Золото Блубёрда
Шрифт:
Илса кивнула, перебирая пальцами на коленях.
— Папа был один?
— Да. Роберт сказал, что Айк был один. И именно Роберт позже в тот день заметил пустую лодку твоего отца. Он позвонил в участок. Я отправился туда с тремя моими помощниками, и мы нашли его тело. Я сам подтащил его лодку. На корпусе был острый металлический выступ. А на полу под его сиденьем валялся якорный канат, о который он, вероятно, и споткнулся.
Айк, должно быть, запутался и, падая, ударился головой об этот острый выступ. Я обнаружил следы крови.
Илса с трудом сглотнула,
— Что-нибудь еще?
— Нет.
Я был не просто шерифом. Я также был окружным коронером и повидал достаточно увечий и трупов, чтобы знать, что подобная рана на голове лишила бы Айка сознания. Судебно-медицинский эксперт, которого я привез из Хелены (прим. ред.: Хелена — это город в США, столица штата Монтана и административный центр округа Льюис-энд-Кларк
)
,
обнаружил у него в легких и желудке озерную воду, что подтвердило окончательную причину смерти — утопление.
— Где его лодка?
— У нас есть небольшая стоянка за городом. Она находится в трейлере. Накрытая. Ты можешь пользоваться ей, когда захочешь.
Она покачала головой.
— Я бы хотела продать ее.
Не могу винить ее за это. На ее месте я бы тоже ее не хотел.
— Памела может помочь с этим, если хочешь. Просто поговори с ней, прежде чем уйдешь.
Илса открыла рот, но закрыла его, так и не заговорив.
— Что? — спросил я.
— Папа… вел себя странно. Мы не часто общались. Наши отношения были… — Она грустно улыбнулась. — Мы не часто разговаривали. Но когда он звонил мне в последний раз, я почувствовала, что что-то не так. Он умолял меня навестить его. Он не делал этого уже много лет. Примерно за месяц до своей смерти он прислал мне свое завещание с запиской, в которой говорилось, что он не хочет похорон. Он хотел, чтобы его кремировали и чтобы его прах был развеян весной на острове Каттерс. Через два дня после того, как я узнала о его смерти, по почте пришло письмо. Он написал его перед смертью. Наверное, я просто нахожу все это странным. Тебе не кажется? Как будто он знал, что умрет?
— И да, и нет. Учитывая, что случилось с Донни, меня не удивляет, что Айк, за неимением лучшего слова, готовился.
— Донни? — Брови Илсы сошлись на переносице. — Кто такая Донни?
О, черт. Она не знала? Думаю, у нее действительно были не очень хорошие отношения с отцом.
— Донни была… подругой Айка. Особенной подругой. Она умерла от сердечного приступа около года назад. Незадолго до Рождества.
— Особенной подругой. — Илса приоткрыла рот. — Ты имеешь в виду… девушкой?
— Да. — Они были не из тех, кто целуется на людях, но, когда они шли рядом, его рука всегда лежала у нее на пояснице. Я много раз видел, как его грузовик парковался возле ее дома.
— Ой. — Было слышно, как Илса выдохнула. — Я понятия не имела.
— Как бы то ни было, я не думаю, что он скрывал это от тебя намеренно. Айк, похоже, из тех, кто держит личные дела при себе.
— Личные дела? Я его дочь. — Мгновение она, не мигая, смотрела на свои колени. — Вау. Не могу поверить, что он
— Он был потрясен, когда это произошло. Сильно. Казалось, он приезжал в город все реже и реже. — А когда он все-таки приезжал в Далтон, то был нервным и замкнутым. Айк никогда не был веселым и разговорчивым человеком, но в своем горе он стал еще более замкнутым. — Я предполагаю, что он начал задумываться о собственной смертности. Поэтому направил тебе свое завещание и последние пожелания.
Илса подергала себя за крошечный пушок на ткани юбки.
— У тебя есть какие-нибудь предположения, кто мог быть возле моего дома?
— Нет. — Мой ответ был таким же, как и на прошлой неделе и в тот вечер, когда мы встретились. — Я все еще думаю, что это был сосед.
— Который не оставил никаких следов?
— Возможно, он шел по дороге по следам шин. Подошел к дому у подъездной дорожки и стал шарить вокруг. Я уверен, что они все очень интересуются тобой.
— Что ж, если папа был таким же скрытным с ними, как и со мной, то, думаю, у них есть причины для любопытства. — Выражение ее лица напряглось, прежде чем она встала. — Спасибо, что уделил мне время, шериф Рэйнс.
— Каси. — Все в этом городе называли меня по имени. Ей тоже следовало бы.
Илса открыла дверь и исчезла.
Из-за порога доносилась болтовня. Голос Памелы эхом разносился по коридору, когда она выводила Илсу из участка. Надеюсь, они говорили о той лодке.
Илса была не первым посетителем, который приходил ко мне за время работы шерифом и хотел получить больше информации о смерти близкого человека, но это был первый раз, когда, когда встреча закончилась, я почувствовал беспокойство.
Это чувство не было сомнением. У меня не было причин сомневаться в результатах расследования. Это было больше похоже на то, что я хотел трижды проверить, все ли мои пункты были перечеркнуты.
Смерть Айка была несчастным случаем. Я был там. Я видел его тело собственными глазами. Может, он и был затворником, но врагов у него не было. Кто мог захотеть причинить вред старику, отправившемуся на рыбалку? По какой причине?
Никто.
Я встал из-за стола, мне нужно было вдохнуть что-то еще, кроме стойких духов Илсы. Мне нужно было время, чтобы избавиться от неловкости. С кружкой в руке я пошел в комнату отдыха, чтобы снова наполнить свою чашку кофе. Затем я забрел в офис, чтобы проверить, как идут дела у помощников шерифа, которые сегодня сами разбирались со своей бумажной работой.
К тому времени, когда я вернулся в свой кабинет, мой стакан снова был почти пуст. Вот только семя сомнения не исчезло. Напротив, оно прорастало.
Я нашел Памелу в комнате для хранения документов, она рылась в папках, выдвинув ящик стола.
— Эй, Пэм?
— Да?
— Илса рассказала тебе о лодке Айка?
— Рассказала. Я сказала ей, что знаю кое-кого, кого это могло бы заинтересовать. Я сделаю несколько звонков, узнаю, смогу ли я помочь ей продать ее.
— Я ценю это.