Несокрушимые Осколки
Шрифт:
С этими словами он разворачивается, заходит в дом и захлопывает за собой дверь.
15. КАСС
Я в третий раз стучу кулаком в дверь Аманды, и наконец слышу за ней медленные шаги. Жду, переминаясь с ноги на ногу, пытаясь унять взбесившиеся нервы. Знаю, что она нарочно тянет время, но я подожду. Она не может вечно сидеть взаперти, а я… я готов стоять здесь столько, сколько потребуется, пока она не смирится с тем, что ей придется посмотреть мне в глаза и признать, как безнадежно она все испортила.
Дверь наконец распахивается.
— Касс?
— Если не считать твоего неуместного представления в закусочной, то да, — цежу сквозь зубы.
Она кладет книгу, которую держала в руках, на тумбочку, а сверху водружает очки.
— О чем ты говоришь? — ее тон теперь жесткий и раздраженный.
Я усмехаюсь:
— Мы правда будем играть в эту игру, Аманда? — слегка качаю головой. — Мы не в дешевой мелодраме, так что, пожалуйста, прекрати этот спектакль с «я не понимаю, о чем ты». Я знаю, что ты в курсе, что натворила.
Она смотрит на меня в упор. Еще несколько лет назад этот взгляд заставил бы меня смутиться, но сейчас… сейчас он не производит никакого эффекта.
— Я сделала это, чтобы защитить твою карьеру, — резко бросает она.
— Ах, вот как? — парирую я. — Ты почти убедила меня в этом.
Ее ноздри раздуваются, лицо искажается.
— Эта девушка не подходит тебе и твоему статусу.
— А ты подходишь, Аманда? — я делаю шаг к ней. — Ниа неподходящий выбор, а ты — идеальный? Так, что ли?
Она сжимает челюсти, не отводя взгляда.
— Я отдала тебе годы своей жизни, — говорит она чуть хрипло. — Годы, Касс. Я создала тебя и твой бренд. Я сделала тебя тем, кто ты есть, и не позволю какой-то глупой деревенской девчонке разрушить все, над чем я так усердно работала. Я ни за что не позволю ей присвоить плоды моего труда.
Я ошеломлен ее словами, безумным блеском в ее глазах.
— Ты вообще слышишь, что говоришь? Ты звучишь как сумасшедшая, Аманда. Я ценю все, что ты сделала, но я не призовой скакун, которого можно заставить подчиняться, оказывая мне благодеяния. Я добился успеха, потому что нанял тебя для этой работы. И вплоть до последнего часа я испытывал к тебе только уважение за твой неустанный труд. Но это… — я машу рукой в ее сторону. — Ты правда думала, что твое поведение с Ниа заставит меня захотеть тебя?
И вот я, идиот, все это время считал, что три года назад она спасла меня. Думал, что она вытащила меня из той ямы, потому что искренне заботилась. Если бы я знал, какие у нее были истинные намерения, все было бы иначе.
Как, черт возьми, я мог быть настолько слеп?
— Я брежу, потому что я амбициозная женщина, которая знает, чего хочет, и имеет средства для достижения цели? — шипит она, заставляя меня взглянуть на нее.
— Достижения? — я отступаю, не веря своим ушам. — Я что, вещь, которую можно заполучить? Я по-прежнему считаю себя человеком, который вправе сам выбирать свою судьбу. Мне не нужно, чтобы кто-то определял, что лучше для меня и моей жизни. Я не позволю лишать меня выбора, заставляя следовать чужим путем.
— Но я знаю, чего ты заслуживаешь, — настойчиво произносит она и приближается ко мне. — Ты заслуживаешь того, кто мыслит как ты; кто разделяет твои цели и мечты. Касс, тебе нужен тот, кто будет идти рядом, полностью осознавая, чего от тебя ждут. Тот, кто не станет тормозить тебя или мешать твоей работе. — Она сглатывает. — Тебе нужен тот, кто принадлежит твоему миру. — Она протягивает руку, чтобы
— Не надо, — предупреждаю я.
На ее лице вспыхивает гнев.
— Что ты вообще в ней нашел? — Она проводит пальцами по волосам. — Она владелица кафе без статуса и веса в обществе. Просто еще одно лицо в толпе, тогда как я… — она указывает на себя, — я влиятельна. И знаю, чего ты хочешь. Я всегда буду знать, что тебе нужно. — Она выглядит одержимой, словно сама верит в каждое свое слово.
— Никогда думал, что скажу тебе это, но ты доказала, что все, что я о тебе знал, — ложь. Поэтому у меня нет другого выбора, кроме как сказать: ты жалкая, Аманда. С самого первого дня нашей встречи я относился к тебе с восхищением, но сегодня ты положила этому конец своими поступками и словами. — Я коротко выдыхаю. — Ниа… она совсем не такая, как ты. Она не пытается заманить кого-то в отношения, потому что у нее в телефоне есть номера влиятельных людей. Ей не нужно быть могущественной или влиятельной, чтобы оставаться собой. Ей не нужны угрозы и оскорбления, чтобы показать свое превосходство. Она сияет просто потому, что она — это она. Эта женщина превосходит всех просто тем, что остается собой. Она важна для меня; она — все, чего я хочу и заслуживаю.
— Ты ведешь себя как ребенок, — выплевывает Аманда. — Ты несерьезен и глуп. То, что ты чувствуешь к Ниа, — всего лишь увлечение. А то, что есть между нами… это совсем другое.
Я внезапно издаю грубый смешок, настолько резкий, что она вздрагивает.
— То, что есть между нами? — вновь смеюсь я. — Прости, но что именно происходит между нами, Аманда? Я когда-нибудь подавал тебе знаки? Мои слова когда-нибудь намекали на признак симпатии? Определенно нет. И причина в том, что я никогда даже не рассматривал такую возможность. Я всегда видел в тебе наставника, человека, с которым я бы… — качаю головой. — Знаешь что? Забудь. Вряд ли ты сейчас способна понять хоть слово из того, что я говорю.
— Ты лжешь. — Она окидывает меня взглядом и машет рукой. — Я знаю, что ты это чувствуешь. Я видела это в твоих глазах, когда мы вместе. Я замечала твои взгляды…
— Ты лишь подтверждаешь мою правоту, Аманда. Ни одно из моих слов до тебя не дошло. — Такой ее стороны я никогда не мог себе даже представить.
— Ты отрицаешь то, что между нами, потому что я разобралась с этой сукой? — спрашивает она. — Она сама напросилась, поскольку слишком много о себе возомнила, и ей нужно было показать…
— Просто остановись, — шиплю я. — Ты сделала то, на что не имела права. Твое вмешательство в мою жизнь…
— Я твой менеджер, Касс, — она повышает голос. — Твой гребаный менеджер…
— Была, — обрываю ее.
Она бледнеет, глядя на меня пустыми глазами.
— Что?
— Ты была моим менеджером, Аманда, — уточняю я. — Ты уволена. Я больше не нуждаюсь в твоих услугах.
— Ты не можешь говорить это всерьез.
— Но я серьезен. — Немного наклоняюсь, приближаясь к ее лицу. — Ты должна покинуть этот отель к завтрашнему утру. Мои юристы рассчитают тебе остаток зарплаты и в течение часа, максимум, забронируют билет обратно в Нью-Йорк. Автобусы для тура заняты, у меня еще остались съемки, так что на этот раз ты полетишь самолетом. — Я выпрямляюсь. — И еще одно, — добавляю с легкой усмешкой. — Ты будешь полностью отстранена от управления моей работой и расписания. Будут подготовлены документы, чтобы избежать любых будущих недоразумений или конфликтов.