Драконы Солернии
Шрифт:
Второй день выходных начался с прихода сеньорины Альта. Девушка была как всегда жизнерадостная и свежая, а в руках она держала новую корзинку со снедью.
– Ну, как всё прошло?
– тут же с порога спросила она, глядя на наши помятые лица.
– Вы договорились с призраком?
– Не-а, - зевая, сообщил ей мой напарник.
– Фил всё протупил. Нет, чтобы столковаться, чтобы он нам - дом - а мы ему... ну свечку там в Храме поставим за упокой. Так нет же!
– он фыркнул.
– Не умеешь ты, Фил, торговаться!
Я только вздохнул. Едва я только проснулся, как вспомнил
Специально для Фениче мне пришлось рассказать нашу ночную историю, а так же поделиться с ней и с ди Ландау некоторыми моими сомнениями.
– Значит, он не тут умер?
– задумчиво дергая себя за чубчик, спросил мой напарник.
Я покачал головой:
– Мы с ним тогда гостили в Прадо, недалеко от Гриньяно, у его племянницы. Они только переехали в новый особняк и попросили волшебника-родственника посмотреть на фронтьерные заклятья на доме и заборе их сада, чтобы сэкономить деньги.
– И он попёрся в такую даль только чтобы помочь родичам?
– недоверчиво фыркнул молодой маг.
Я пожал плечами:
– Видимо, местные волшебники были недостаточно умелы. Тем более, что Прадо славится своими замечательными видами гор, а в долине есть прозрачное озеро. Это прекрасное место для отдыха, прогулок и рыбалки. Так что он приехал больше отдыхать в гостях, чем работать.
– Угу, хорошо отдохнул, - пробурчал ди Ландау.
Фениче, накручивая конец косы на палец, осторожно спросила:
– Фил, а где в это время были вы?
Я вспомнил прохладно-хрустальный день осени, когда деревья в долине уже начали желтеть. Мой хозяин остался в поместье, вычерчивая свои диаграммы и покуривая трубку, а я ушёл по хозяйственным делам.
Дом сеньора и сеньоры Кавалли, где мы гостили, находился довольно высоко на склоне, поэтому, чтобы добраться до центра города и забрать из прачечной свежие рубашки и накрахмаленные воротнички господина Евгения, мне нужно было неспешно спуститься на дно чаши-долины, наполненной жидким золотом. В самом низу сапфиром сияло озеро, а на его глади скользили белые и цветные треугольники парусов. Погода в это время года была просто замечательная, и прогулка доставляла немало удовольствия. При болезненной аккуратности моего хозяина, он никогда не одевал один и тот же воротничок после стирки дважды, поэтому я каждые два дня ходил туда и обратно с его вещами в прачечную.
Вся прогулка туда и обратно занимала больше полутора часов, поэтому, когда я вернулся, всё уже было кончено, и свежие воротнички господину Евгению были больше не нужны.
– На-армально, - хмыкнул мой напарник.
– Ладно, будем действовать так. Во-первых, сегодня же сходим в Храм и под присягой попросим священника заверить слова нашего прозрачного друга, которые мы оба слышали. Во-вторых, на основании этого подадим прошение о пересмотре всех документов по поводу смерти Рофбольто...
– под моим взглядом он поправился.
– Рофбольта в полицию и Храм. В полицию - потому что это возможно действительно убийство, а в Храм - потому что это показания призрака, а со всякими такими вещами разбираться должны именно они. И вот только
– Это займёт месяцы!
– заметила сеньорина Фениче.
– Угу, - грустно согласился мой напарник.
– Если дело не сдвинется с мёртвой точки (а оно не сдвинется) до Злых Глаз, то на выходных мы сами съездим в этот Прадо и поговорим с твоими Кавалли, быть может, они что-то знают, - покосился он на меня.
– Раньше Маргарита нас просто не отпустит.
Я только вздохнул. Государственная служба накладывала определённые ограничения на своих верных сынов, и проигнорировать их было нельзя.
В общем, план действий был утверждён, мы собрались и направились к Храму. Фениче решила сопровождать нас, потому что ей было интересно, и теперь она шла рядом со мной, держа меня под руку.
– Кстати, а почему сеньор Рофбольт, так ненавидящий чужаков, не напал на вас, сеньор ди Ландау?
– задумчиво задала она один из вопросов, который не давал покоя мне самому.
– Три варианта, - тут же отозвался мой напарник, показывая, что и он размышлял по этому поводу.
– Призрак меня просто не заметил. Или он не нападает на держателя ключа от дома, ведь ключ настроен именно на меня. Или он просто думает, что я помощник или друг Фила. Типа, раз Фил рядом со мной и не возражает против моего присутствия, значит, я безопасный.
Про четвёртый вариант он умышленно умолчал, я видел это по его глазам. Возможно, ди Ландау ещё не покушался на то самое сокровище, которое охранял призрак. Ведь он пытался расковырять тайники на лестнице и в гостиной, но вот до библиотеки, куда стремились воры, ещё не добрался. Было ясно, что хитрый эксперт (несмотря на всю его болтливость) не собирается раззвонить по всей Латане, что у него в доме есть какой-то ценный секрет.
Заверение наших слов под присягой прошло практически буднично и спокойно. После оплаты небольшой пошлины, миловидная девушка в баске с драконом и священническом охровом одеянии, записала наши показания, попросила нас дотронуться волшебной печати и поклясться именем Короля-Дракона, что всё сказанное нами - правда.
Она проставила на нашей копии заверяющую литеру и приложила к ней свою тимбру - штемпель, обозначающий, кто она такая и откуда. Наши слова на гербовой бумаге с этими двумя знаками делали наши показания более весомыми. Вторую копию она оставила в Храмовом Архиве, чтобы к ней можно было обратиться в случае утери нами нашего документа.
– Тык-с, одно дело сделали!
– передавая мне готовую бумагу, сказал ди Ландау.
– Раз уж мы тут, я пойду, узнаю про экзорцистов, может, они нам выделят более сильного прете.
В ответ на мой возмущённый взгляд он пожал плечами и заметил:
– Твой сеньор Евгений просил узнать, кто убийца. Раз ты это пообещал, то мы это сделаем. Но он не просил не выселять его из этого мира в другой, значит, будем заниматься двумя вещами параллельно. Это, знаешь ли, мой дом, и я хочу в нём жить спокойно. И вообще, раз ты такой недовольный и не хочешь в этом участвовать, то можешь прогуляться и Феньку до дому проводить, - он подбоченился и вызывающе выставил вперёд подбородок, показывая, что готов к драке.