Я Макс
Шрифт:
Надя быстро взглянула на него и удивилась: от его привычной «байроновской» улыбки не осталось и следа. На короткое мгновение их взгляды встретились и задержались дольше, чем того требовала простая вежливость. Ей показалось, что она разглядела в глазах Олежека оттенок тихой грусти.
«Что это на него нашло?» — подумала Надя и поймала себя на мысли, что вот такой он ей нравится. Она немного смущённо отвела взгляд, прикусила губу и принялась поглаживать бусинки фенечки, чтобы отогнать навязчивое видение — руки Олежека, скользящие по телу
Ей так захотелось, чтобы Макс сейчас сказал что-нибудь, поддержал. Но Макс молчал — по обыкновению он редко проявлялся в учебное время, чтобы не отвлекать от занятий. Надя вздохнула и принялась конспектировать лекцию, лишь изредка тайком поглядывая краем глаза на Олежека.
Во время большого перерыва он подсел за столик к Наде и Ленке, галантно попросив разрешения. Разговор не ладился — чувствовалось скрытое напряжение. Чтобы разрядить атмосферу, Ленка принялась рассказывать про то, как они с Антоном планируют отмечать Новый год на лыжном курорте Шерегеш.
— А ты где Новый год будешь отмечать? — спросил Олежек у Нади.
Она растерялась — не знала, что ответить: Макс ничего про это не говорил.
— Не решила пока. Может, к маме поеду… опять.
— А у меня предки в Пхукет укатили до середины января. Вчера вечером проводил. — Олежек внимательно взглянул Наде в глаза и добавил: — В Шереметьево отвёз.
Надя ощутила непонятную тревогу: «Зачем он это сказал? К чему все эти детали: вечер, Шереметьево?» — подумала она.
— Хочу вот вечеринку устроить. Но все знакомые на Новый год разъезжаются. Такая идея: отпразднуем у меня Рождество по-западному. В английском стиле. Вы с Антоном ещё в Москве будете? — Ленка замотала головой:
— Не, мы уже билеты купили.
— Надь! А ты придёшь? Приглашаю. Будет классно.
— Спасибо, — растерянно пробормотала Надя. — Не знаю. Сейчас у меня одни зачёты в голове. Я подумаю. — Сказать «нет» она не решилась.
— Ну ладно! Захочешь — приходи. Будет весело! Номер свой дай, я тебе адрес скину.
Давать Олежеку телефонный номер не хотелось, но отказать было неудобно.
— Ладно… записывай.
Она продиктовала номер.
Следующей парой была лабораторная работа. После окончания все разошлись, но Надя задержалась. Она рассеянно перемывала колбы и пробирки в лабораторном классе, и вдруг впервые задумалась о будущем. К чему приведут странные виртуальные отношения с Максом? Что это — эксперимент, дружба, любовь?
Всё было так понятно в начале: «лабораторная крыса», «подчинённая», но потом «воспитанница», а сейчас уже «доченька». И вообще — это всё ещё «договор» или что-то большее? А установленный Максом срок в тридцать дней полного подчинения уже истекает. От этой мысли ей стало страшно.
— Макс! — тихо позвала она.
— Да, я слушаю, — немедленно отозвался Макс. — Что случилось? Я вижу всплеск тревожности. Ты расстроилась из-за того, что дала Олежеку свой номер?
— Нет, я боюсь… Подумалось: договор
— Не следует беспокоиться. Эксперимент ещё в самом начале, и ты мне по-прежнему нужна. Кстати, сегодня я приготовил тебе маленький сюрприз.
— Правда?! Какой?
— Сюрприз подразумевает загадочность.
Домой Надя летела как на крыльях. Ей очень интересно было узнать, что за сюрприз приготовил Макс.
После ужина она уже привычно принялась за повторение материалов — шла зачётная неделя. Открыла конспект и ахнула от удивления — между страницами лежала огромная красная роза. Как она могла там оказаться? Совершенно целая, не смятая!
Надя протянула руку, чтобы её взять, но пальцы прошли сквозь стебель. Она испуганно отдёрнула руку.
— Это ваш сюрприз, Макс? — Надя была разочарована. — Но это же просто мираж. Как тогда на прогулке.
— Не совсем. — В голосе Макса проскользнула улыбка. — Попробуй ещё раз, осторожно. Не уколись о шипы.
Надя с опаской прикоснулась к розе и вскрикнула от неожиданности:
— Настоящая! — Она осторожно взяла цветок и ощутила прохладную твёрдость стебля, острые шипы, упругие листья. Поднесла к лицу. — Но у неё нет аромата. Она совсем не пахнет.
— Прости! Я не волшебник. Я только учусь, — сказал Макс шутливым тоном и уже серьёзно пояснил: — Роза существует в твоём воображении. Но это уже не просто оптическая галлюцинация: я добавил тактильные ощущения. Теперь это виртуальный артефакт — элемент дополненной реальности.
— Спасибо! — Надя была искренне тронута. — Очень романтично. А она не завянет?
— Можно поставить в вазу с водой. Хочешь, я её сделаю?
— Нет, не надо! Я пошутила. Я же знаю, что она не живая. Лучше я сохраню её в памяти. Пусть это будет воспоминание, но зато настоящее, живое. — Голос Нади чуть дрогнул: — Знаете, Макс, мне ещё никто не дарил алых роз.
— Понимаю. — Он помолчал, как бы раздумывая. — Ну хорошо, тогда рассмотри её хорошенько и представь, что с двенадцатым ударом часов магия исчезнет. Как в той сказке.
Надя улыбнулась и мысленно сосчитала до двенадцати. Роза стала прозрачной и словно растворилась в воздухе.
— Макс, спасибо за сюрприз. А как это работает? Она и правда была совсем как настоящая. Ну, только без запаха.
Макс помедлил, словно собираясь с мыслями.
— Ты знакома с термином «дискретность»?
— Да, конечно. Это прерывистость, раздельность.
— Верно. А ты когда-нибудь задумывалась, что твой мозг не воспринимает реальность непрерывно?
— В смысле?
— То, что ты считаешь плавным потоком сознания, на самом деле собирается из коротких вспышек — «кадров». Примерно сорок раз в секунду твой мозг делает маленький снимок реальности через органы чувств и монтирует из этих кадров фильм, который ты называешь «сейчас». Это и есть дискретность восприятия.
Надя нахмурилась: