Олд мани
Шрифт:
Яна Голд
Олд мани
Глава 1
– Милая, я должен жениться на другой, – сказал он на безупречно правильном английском.
– Что прости? – опешила я, чувствуя, как приятный трепет сменяется липким ощущением приближающегося конца. – То есть вместо того, чтобы сказать мне: «Ура, у нас будет ребенок!»,
– Конечно. Нам ведь нужно планировать будущее, – невозмутимо сказал Адриан, не разделяя моих чувств.
Еще пару месяцев назад я могла планировать будущее с иностранцем. Он полностью давал мне такую надежду, и я была уверена, что мои мечты окажутся вполне реальными. При каждом удобном случае он заверял, что любит. Регулярно прилетал из Франции в Россию. Ко мне. Даже если мог остаться со мной всего на пару дней, он делал это.
Когда мы познакомились, я сама с трудом верила в происходящее. Казалось, такое бывает только в кино. Мы поехали с подругой во Францию на книжную выставку – она с поручениями от своего издательства, а мне, как автору любовно-эротических романов, просто было интересно посмотреть, как ведутся дела у зарубежных коллег по перу.
Возвращаясь с выставки, мы забрели в «Шекспир и Компанию» – популярный книжный магазин, где частенько собираются прямо-таки очереди из желающих его посетить. Я надолго зависла на втором этаже перед стендом с сотнями записок, написанных от руки. Пока я вчитывалась в строки, выискивая тексты на английском и русском, Даша изучала книги на первом этаже.
– Vous pouvez laisser votre message, – услышала я мягкий мужской голос за спиной.1
– Извините, я говорю только на английском, – вежливо сказала я, оглянувшись на незнакомца.
Я ожидала, что парень сделает вид, будто не понял меня, как порой случалось во Франции, но он тут же перешел на английский, чем сразу подкупил.
Хотя ладно, его внешность тоже подкупала. Высокий, стройный молодой человек с золотисто-каштановыми волосами и задумчивыми голубыми глазами. У него были правильные, почти классические черты лица, мягкая улыбка и атлетическое телосложение, которое не скрывало даже короткое пальто и тонкий блейзер. Брюки чинос и дорогая обувь завершали образ «золотого мальчика» – привлекательного, ухоженного и привилегированного.
Возможно, пока я разглядывала незнакомца, у меня разыгралась типичная авторская фантазия. Я любила, глядя на людей, придумывать их историю и угадывать, чем они занимаются.
– Я Адриан, – представился парень.
– Теона, – ответила я, испытывая удовлетворение от того, что хотя бы во Франции никто не будет удивляться моему имени.
– Можешь тоже оставить записку. Возможно, кто-то будет разглядывать ее так же увлеченно. Или давай сделаем это вместе, – предложил он.
– Почему бы и нет, – согласилась я.
Мне показалось, Адриан использовал интересный ход, чтобы завязать диалог с девушкой.
– Давай первую часть напишу я, а ты продолжишь, чтобы получилось что-то символичное, –
«Герой твоего романа…» – написал он и протянул мне записку.
«Перед тобой?» – подумала я, догадываясь, к чему клонит Адриан.
Мужчина понравился мне с первого взгляда. Он сразу располагал к себе, но в тот момент в голове всплыли совершенно другие слова.
«…за тебя и против всего мира» – окончила мысль я.
Мне показалось, что так фраза прозвучит куда сильнее и глубже. По крайней мере, в тот момент, когда я писала эти строки, по рукам пробежали мурашки. Я была уверена, что такие слова когда-нибудь найдут какую-то чрезмерно романтичную натуру, которая так же, как и я, в будущем зависнет перед стендом в этом магазине.
Мы дополнили записку своими именами и прикрепили ее к доске. Я догадывалась, что Адриан захочет продолжить знакомство. Так и случилось.
За те две недели, которые я провела в Париже, были прогулки под луной, романтические свидания с видом на Эйфелеву башню и долгие разговоры. Казалось, я встретила родственную душу. Нам даже не мешало то, что мы оба говорим не на родном языке. Между французским и русским надежным буфером встал английский, которым мы оба свободно владели.
Мне было неловко перед Дашей. Я бросила подругу и окунулась с головой в свой курортный роман. Впрочем, Даша меня не осуждала и только посмеивалась, намекая, что это принесет мне новую порцию вдохновения.
Я отдавала себе отчет в том, что наша история закончится сразу, как я сяду в самолет, поэтому я изо всех сил держалась, избегая близости с Адрианом. Но все-таки соблазн был слишком велик. Галантный, внимательный, ласковый. С каждым поцелуем сдерживаться перед его мягким обаянием было все сложнее и сложнее. В последний вечер перед отлетом я все же сдалась.
Того бешенного урагана, который я привыкла описывать в своих книгах, в постели с Адрианом не случилось. Но все было безумно чувственно, так нежно и не менее горячо, что я искренне расстроилась, ведь это больше не повторится.
По дороге в аэропорт я утешала себя мыслью – хотя бы будет что вспомнить. Романом с французом может похвастаться не каждая, хоть и мимолетным. Расскажу эту историю в одной из своих книг и обязательно сочиню для нее хэппи-энд.
Адриан, в отличие от меня, был настроен куда более оптимистично, заверяя в том, что по-настоящему влюбился и так просто не хочет меня терять. Он обещал приехать при первой же возможности. И такая возможность наступила довольно скоро.
Мои родители называли Адриана заморским принцем, и их не смущало, что между Россией и Францией нет морских границ. В его первые визиты на мою родину я тоже с трудом верила в свое счастье, разделяя мнение моей семьи. Казалось, подобные истории просто миф для мечтательных девочек. Я бы вполне могла сочинить что-то подобное в своих книгах, но все происходило наяву. Так и хотелось крикнуть: