взгляд встретился со взглядом Сьюзен, меня осенило. Я вдруг вспомнила, где уже слышала этот вопрос.
— Сьюзен, где Клэр? Она обычно всегда с тобой.
— Ох, – она скривилась. — К сожалению, мне пришлось её уволить. Просто перестала справляться со своими обязанностями.
Она пожала плечами, а у меня в животе будто камень упал. Что-то здесь было не так.
Обратная дорога прошла в тишине – все переваривали произошедшее. Второй внедорожник остался позади, перекрыв выезд с парковки, так что нам удалось добраться до дома Ноя без хвоста. Уилл высадил нас у самого входа, затем сдал назад, развернув машину так, чтобы никто не смог проехать на территорию, даже если нас найдут.
Казалось бы, теперь, когда моя команда снова рядом, я должна чувствовать себя в безопасности. Но это было не так. По крайней мере, не со всеми.
Ной и я думали об одном и том же. Мы оба внимательно следили за Сьюзен, когда она достала телефон, заметила отсутствие связи и заявила, что ей нужно выйти, чтобы дать Уиллу указания.
— Собирай вещи, Рэй. Мы уезжаем как можно скорее, чтобы доставить тебя в Нэшвилл, пока эти стервятники не нашли тебя здесь.
Она не стала ждать моего ответа – Сьюзен привыкла, что я беспрекословно подчиняюсь. Как только дверь за ней закрылась, я направилась на кухню, схватила трубку и тут же набрала маму.
— Тебе тоже кажется, что своевременное появление Сьюзен подозрительно?
— Ага. И её ассистентка на днях сказала мне, что за моей спиной происходит что-то, о чём я не знаю. Пора получить ответы.
В трубке раздались гудки. Я нервно переминалась с ноги
Наконец мама ответила.
— Алло?
— Мам, это я.
Её голос звучал неестественно бодро.
— Амелия! Привет, дорогая! Как же хорошо слышать тебя. Что случилось? Я на пляже, так что, возможно, ты меня плохо слышишь. Послушай, какой сегодня океан – просто рёв!
— Нет, мам, я...
Она отстранила телефон, поднося его к океану – по звуку казалось, будто я оказалась внутри волны.
— Мам! – я крикнула несколько раз. — Мне нужно задать тебе вопрос! Поднеси телефон к уху!
— Правда же потрясающе? Жаль, тебя здесь нет. Ох, и солнце сегодня просто чудесное! И Тед тоже здесь! Хочешь с ним...
— Мам, это важно, и я тороплюсь, – перебила я, прежде чем она успела передать трубку. — Ты сливала кому-то из СМИ информацию о том, где я сейчас нахожусь?
Раньше я никогда не спрашивала её об этом прямо. В прошлом, когда Сьюзен говорила, что мама сливает информацию, я просто молча злилась и отдалялась. Но теперь мне нужно было знать.
В трубке повисло молчание. Сначала я подумала, что это из-за чувства вины, но когда она снова заговорила, в её голосе слышалась обида.
— Нет. Конечно, нет. С чего ты взяла?
Я не сразу ответила – слишком много мыслей крутилось в голове. Но, видимо, моё молчание говорило само за себя.
— Амелия, не знаю, откуда у тебя такие подозрения, но клянусь, я никогда бы не продала историю о тебе журналам. Никогда в жизни.
Меня скрутило от этих слов. Я закрыла глаза, пытаясь разобраться, но в голове крутилась только одна мысль: тот агрессивный папарацци задал вопрос почти слово в слово, как Сьюзен несколько дней назад.
Конечно, кто-то из городка мог позвонить в журнал и сообщить, где я. Но...редко когда СМИ собираются так массово, как сегодня. Будто это было организовано. Кто-то явно постарался, чтобы устроить эту засаду – и я не верю, что кто-то из местных мог так поступить.
Только один человек мог расстроиться из-за моего пребывания в Риме и захотеть выманить меня из укрытия.
— Мама, – говорю я, сглатывая из-за внезапно пересохшего горла. — Почему мы больше не близки?
Мама вздыхает, и мне кажется, это вздох облегчения.
— Хотела бы я знать. Я давно хотела заговорить об этом, но не знала как. Это я? Я что-то сделала? Потому что если да, то я хочу это исправить.
Еще несколько дней назад я могла бы подумать, что виновата в основном она, но теперь понимаю – вина не только на ней. Мне давно следовало заговорить. Спросить маму о таблоидах, а не слепо верить всему, что говорила Сьюзан. Жаль, что я не боролась за наши с мамой отношения, а просто тихо отдалилась. Но сейчас я наконец обретаю голос.