Малое солнце
Шрифт:
— Я без понятия, парень. Это не мое дело, — произнес бородатый, словно потеряв к Джейдеру всякий интерес. Казалось, его интересовали лишь показания на панели медицинской капсулы. — Мое дело поставить тебя на ноги, парень, и для этого тебе придется плотно посидеть на водорослевой диете. А вот от продуктов на основе дрожжей придется отказаться. Тебе и так свистеть и свистеть. И пей почаще. Диуретиков у нас нет, пива тоже, так что хотя бы кофе. Надо хорошенько проссаться, парень, вывести по максимуму эту дрянь. Если хочешь, я тебе все запишу в медицинский
— Нет уж, к черту его! — отмахнулся Джейдер. — Я все равно там ничего не пойму.
Проклятая ванна начинала действовать ему на нервы. Он попытался сесть, но, похоже, бородатый был против.
— Куда это ты собрался? Лежи, парень. Ты еще на регенерирующих препаратах. Твои внутренности сейчас напоминают грязную кровавую тряпку, и, поверь мне, они не обрадуются твоему рвению шататься где ни попадя.
— Проклятье! И сколько мне теперь отмокать в этой ванной?
— Недолго! — неожиданно раздался голос со стороны.
В проеме гермоворот показался Монар. Его некогда строгие черты лица были непривычно сглажены довольной улыбкой.
«Может быть, он просто еще немного поправился?» — подумал про себя Джейдер, чувствуя, как нахлынувшая радость разбивается о стену боли.
Монар вошел в отсек.
— Как наш пациент, доктор Пашинян? Недолго ведь ему лежать здесь?
Бородатый врач поспешно выпрямился.
— Если этот парень не будет скакать по отсеку, пока в его крови регены, то на ноги встанет скоро. Думаю, через день или два. Другое дело, что ему еще долго ходить сюда на капельницы и клизмы. Дело в том, что его пищеварительный тракт отторгает стронций. Хрен знает почему, но деваться некуда. Я думаю, что…
— Очень хорошо, доктор! — прервал его Монар. — Этот парень — наш герой. Позаботьтесь о нем как следует и, если что-то потребуется, я лично готов в этом помочь.
Монар дружески похлопал врача по плечу и повернулся к Джейдеру.
— Да, конечно! — закивал бородатый врач, но продолжил говорить. — Парень молодой, крепкий, но, думаю, после такого ДНК у него ни к черту. Соответственно, туда же и содержимое мошонки. Я еще не проверял, но полагаю, здесь светит запрет на потомство. По крайней мере пока не будут результаты. Так что пусть парень попридержит своего …
— Прекрасно, доктор! Спасибо! — отрезал Монар, явно не желая выслушивать подробности. Но бородатый уже готовил следующую реплику.
— Я бы еще рекомендовал не…
— Как самочувствие, Джейдер? — игнорируя доктора, спросил Монар.
Недвусмысленный взмах его руки дал понять, что он хочет остаться с пациентом наедине. Его вопрос на какое-то время повис в воздухе. К чему был этот вопрос? Джейдер не мог распознать, был ли в нем укрыт сарказм.
— Бывало и лучше, — прохрипел он в ответ, сжавшись от внезапно нахлынувшего кашля.
— Ну ничего, ничего! — улыбнулся Монар. В его интонации проступили добродушные ноты. — Тебя буквально вытащили с того света, старина. И если верить доктору, скоро будешь как новенький.
— Кто меня вытащил? — спросил Джейдер, пытаясь сдержать клокочущий
Силуэт Монара все еще расплывался в глазах, утопая в лучах раздражающе-ярких ламп. Было видно, как его фигура приблизилась к капсуле, но все еще держалась на социально приемлемом расстоянии.
— Ну кто же еще? Наш славный доктор Пашинян, старина, — ответил Монар, с любопытством осматривая диковинное устройство капсулы. — Не думаю, что кто-то, кроме него, смог бы вернуть тебя к жизни столь успешно.
Его взгляд проскользил по сплетению полимерных трубок и задумчиво остановился на панели управления. Судя по выражению его лица, показатели оказались вполне удовлетворительными. Убедившись в этом, он без опаски приблизился вплотную.
— Видишь? Ты уже почти не светишься, — он ткнул пальцем в залитую бликами панель. — Так что вскоре…
— Монар! — остановил его Джейдер. — Я уже чертову вечность задаю один и тот же вопрос, но никто не может мне ответить! Кто вытащил меня с Ганимеда? Ни одна спасательная капсула не успела бы прибыть раньше, чем через три дня. Мой кислород был на исходе…
— Тебе очень повезло, старина, — сухо ответил Монар.
Какое-то время он медлил с ответом. Создавалось впечатление, что он тщательно подбирал нужные слова:
— К счастью, одна из наших бригад занималась ремонтом ретранслятора в том секторе. Их корабль зарегистрировал выброс радиации. Проклятая буря и так доставила нам кучу проблем. Электромагнитный фон Юпитера размотало по всей системе, выведя из строя ряд спутников и ретрансляторов. Поэтому выброс радиации поначалу никого не заинтересовал. Однако находившаяся в том секторе ремонтная бригада заподозрила, что выброс был не с Юпитера. Светился сам полюс Ганимеда.
Монар на секунду замолчал, отвлекаясь на наручный терминал:
— Очаг выброса совпал с местом дислокации добывающего комплекса. Тогда мы уже поняли, что произошло нечто страшное и медлить никак нельзя. Кстати, на том корабле был твой товарищ, инженер связи и, насколько знаю, любитель крепко выпить.
— Талард? — изумился Джейдер.
— Да-да, Талард. Его команда нашла тебя недалеко от грузовой платформы на втором уровне, после чего сразу же вытащила наверх. Ты был в критическом состоянии и едва дотянул до медотсека.
Монар замолчал. В воздухе повисла гнетущая пауза.
— Старина, мы и представить не могли, что там произошло, — наконец произнес он, резко помрачнев. — Потеря добывающего комплекса на Ганимеде будет иметь для нас катастрофические последствия. Но твои записи… они шокировали всех нас. Никто не мог представить, что ты прошел через все это. Их изучение практически сразу было переквалифицировано в дело первой степени. Все материалы, включая собранную телеметрию, отчеты, образцы радиофильных организмов и даже твой скафандр были изъяты следствием. Спасший тебя корабль подвергся заражению, так что все оказалось более чем серьезно. Была организована целая операция, дабы обеспечить изоляцию зараженного оборудования и команды.