Гримстоун

Магнарелла Брэд

— Она есть и её нет. В мифологии используется одно название для таких богов, как Хель, но на самом деле существует множество вариаций, в зависимости от культа, который им поклоняется. Коллективная вера в бога создает шаблон. Определенные обряды, проводимые с течением времени, превращают богов в отдельных существ.

— И ты говоришь, что есть одна версия Хель, которой нравятся молодые блондинки в полнолуние.

— Точно.

— А как ты все-таки определяешь, которая из них?

— Это будет непросто, учитывая распространенность скандинавской мифологии и верований.

Но то, что рассказала нам Миртл, несколько сужает круг поисков. Стен Клаузен был датчанином. Я начну с изучения культов в Дании.

Джеймс прошел мимо меня с миской для воды.

— Если все в порядке, я еще немного поухаживаю за Энни и поработаю над восстановлением защитных полос. Наверное, стоит закопать еще одну партию клейморов.

Я был не в восторге от того, что он будет обращаться со взрывчаткой всего в нескольких футах от меня, но, желая хорошенько сосредоточиться на час-другой, я сказал:

— Хорошая идея — и открыл первую книгу.

— Как дела, профессор?

Я и не подозревал, насколько стемнело, пока Джеймс не включил свет. Удивительно, но электричество в трейлере все еще работало. Я покосился на раскрытые тома, разбросанные по столу, затем заглянула в заметки, которые делала в своем блокноте.

— Не так хорошо, как я надеялась — проворчал я.

— Почему? Что случилось? — Он сел на стул напротив меня. Энни забралась под стол и лизнула один из моих ботинок, прежде чем улечься. То, что питбуль был в хорошем расположении духа, хотя и было приятно, не очень-то смягчило мое разочарование.

— Я прочитал обо всех культовых обрядах Хель в этом регионе, но будь я проклят, если смогу найти что-нибудь о золотом браслете. Идолы, конечно. О них много чего написано, так же как и о человеческих жертвоприношениях и приношениях в полнолуние. Но ничего о браслетах, или даже о блондинках, если уж на то пошло.

— Возможно, культ был тайным — предположил Джеймс.

— Возможно, но это все равно заставляет нас стрелять вслепую.

— Ты ничего не можешь перенять из других практик?

Я сверился со своими заметками, пока Джеймс вставал и направлялся к холодильнику. Он вернулся с парой банок пива, открыл их и поставил передо мной одну из бутылок. Я нарушил свое собственное правило не пить и сделал глоток. Мне нужно было что-то, чтобы снять напряжение с мозга.

— Что ж, в любом случае, уничтожение идола уничтожит и бога — сказал я.

Джеймс кивнул.

— Вот так.

— И защитные круги в разных культах довольно похожи, соль самое распространенное средство.

Джеймс еще раз кивнул в знак поддержки.

— Но хотя некоторые обряды предполагают украшение тех, кого скоро принесут в жертву, драгоценностями — сказал я — в них ничего нет о браслетах. Я даже не нашел ничего похожего на символ, который нарисовала для нас Карла.

— И все же — сказал Джеймс — два из трёх, это неплохо. С браслетом мы разберемся, когда дойдет до этого дело.

— Если дойдет до этого — сказал я. — Послушай, реклама была отличной идеей — я не говорю, что это было не так, — но каковы шансы, что следующая

жертва, во-первых, наткнется на рекламу, а во-вторых, действительно поднимет трубку и...?

Из штанов Джеймса доносилась мелодия песни "The Good, the Bad and the Ugly" [2] . Он вытащил телефон из заднего кармана. Посмотрев на номер, он пожал плечами, как бы говоря, что его нет в его контактах, и поднес телефон к уху.

2

The Good, the Bad and the Ugly — инструментальная композиция Эннио Морриконе. Основная музыкальная тема одноимённого кинофильма 1966 года, режиссёра Серджо Леоне.

— Алло?

Возможно, это Миртл перезванивала нам с информацией о том, кто купил ранчо Стена на аукционе. Но когда он заговорил снова, его голос стал бархатистым.

— Да, это он — сказал он — можешь описать браслет?

Я медленно встал, сцепив руки, не желая обнадеживаться. В округе Гримстоун, вероятно, было немало женщин, настолько отчаявшихся, что откликнулись на объявление о продаже жилья, которое не имело к ним никакого отношения.

Джеймс щелкнул пальцами и кивнул мне.

— Это она — одними губами произнес он.

10

— А вот и она — сказал Джеймс.

Он поставил джип задним ходом на свободное место напротив входа в закусочную, и я вытянула шею, чтобы лучше видеть. Пожилая пара сидела за столиком рядом с витриной и поглощала свой поздний ужин, в то время как пара дальнобойщиков склонилась над стойкой. Официантка с седеющими волосами снова наполнила их кофе.

— Выглядит немного постаревшей — сказал я.

— Только не она, чувак. Она.

Он поворачивал мою голову, пока я не увидел молодую женщину за столиком в дальнем углу. её светлые волосы рассыпались по плечам розового свитера, когда она пила воду из стакана и оглядывалась по сторонам. Мой взгляд упал на браслет на её левом запястье.

— Ладно, хорошо — сказал я, облегченно вздохнув — Готов Ромео?

Джеймс улыбнулся чуть шире, чем следовало — Я рожден для такой работы. Увидимся в пять?

— Да, я буду за вторым столиком от кабинки. Тот, что поменьше. Просто помни, мне нужно время, так что...

— Продержу её здесь столько, сколько смогу — закончил за меня Джеймс — Я знаю, как это делается, профессор. Смотрите и учитесь.

Он вылез из джипа и с важным видом пересек стоянку. По моему настоянию он снял ковбойскую шляпу и сменил жилет на кожаную куртку. Я нервно наблюдал, как он вошел в закусочную и направился к молодой женщине.

Ее звали Эллисон. Ей было интересно, кто подарил ей браслет, подарок, который кто-то завернул в коричневую бумагу и оставил у нее на крыльце, а когда она услышала рекламу по радио, ей просто пришлось позвонить и узнать. Идея Джеймса сработала. Он спросил, не могли бы они встретиться, чтобы получше узнать друг друга, и Эллисон предложила "Закусочную Полин": "У них потрясающие стейк-бургеры".