Дворяне и ведьмы

Кильдяшев Антон Евгеньевич

От Надьи он узнал, где раздобыть ещё дури. Тоноак пошёл за ней и принёс назад спустя пару часов. Немного полегчало, хотя Хол и чувствовал, что начинает привыкать. Боль проявлялась сквозь завесу тумана, застилавшего голову. То ли зелье больше не действовало так сильно, как раньше, то ли джинн стал лучше пытать.

– Вы... всё это выпили?
– Удивлённо спросил Тоноак, разглядывая опустошённые Холом пузырьки. Количеством он компенсировал ослабевший эффект зелья.
– От неё бывают видения. Не пейте так много.

– Ничего не будет.
– Пожал плечами он в ответ.

Ему

много и часто приходилось прибегать к помощи алхимиков, да и Ёная предпочитала вместо магии использовать зелья. Видения были Холу знакомы очень давно и стали обыденным делом, как, впрочем, и побочные эффекты многих, многих настоек и трав. Знакомые алхимики порой предлагали большие деньги, чтобы испытать на Холе новые зелья. Когда-то он был живучим как бык, и ничего его не брало.

"Удивительно, что год спокойной жизни со мной сделал". Видения впервые стали сами по себе.

– Где твоя ведьма, Хол?
– Смеялся джинн в очередном ночном бреду.
– Где же та, что спасёт тебя?

Эти слова джинна стали последней каплей. В тот самый момент, как проснулся Хол побежал, шатаясь, к реке. "Чёрт должен заткнуться", - шептал он себе. Если только Змея и её змеи заставляют тварь молчать, то Хол с радостью хоть искупается в этой воде, хоть начнёт пить жидкую кровь речных созданий.
– "Лишь бы заткнулся", - повторял он, босиком поскальзываясь на голых камнях и мокрой траве.

Небо вновь начинало давить, а в горло словно залили воды. Он кашлял и кашлял и никак не мог остановиться, а воздуха становилось меньше и меньше. Джинн смеялся, но Хол чувствовал, что чёрт боится. Он маскирует свой страх за весёлой маской - чтобы показать как ужас не окутывает его от одной мысли о воде Змеи и её змеях.

– Ну и зачем ты встал в шаге от реки?
– Вопрошал джинн, сияя длинными клыками. Змеи показали свои головы из воды и просто смотрели, улыбаясь.
– Это небезопасно - ты можешь и умереть! Ты же хотел когда-то быть сильным, чтобы покарать всех своих обидчиков? Ты же жаждал, чтобы тебя больше не считали слабаком? Прямо как один мой бывший хозяин - он тоже этого хотел, нашёл меня и пожелал, но упал в реку на полпути к противникам. Поскользнулся на камне и пошёл на дно, слишком тяжёлый, чтобы плыть.

– Заткнись.
– Повторил Хол, стиснув зубы.

И шагнул в реку, обжёгшую до самых костей и по ним прямо в зубы. Змеи молниями сверкнули к нему. На этот раз Хол подготовился лучше и захватил с собой копьё.

Не для того он сюда пришёл, чтобы быть покусанным. Как искусный рыболов, он ловил змей в воде копьём одну за другой. Они были хитры, но Молния - быстрее. В конце концов змеи окружили его со всех сторон. Копьё вылавливало их из косяка, а резак рассекал на части.

Это было удивительное чувство - меч словно ожил и жаждал крови. Наёмник не знал, мутит ли его или резак слегка двигался в руке, желая откусить побольше плоти от врагов. В воцарившейся тишине, где было местом лишь звукам реки, клинок, казалось, грохотал непонятными словами и на неизвестном языке. А три ножа-резака вторили клинку высокими и звонкими голосками.

"Кругом одни черти".

Хол вывернуло наизнанку очередной порцией воды.

–

Ну, делай ещё шаг.
– Засмеялся джинн прямо в ухо. Его туман пожирался рекой, вспыхивал ярко на краю сознания и обращался водой.
– Ты хотел утонуть, чтобы заткнуть меня - так делай это! И не обращай внимания на то, что у меня было много, много хозяев, столько их, сколько люди не видят за всю свою жизнь. Среди них, конечно, были и те, кто желали меня убить. Бессмертен я. Среди них были и рыцари, и рогатые жнецы, и ведьмы, и жрецы, и крестьяне, и короли и их жёны. Но вот он я, живой и невредимый!

Он шагнул в реку второй ногой. Огонь ударил прямо в затылок, а в глазах заплясали чёрные искры. И ещё один, отозвавшийся болью в коленях.

– Х-хозяин!

Завеса тумана вдруг спала. Тоноак стоял позади и кричал. Совсем недалеко. Его глаза были расширены от ужаса.

– Это плохое место, хозяин.
– Сказал он.
– Что вы хотели здесь делать?

И Хол задумался. Действительно, что? Джинн убивал своих хозяев, и почти смог достать его самого. Ноги подкосились, и наёмник упал прямо в воду. Кое-как с помощью раба он смог выползти на берег и тут же отрубиться.

***

Ведьма не пришла ни через день, ни через неделю. Хол мок под дождём с утра до вечера, но так и не увидал её палатки. Сорок лет она появлялась, а на сорок первый год вдруг прекратила. Так не могло быть. Не должно было быть.

"Почему её нет?", - спрашивал Хол пустоту, - "Почему именно сейчас?". Чертовски неприятное совпадение. "А совпадение ли вообще?" На вопросы никто не отвечал.

– А нужна ли тебе эта ведьма? Брось, забудь о ней.
– Говорил джинн и резал пальцы.
– Всего одно желание - и вместо меня появится твоя ведьма, та, что тебе так нужна. Зачем противиться тому, что ты хочешь?

Хол так устал, что начал забывать почему он не хочет загадывать желания. Этот джинн сделает всё наихудшим образом - и что с того? Проклятье можно преодолеть. С Ёнаей он однажды уже победил одно. Почему же не сможет ещё раз?

– Верно! Верно!
– Поддакивал чёрт.
– Ёная была сильной. От проклятья не осталось бы и следа!

Вот только сдаваться было не в его стиле.

Меч-резак стал говорить. Всё ещё непонятно, но разборчивее с каждым днём. Хол сидел вечерами один со своим клинком и пялился на бритвенно-острые изгибы, на ржавую, колючую сталь, и вспоминал, через что с ним прошёл.

С ней. У меча было женское имя.

– И как же... её зовут?
– Спросила Надья как-то раз, собираясь убраться в комнате и наткнувшись на своего постояльца. Она и до этого откровенно пялилась на орудия его ремесла - щит, копьё, разобранный на части арбалет, валявшиеся в углу. То ли её тянуло к воинам, то ли к оружию.

Скорее всего ко второму - Хол видел рукоять какого-то меча на кухне. Она торчала из стены, а меч явно предназначался для отпора бузившим горожанам или грабителям. Может, муж Надьи - если он вообще когда-то был - и был воином, а меч его жена до сих пор использует и как память, и для защиты - а, может, она просто неравнодушна к острым блестяшкам. Судя по блеску в её глазах всё так и было.