Дитя огня

Конолли Майкл

Управляющий отступил к задней стене. За его спиной была дверь, но он, казалось, забыл о её существовании. Если у него и было оружие, то он забыл и об этом тоже.

— Я... я. — вот все, что он мог сказать.

— Где это сообщение? — Спросила Аннализ. её голос повысился — Оно принадлежит мне.

— У меня его нет — взвизгнул менеджер.

— У кого оно есть? — Прошипела Аннализ — Кто его забрал? Это был Эйбл Кац? Чарльз Хаммер?

— Что? Нет!

— Это был Эммет Дюбуа — сказал я. Менеджер посмотрел на меня,

и его страх внезапно удвоился — Сообщение было от поляка, который останавливался здесь, верно? И как раз перед тем, как его убили, шеф Дюбуа заходил сюда и забрал записку. Верно? Или это произошло сразу после того, как его убили?

— Я ничего не могу вам сказать — сказал мужчина — Вы не понимаете.

— Я понимаю — заверил я его — Вы боитесь за свою жизнь, верно? Сколько вы платите Дюбуа каждый месяц?

— Я не могу — сказал он — Я не могу говорить об этом.

— Назови мне цифру. Это все, что я хочу. Сколько?

Он посмотрел на Аннализу. Он, конечно, боялся нас, но хотел рассказать. Мы все хотим рассказать. Мы все хотим поделиться своими обидами и распространить сплетни. Дюбуа здорово напугал его, но мы с Аннализ были единственным оправданием, в котором нуждался этот маленький парень.

— Сто долларов — сказал он.

— Все в порядке. Скажите, Эммет получил это сообщение от вас до того, как мистер Лем был убит, или после?

— Вы сказали, что сумма, это все что вам нужно. Вы сказали...

— Это все, чего я хотел. Она — я кивнул в сторону Аннализ — хочет чего-то большего.

Он вздохнул.

— Раньше — сказал он.

— Я так и подумал — сказал я ему — Не волнуйся, никому не нужно знать, что мы услышали это от тебя.

Аннализ скрестила руки на груди.

— Что было в сообщении?

— Я не читал его — сказал менеджер почти умоляющим голосом — Я просто положил в конверт, как просил иностранец, и отложил для вас. Я даже не знал, что это важно, пока Эммет не пришел и не спросил об этом. Клянусь.

— Все в порядке — сказал я — Все в порядке. Аннализ, мы переедем в новое мессто?

— Нет, не переедем — сказала она.

Я положил мясо на край стола менеджера. Красный сок просочился сквозь разорванную бумагу для разделки мяса на стопку бумаг.

— Ну что ж — сказал я маленькому парню — похоже, тебе придется поработать на нас некоторое время. Давайте пройдем в подсобку.

Его пришлось немного уговорить, но в конце концов я провел его через дверь в его служебный кабинет. Как я и подозревал, у него на стойке регистрации была установлена скрытая камера. Я взял видеокассету, задаваясь вопросом, были ли на одной из этих кассет и братья Дюбуа. Тайник с видеозаписями взяток был бы хорошей страховкой, если бы у него хватило ума правильно разыграть свои карты.

Но мы были здесь из-за огня и погибших детей. Мы были здесь из-за Чарли Третьего. Дюбуа меня совершенно не касался.

—

Послушай — сказал я, сунув видеокассету под мышку — Это сообщение было важным. Важнее, чем ты думаешь, и ты подвергаешь опасности многих людей, передавая это дело шефу Дюбуа.

— Тогда кто вы? ФБР?

— Конечно, нет. И не задавайте больше этот вопрос. Мы останемся здесь еще на несколько дней, а потом двинемся дальше. Не высовывайся, и все будет в порядке. Понимаешь?

Мы вернулись в приемную. Он посмотрел на свой разгромленный стол и застонал.

— Что я скажу своей жене?

— Скажите ей, что сюда зашли двое людей с сомнительной репутацией и вышли из себя — сказал я — Постарайся держаться как можно ближе к правде. Ты не очень-то умеешь врать.

Мы с Аннализ вышли на улицу. Она проверила фургон. Все, что братья Дюбуа выбросили на парковку, было небрежно брошено обратно внутрь.

Мы пошли в мою комнату. Я достал свой призрачный нож из щели в полу и положил его в карман. Это было приятное ощущение.

Я выложил говядину на стол и развернул ее. Я отрезал длинную полоску мяса, а затем нарезал её на мелкие кусочки. Аннализ начала подбирать их пальцами и проглатывать.

— Как ты узнал, что Дюбуа забрал сообщение? — Спросила Аннализа — И какая разница, когда он это получил?

— Когда шеф спросил меня о Кэроли Леме, я решил, что он как-то связан с тобой, хотя никогда раньше о нем не слышал. Он останавливался в этом мотеле, верно?

Анна-Лиза кивнула, продолжая жевать.

Я приготовил мясо на скорую руку.

— Не очень хорошо. Поскольку мы все живем в одном месте, такому человеку, как Дюбуа, слишком легко нас соединить. В любом случае, Лем мертв, и Дюбуа должен провести расследование или, по крайней мере, сделать вид, что он это расследует.

— Думаешь, он убил Кэроли? — спросила она с набитым ртом.

— Я не могу точно сказать, но готов поспорить, что это он. Что Кэроли здесь делал?

Она ответила мне не сразу. Она отправила в рот еще один кусок сырой говядины и принялась жевать.

Я вздохнул.

— Я могу догадаться, но было бы лучше, если бы ты просто сказала мне. Он был еще одним из твоих деревянных человечков?

— Нет — быстро ответила она — Ты мой деревянный человек. У меня никогда не было другого.

— Хорошо — сказал я. Я все еще не знал, что такое деревянный человечек — Тогда что он делал? Осматривал город?

— В значительной степени — ответила она — В Обществе недостаточно специалистов, чтобы проверять каждое странное сообщение, поэтому у нас есть следователи, которые все проверяют. Хаммер-Бей... — Она замолчала. Затем она съела кусок говядины. С большинством людей можно было бы позволить тишине затянуться, и они в конце концов почувствовали бы необходимость заполнить ее. Но Аннализ не была общительной. Она привыкла к долгим паузам.