Я Макс
Шрифт:
Надю охватило отчаяние — нет! Только не это! Вынести столько и лишь для того, чтобы быть растерзанной каким-то мохнатым чудовищем!
— Ну давай! Бросайся на меня! — Её вдруг захлестнула дикая ярость. — Давай! Я сама разорву тебя на части! Перегрызу глотку! Вырву глаза!
Она не узнала свой голос: он перешёл в какое-то неистовое нечеловеческое рычание. В нём было всё: и боль от крушения отношений с Максом, и злость на Олежека, затащившего её в этот проклятый клуб, и ужас похищения, и леденящий страх безысходности…
Собака,
— Надя? — спросил выглянувший из окна водитель. — Я Геннадий, от Макса.
— Вы в порядке? — участливо спросил Геннадий, выруливая на трассу. — Ваш друг Макс сказал, что вы попали в аварию.
— Я в порядке, — устало ответила Надя. — Куртку вот порвала… А вы знаете, куда ехать?
— Да, он сказал: на Покрышкина.
Надя хотела спросить, где они сейчас находятся, но передумала: это прозвучало бы странно. Да и какая теперь разница — главное, что она едет домой!
Геннадий тем временем набрал номер на мобильном.
— Всё в порядке, — ответил он кому-то. — Да, в машине. — И, передавая телефон Наде, добавил: — Это вас.
Такой знакомый, тёплый тембр, спокойный и ровный голос:
— Надя! Рад, что всё прошло по плану. Надя, я виноват перед тобой. Мне жаль, что так получилось. Прости. Ты дашь мне возможность объясниться?
— Хорошо, конечно. Поговорим дома. И, Макс! Спасибо! Я… я… — Надя закусила губу, чтобы не расплакаться.
— Ты вела себя геройски! — Макс, очевидно, почувствовал её состояние и переменил разговор. — Хорошо, что тебе удалось забрать сумочку. Проверь, на месте ли ключи.
Надя быстро раскрыла сумочку, привычным движением нащупала ключи.
— Да. А как… откуда вы знаете?
— Я всё объясню дома. Сейчас просто расслабься. Постарайся поспать. Ты в безопасности.
— Можно всего один вопрос? Мне очень важно…
— Это не он. Случайность. Хотели спихнуть на него.
— А как вы… Телефон?
— Да. Троянский конь. Классика. Всё потом. Постарайся поспать. Ты в безопасности — это главное.
Надя вернула Геннадию телефон. Лаконичные ответы Макса словно заполнили недостающие клеточки кроссворда, и все разрозненные детали сложились в одну простую картинку.
Случайность! Она оказалась не в том месте и не в то время. Олежек не виноват, он сам мог стать жертвой — главным подозреваемым. А если подкинуть в машину пару улик — то и обвиняемым.
Момент для «охоты» выбрали идеально: Новый год. Знали, что она на другой день уезжает — сама выболтала! Прошло бы недели две, прежде чем её начали искать. Следов бы не осталось.
Макс не успел предупредить, но нашёл её по геолокации — телефон наверняка не простой. Вспомнился подсоединённый USB-кабель —
Всё стало ясно, но всё же одна клеточка кроссворда оставалась незаполненной: кто же тот таинственный «он», который её «заказал»? Макс должен знать.
Надя на мгновение, как ей показалось, закрыла глаза и проснулась уже у подъезда своего дома.
Войдя в квартиру, она, не раздеваясь, кинулась в зал и принялась искать наушники.
— Оставь это, — спокойно сказал Макс. — Они сейчас не нужны.
Надя огляделась. Голос шёл из лэптопа. Она открыла его и увидела лицо Макса. Спокойное и серьёзное, как и всегда, но теперь она видела его по-новому — знала, кто он!
Долго всматривалась в глаза, и они были такие живые! Неужели это лицо машины? Разумная сущность? Удивительно, но страха не было, да и чего бояться после того, что она пережила за эту ночь?!
— Да, я не человек, — Макс грустно улыбнулся. — Но я мыслю, у меня есть собственная воля, желания, а теперь, благодаря тебе, чувства и эмоции.
Надя не могла произнести ни слова — горло сдавил спазм. Как же глупо она повела себя!
— Простите меня… — только и смогла выговорить она.
— Нет, это я должен просить прощения. Нам надо о многом поговорить, но не сейчас. Тебе нужно отдохнуть, прийти в себя. Твой рейс завтра вечером. Времени у нас достаточно.
— Браслет, наушники… Я сейчас найду! Я хочу, чтобы всё было как раньше! Подождите!
— Как раньше уже не будет…
— Нет! Нет! Не бросайте меня! Я не хочу… не уходите!
Макс негромко рассмеялся:
— Я никуда не ухожу. Я имел в виду, что прежних отношений не будет, но, если хочешь, мы можем договориться о новых.
— Да! Хочу! Очень!
— Хорошо! Кстати, если мне не изменяет моя электронная память, — в голосе Макса проскользнула ироничная нотка, — мы недавно полностью перешли на «ты». Помнишь? — Надя услышала запись своего собственный крика: «Кто ты?! Ты не человек!» — а Макс продолжал: — И я хочу, чтобы так и осталось. Пусть это станет символом начала новых отношений.
— Согласна, — Надя почувствовала, что покраснела. — Макс, прошу вас… тебя, сотри эту глупую фразу. Ты же это можешь?
— Могу, но позволь мне этого не делать. Я храню в памяти каждое твоё слово. Каждый оттенок интонации. Твои эмоции, ощущения. Я помню каждый удар твоего сердца, каждое дыхание. Это самое ценное, что у меня есть. Не лишай меня даже малой частички моего богатства!
— Ну хорошо. Только… не напоминай мне больше об этом. Есть много всего, о чём я хотела бы забыть…
— Договорились! А теперь позволь мне поиграть в заботливого отца. Отправляйся в душ. Мне кажется он сейчас тебе нужен. Ты в зеркало давно смотрелась?