Дитя огня
Шрифт:
— О, да — сказал я ей — Но, думаю, не сразу.
Когда мы приблизились к толпе, повар, нервничая, подошел ко мне. Должно быть, я представлял собой то еще зрелище — Что происходит? он спросил — Что происходит в этом городе?
— Братья Дюбуа убили преподобного Уилсона.
В толпе раздались удивленные возгласы.
— Что? — спросил повар — Вы, наверное, это несерьезно.
— Уходите — сказал я ему. Мы протолкались сквозь толпу и направились дальше по кварталу. Никто не пытался нас остановить — Чарльз Хаммер следующий, верно, босс?
— Он
— Твоим рукам лучше?
— Нет — сказала она — Им хуже. Думаю, завтра я вообще не смогу ими пользоваться. Я чувствую, что они горят, и я едва могу сгибать пальцы.
Мы подошли к фургону. Я открыл для нее дверцу и помог сесть, не заботясь о том, чтобы пристегнуть ремень безопасности. Я сел за руль и завел двигатель.
— Мы могли бы снова заехать в к мяснику...
— Не беспокойся — сказала она — В прошлый раз это почти не помогло, и я не хочу тратить на это весь день. Это пустая трата времени.
— А как твой желудок?
— Я умираю с голоду — Она не смотрела на меня. Она просто смотрела перед собой — По правде говоря, я чувствую себя немного слабой и дезориентированной. Мне придется полагаться на тебя чуть больше, чем обычно. Могу я это сделать?
— Да — сказал я — Я только что хладнокровно убил полицейского ради тебя. Если это не доказывает, что я на твоей стороне...
В этот момент меня чуть не стошнило. К счастью, я не ел уже несколько часов.
Я выехал с парковки. Мне некуда было идти, но я не хотел больше находиться рядом с местом драки. Я не знал, куда направляюсь, поэтому просто поехал.
Хаммер-Бей был прекрасен в солнечном свете. Я подумал обо всех тех людях, которые не увидят этого солнечного света, от женщины в больничном морге до преподобного и Шугар Дюбуа, и почувствовал приступ холодного гнева. Я пытался направить это на Чарльза Хаммера, или на его деда, или на Эли Уоррена, который в первую очередь принес заклинания в этот город, но, по правде говоря, я был зол на всех, включая самого себя. Мир, казалось, был полон убийц и тех, кто стоял в стороне и ничего с ними не делал. Мне вдруг захотелось быть одним из тех, кто стоял в стороне.
— Если я не выживу — сказала она — я не хочу, чтобы ты в одиночку охотился за Чарльзом Хаммером.
— Почему нет? — В моем голосе прозвучало легкое возмущение, но она не обратила на это внимания.
— Потому что он слишком большой для тебя, и я не хочу, чтобы он близко знакомился с твоими заклинаниями. Если что-то пойдет не так, уезжай из города. Кто-нибудь из коллег разыщет тебя и расспросит.
— К тому времени я уже буду в тюрьме, верно? Сможет ли общество снова вытащить меня оттуда?
Она пожала плечами. Она умирала, и ей было все равно, сяду я в тюрьму или нет. Я бы, наверное, чувствовал то же самое.
Я поехал к дому Синтии, радуясь, что пульсировала моя левая икра, а не та, с которой я вел машину.
— Ты же не думаешь, что он уехал из Хаммер-Бей?
— Надеюсь, что нет — сказала Аннализ — Я так не думаю. Он затеял все это ради своей компании и своего города. Я не думаю, что он бы бросил все и сбежал.
Я кивнул. Синтия тоже отказалась уезжать.
— А как насчет лодки или чего-нибудь в этом роде? Он достаточно богат, чтобы иметь ее.
— Он знает. В записях Кэроли сказано, какая именно. Я утопила её прошлой ночью. Его там не было
И тут я вспомнил — Кэбот сказал, что Чарльз все время прятался в тауэре.
— В их доме есть высокая круглая комната.
— Я тоже так подумал, но не тут-то было. Это спальня его сестры.
Она никак на это не отреагировала.
— Сестра сказала тебе, где он?
— Она бы не сказала. Не о её родном брате — На этом этапе я мог бы рассказать Аннализ о железных воротах Синтии, но у нас были более важные темы для обсуждения — Я хочу спросить её еще раз.
После этого Аннализ ничего не сказала. Мне стало интересно, что бы она сделала, чтобы добиться от Синтии ответа. Неужели я спас Синтии жизнь, чтобы мой босс мог её убить?
И тут меня осенило, серая каменная стена на фотографии Эммета, замечание Кэбота о том, что Чарльз прятался в башне…
Я выключил поворотник и продолжал ехать на юг. Мы выехали из делового района. Я посмотрел в сторону океана и увидела, как солнечный свет искрится на воде. Это было прекрасное зрелище. И там, обнаженный в солнечном свете, стоял маяк. За исключением того, что вокруг него не было тумана, он совсем не походил на маяк.
Я съехал на обочину и заглушил двигатель.
— Где эта плохая карта?
Мы обыскали отделение для перчаток и места под сиденьями, прежде чем я вспомнил, что смотрел на карту в минивэне Итана. Я нашел её во внутреннем кармане своей куртки, сложенную в маленький квадратик. Я развернул ее. Маяк был помечен цифрой четыре. Я перевернул карту и нашел запись под номером четыре.
— Что все это значит? — Спросила Аннализ.
— Маяк, который на самом деле не маяк — сказал я — Вот оно: В 1949 году Чарльз Хаммер Первый купил замок в Шотландии и перевез его в Хаммер-Бей, где он был перестроен камень за камнем. Шестнадцать лет спустя землетрясение разрушило все, кроме самой южной башни, которая стоит и по сей день.
Я уставился на башню. У нее не было зубчатых стен, которые я видел в старых фильмах. Она была немного покосившейся, но это была башня. Это была та самая — шотландская фишка, о которой упоминал Билл.
— Вот где он сейчас
Аннализ кивнула — Давайте закончим эту работу.
— Босс — сказал я. Я не был уверен, как сказать то, что хотел сказать дальше, поэтому просто выпалил — Как вы думаете, есть способ превратить этих червей обратно в детей? Как вы думаете, их можно вылечить?