Каролина
Шрифт:
– За что же? За власть, искупление грехов или же просто от скуки? – Лэнсо чуть подался вперёд. За неимением элегантных усов он поскрёб щетину на подбородке.
– За Рокнур, – просто ответил лорд Фарлон. – Ведь наш король оставил нас. Одержимый древней легендой, Эналаи грезил о чужих землях и позабыл о тех, что даровали ему Боги.
А ведь Эналаи говорил со мной об этом во время нашей первой встречи. Со страстью и горечью рассказывал о несправедливом исходе поединка между королями-открывателями, о том, как вероломно Мидфорд присвоил себе победу и завладел южной частью полуострова – лучшей,
Или хотя бы в тот день, когда Кейлет – одна, без приглашения и весточки – явилась в Виарт. Пока король Ромеро чествовал гостью ужином, к его городу стекались полчища людей и чудовищ.
Я стряхнула воспоминания и прислушалась к речам лорда Фарлона.
– Полуостров нарекли объединённым королевством, – говорил он, – но в действительности югом правят самозванцы, которых ваш народ никогда не признает, а север достался вестникам и мёртвому лесу. Так за что я буду сражаться, Лорэнсо? Ответ прост: за прежнюю границу и новых королей.
– И соглашение о мире, заключённое перед людьми и Богами, – добавил Лэнсо. Дождавшись кивка, он спросил: – Что касается нового короля Рокнура, уже есть кто на примете?
Лорд Фарлон заулыбался так широко, что усы его затрещали.
– Трон под Кейлет расшатался давно, – начал он издалека. – Задолго до вашего появления, даже до болезни короля. Боги, эта женщина переоценила своё влияние и власть! Ей следовало бы не травить мужа, а заботиться о нём со всей любовью… Да, мне это известно. Это всем известно. Так, кхм… так себя вести нельзя.
Кейлет бы вырвала его сердце за столь пренебрежительный тон. Я кусала губы. Хотелось одновременно смеяться без всякого повода и рыдать у Лэнсо на груди.
– Пора принцессе Луми вернуться домой, вы согласны? – Лорд Фарлон испытующе уставился на меня, словно знал, что я знаю. Я промолчала, а он продолжил: – Корабль уже на полпути в Лорг, чтобы доставить принцессу из изгнания прямо на престол. Она станет символом возрождения нового мира. Луми образована, мила, чиста и, главное, не замужем.
Гленн странно рассмеялся и спросил:
– Кто же станет её супругом?
Лорд Фарлон с отточенной ненавязчивостью развёл руками.
– Мой старший сын как раз подходящего возраста и положения.
Вот вы и ответили на вопрос, лорд Фарлон. Мысленно он уже поднял и опустошил кубок за здоровье королевской четы, сидя по правую руку от трона.
– Что будет с Кейлет? – спросила я неожиданно для самой себя. – Вернее, какую судьбу вы ей запланировали?
Гленн поднялся и, легонько тронув моё плечо, отошёл в центр временного лагеря. Лэнсо взял мою руку и положил себе на колени. Странные они, я ведь просто спросила. Просто спросила. Лорд Фарлон снова смотрел на меня, но теперь иначе. До него сейчас лишь дошло, что женщине не пристало участвовать в переговорах о судьбе двух королевств. Он и заговорил со мной медленно, как если бы объяснял ребёнку устройство колеса.
– Когда на смену старой власти приходит новая… приходит с оружием… старая власть погибает. Либо во время нападения… – Он ненарочно прервался,
Я тоже сделала глубокий вдох, но воздух был с привкусом пепла.
– Прежде чем праздновать победу и мысленно казнить врагов, ответьте мне ещё на один вопрос. – Голос Лэнсо вырвал меня из внезапно накатившей тошнотворной темноты. – Ваши люди – те, которые сейчас ожидают приказа, – участвовали во вторжении десять лет назад?
Важность цапли потускнела. Уже и шея не казалась такой длинной, и усы не такими зачарованными. Я лишь мельком отметила это, потому что не могла оторвать взгляда от Лэнсо. Непривычная суровость заново рисовала для меня его черты. Ох, кто бы поверил, что вчера он голым плескался в озере, поднимая тучи брызг! Вчера он был просто моим Лэнсо, моим мужем. А сейчас я со смесью страха, гордости и восхищения ощутила, что он мой король.
Вопрос не прозвучал для лорда Фарлона неожиданно, и всё же он вздрогнул.
– Я дал Эналаи три сотни человек для отвода глаз, – проговорил он медленно. – Не хотел повторить судьбу Колтона, сами понимаете.
– Предположим, не понимаю, – перебил Лэнсо.
– В вашем распоряжении будет три тысячи. И это только моё небольшое войско, а ведь я не один. При удачном раскладе мы можем взять Виарт…
– Я не хочу, чтобы рокнурские войска снова брали Виарт.
Вдалеке послышались первые раскаты грома, точно отголоски той далёкой битвы. Лорд Фарлон, вздрогнув от неожиданности, заговорил вкрадчиво и осторожно:
– Но ведь на этот раз – для вас.
И пусть слова сочились мёдом, в них угадывалось «а вы нам не особенно-то и нужны».
– Тем более, для меня. – Не замечая того, Лэнсо крепче сжал мою руку. – Кем я буду в глазах моего народа?
– Да какая… – лорд Фарлон осёкся. – Я понимаю ваши чувства, Лорэнсо, но поступки ваши нерациональны.
Лэнсо широко улыбнулся.
– О, это лишь первый нерациональный поступок, который я собираюсь совершить сегодня. – Когда собеседник вопросительно изогнул брови, он продолжил: – Предлагаю вам сопровождать меня в дальнейшем путешествии – здесь уже недалеко. А после мы завершим этот разговор.
В этот миг – запятой в не подписанном пока союзе – небо раскроила яркая вспышка молнии. Начиналась гроза.
Я стояла в центре широкого зала, возведённого из камня, эха и сквозняков. С мокрого платья уже натекла внушительная лужа, и стоило мне шевельнуть каблуком, как раздавалось хлюпанье.
Прямо перед собой я видела спину Лэнсо – прямую под тяжестью плаща, впитавшего затяжной ливень. Поодаль ждали Колтон и лорд Фарлон.
На Рокнур уже спускались сумерки, когда мы въехали на подъёмный мост. Внизу пузырилась вода, по бокам крупные капли сражались с факелами. А на другой стороне рва нас встречали две огромные фигуры: они казались неподвижными, точно высеченными из скалы, и только ветер трепал длинные белые волосы.