Дитя огня
Шрифт:
— Я могу снова найти этих детей!
Я повернулся к охранникам.
— Слышали это? Я говорю о пропавших детях, и он беспокоится о своей компании. Это его вы пытаетесь защитить?
— Не беспокойтесь — сказал Эйбл — Эти люди не собираются выступать против нас. Они профессионалы. Вот почему я их нанял. Они выполняют свою работу.
Аннализ повернулась ко мне.
— А тебе лучше заняться своей работой
Она уронила пучок зеленых ленточек на ковер и схватила меня за руку. Она поморщилась, когда сделала
Ленты упали на ковер и вспыхнули зеленым пламенем. Пламя охватило мои ноги, но я не почувствовал боли. Несколько охранников в шоке уставились на нас, а один вскрикнул. Они подумали, что мы сгораем заживо.
Огонь пополз вверх по нашим телам и вырвался наружу. Как только пламя поднялось выше её головы, Аннализ бросилась вперед.
Выражение лица Эйбла Каца померкло. Он встал и глубоко вдохнул.
Металлический голос по громкой связи прокричал:
— Нет! Нет! Нет!
Аннализ отбросила стол в сторону. Он разбил окно и сорвал штору с карниза. Стол и штора упали на улицу и разбились о камни внизу.
Четверо охранников, которые окружали Эйбла, открыли огонь по Аннализ, заглушив голос Хаммера.
Аннализ врезалась в Эйбла, с тошнотворным стуком отбросив его к стене. Кроваво-красное пламя вырвалось у него изо рта, поджигая деревянные балки потолка. Он собирался обдать нас дыханием дракона, точно так же, как сотрудники магазина игрушек Hammer Bay.
Я пригнулся под зеленым огнем Аннализ и откатился к дальней стене. Выстрелы произвели невероятный грохот в закрытой комнате. Я почувствовал, как что-то пронеслось мимо меня. Должно быть, это был рикошет от неуязвимого тела Аннализ.
Я приподнялся на корточки. Зеленое пламя распространялось по направлению ко мне, и шестеро охранников, стоявших вдоль стены, бросились к двери, через которую они вошли. Хорошо. Пусть бегут. По крайней мере, они будут живы.
Один из них обернулся и увидел меня. Он поднял свое оружие.
Не раздумывая, я метнул в него призрачный нож. Один из его напарников толкнул его, когда он спешил к двери, а другой на мгновение оказался на линии его огня. Затем призрачный нож ударил его в область сердца.
Охранник рухнул на ковер. Мужчина, стоявший позади него, споткнулся о него и упал в дверной проем, заблокировав его. Зеленое пламя достигло их, и они исчезли в огне. Я слышал их крики.
Я призвал свой призрачный нож. Он сам оказался у меня в руке. Конечно, я убил их. Черт.
Дверь позади меня открылась. Я развернулся и мельком увидел, как двое мужчин вошли в дверной проем, которым мы только что воспользовались. Оба держали свои "Узи" наготове. Я снова метнул призрачный нож и, нырнув в пламя, распластался на полу.
Надо мной просвистели пули. Затем я услышал хлопок, как будто один из "Узи" заклинило и дал задний ход, и двое мужчин вскрикнули. Стрельба в комнате прекратилась. В этот момент зеленый огонь испарился. Я оглядел
— Ты молодец — сказала Аннализ, стоя ко мне спиной. После всей этой стрельбы в комнате было странно тихо, но в воздухе стоял ужасный запах горелого пластика и поджаренной плоти.
— Что-то мне не по себе — сказал я. Я взглянул туда, где она дралась. Остальные четверо охранников тоже курили "боунс". Эйбл Кац тоже.
Меня должно было стошнить, но я уже прошел эту стадию. Возможно, если бы там было одно или два тела, меня бы вырвало и я разрыдалась, как маленькая девочка, но этого было слишком много. Это казалось нереальным.
— По крайней мере, для них все произошло быстро — Аннализ повернулась ко мне. У нее не было правого глаза. Там была только пустая глазница. Прямо под этой пустой глазницей, на скуле, было второе пулевое отверстие.
— Боже мой! — Закричал я. Я попятился от нее. У нее в голове было две пули, выходного отверстия не было, но она шла как ни в чем не бывало. Что это, черт возьми, было? Она вообще была живой?
— Я знаю — сказала она — Это ужасно, когда такое случается.
Она протянула руку и осторожно коснулась своего лица негнущейся воспаленной рукой. Один из её пальцев скользнул в разрушенную глазницу.Вот и все. Меня вырвало на ковер.
— О, прекрати — огрызнулась она — Это не в тебя стреляли. Пошли.
Она ворвалась в дверной проем, отбрасывая со своего пути дымящиеся кости.
Святой Боже, что я здесь делаю? Кем она была?
Я хотел последовать за ней, но не смог. Я не мог перешагнуть через кости людей, которых мы только что убили.
— Чего ты ждешь? — рявкнула она на меня.
Я не ответил. Я невольно представил себе жен и детей охранников, их матерей и отцов. Разбитый компьютер лежал кучей рядом с одним из тел. Я подошел к нему и поднял веб-камеру. Маленькая красная лампочка все еще горела, но я не знал, продолжает ли она передавать изображения.
— Это ваша вина — сказал я в камеру — Вы привели сюда этих людей. Вы просили их умереть за вас. Вы...
Что-то выбило камеру у меня из рук. Это был обгоревший человеческий череп.
— Ради всего святого! — прошипела Аннализ — Вот почему ты никогда не станешь чем-то большим, чем деревянный человечек, Рэй. Ты чертовски мягкотелый. Не разговаривайте с целями. Не насмехайся над ними. Не будьте им гребаными друзьями. Это только усложняет задачу. Будь гребаным профессионалом. Относись к ним как к предметам — Она подняла череп и помахала им у меня перед носом — Это стеклянные статуэтки, Рэй, и ничего больше, некоторые очень красивые, некоторые не очень. Но это твоя работа, разбить несколько из этих фигурок, и ты никогда не сможешь сразу сказать, каких именно.