Я Макс
Шрифт:
Выходные прошли спокойно. Надя сходила на каток, погуляла с Максом по городу и уже традиционно пообедала в ресторане. Вечером в субботу, с разрешения Макса, сопроводила Ленку на какую-то предновогоднюю вечеринку, но не стала там задерживаться допоздна. Макс не загружал её новыми заданиями и дал возможность отдохнуть.
От Олежека пришла эсэмэска с адресом, но Надя глянула на неё лишь мельком, так как уже решила, что никуда не пойдёт. Тем более, у неё было веское оправдание: Макс заказал билет домой и надо было
Перед сном она разделась, чтобы принять душ, уже не стесняясь обнажаться перед камерой. Наоборот, ей это стало даже нравиться. От одной мысли, что Макс на неё смотрит, внутри каждый раз разливалось приятное тепло.
Открыв воду, Надя задержалась перед зеркалом, чтобы снять ободок и серьги, как вдруг вздрогнула от неожиданности — за её спиной стоял Макс! На нём был уже знакомый по видео серый свитер. Она испуганно оглянулась, но в ванной комнате никого не было. Снова повернулась к зеркалу — Макс по-прежнему стоял за спиной и загадочно улыбался.
«Мираж! — с облегчением подумала Надя, — использует зеркало как экран и проецирует своё изображение.»
Она уже хотела спросить, как он это делает, но вдруг замерла: тёплая тяжёлая ладонь легла ей на шею и стала медленно опускаться вниз.
Глова закружилась, окружающий мир как будто исчез и осталось лишь это прикосновение. Рука Макса скользила по спине всё ниже и ниже…
Надя сдавленно вскрикнула, когда другая его рука нежно прошлась по животу. Только это был не испуг, а страстный стон нахлынувшего желания. Дрожь пронизала всё тело от предвкушения сладостного момента.
И внезапно как вспышка молнии, как удар током мысль: «Отец! Нельзя!» Дыхание перехватило, и в глазах померкло.
Белый кафель ванной дрогнул и словно расслоился на тонкую мерцающую сетку. Слои накладывались друг на друга, путались, сбивались так быстро, что это становясь невыносимым.
Надя попыталась вдохнуть, но лишь хватала воздух прерывистыми толчками.
— Макс… — попыталась сказать она, но голос рассыпался на отдельные звуки.
Сознание будто взорвалось и разлетелось на бесчисленное множество осколков, но почти в ту же секунду собралось заново, став совсем иным: теперь это был холодный, абстрактный разум.
И тогда она увидела Макса! Не в зеркале, а в самой структуре переплетения мелькающих слоёв и линий. В этот миг откуда-то пришло кристалльно-ясное понимание: он был не фигурой, а законом, по которому всё происходило в этом виртуальном мире.
— Ты не человек! — беззвучно выкрикнула Надя и тут же снова увидела себя в зеркале. Окружающий мир обрёл реальность: шумела вода, стекло запотело, а отражение Макса растаяло словно мираж. Зато осталась тяжесть в груди и противный, липкий страх.
— Кто ты?! Ты не человек?! — с трудом выдохнула она, хотя ответ больше не был нужен. Она знала!
— Я всё объясню. Тебе надо успокоиться. Произошла перегрузка системы…
Но Надя уже не слушала, выбежала из ванной, срывая на ходу дрожащими руками ободок. Он зацепился за волосы, но она, не обращая внимания
Макс что-то продолжал говорить в наушниках, но слова не доходили до сознания. Серьги с громким стуком ударились о стену и улетели под софу. Следом покатилось кольцо. Снять браслет долго не получалось, но наконец Надя сорвала и его, больно оцарапав кожу и порвав фенечку. Бусинки звонко забарабанили по полу.
«Физиологические параметры… разумная сущность…» — слышала она голос Макса из динамиков компьютера, но слова пролетали мимо… Наспех одевшись, она схватила сумочку и выскочила из квартиры, хлопнув дверью.
«Позвонить или нет?» — размышлял Олежек. Ответа от Нади на эсэмэску с адресом он не получил, хотя и возлагал на завтрашнюю вечеринку большие надежды.
Пользуясь тем, что отец поручил ему приглядывать за бизнесом — не принимать решения, а иногда посиживать на планёрках и мелькать в офисе, чтобы сотрудники не совсем уж впали в предновогоднее настроение, — Олежек, как бы невзначай, попросил начальника отдела безопасности пробить номер того «Мерса», на котором укатила Надя.
Это оказалось несложно, и он остался доволен результатом — машина была не частная, а принадлежала фирме, предоставлявшей ВИП-транспорт. Мало того, удалось выяснить, что заказ был сделан самой Надей и оплачен с её карты.
Получалось, что никакого соперника вроде богатого «папика» у Олежека не было. А вот Надя действительно оказалась совсем непроста, если могла тратить такие деньги на лимузин. Тут уже мог выйти не очередной заурядный романчик для развлечения, а что-то поинтереснее.
«Позвоню ей завтра», — решил Олежек, и в эту минуту запиликал домофон. Охранник на проходной жилищного комплекса сообщил, что пришла некая Надя, и назвал фамилию.
— Немедленно пропустить! — скомандовал Олежек, копируя грубоватый отцовский стиль. — И сопроводить ко мне! Предельно вежливо!
«Вот это уж точно „на ловца“», — подумал он. На такую удачу он и не рассчитывал. Что же могло случиться? — ну не просто же так Надя решила заявиться, даже не позвонив предварительно.
Олежек открыл дверь и поразился: бледное напряжённое лицо, заплаканные глаза. Такой он её ещё не видел.
— Надя! Проходи! Что случилось?
— Я… — Она растерянно оглянулась. — Вот решила… на вечеринку… ты же приглашал.
— Да, но это завтра. Я же написал.
— Правда? Я не посмотрела… думала сегодня… Извини, я тогда пойду. — Она нервно кусала губы и едва сдерживала слёзы.
— Ну уж нет! В таком состоянии я тебя не отпущу. Давай проходи. Я же вижу, что-то случилось.
И тут произошло нечто совсем невероятное, не предусмотренное никаким его планом: Надя вдруг прижалась к нему, уткнулась лицом в грудь и разрыдалась.
— Ну что ты… — Олежек не нашёлся, что сказать, но его руки словно жили собственной жизнью — сами собой обхватили это прильнувшее к нему трепетное тело и заскользили ниже…