Ужасный
Шрифт:
Я не был готов так увлечься незнакомкой, особенно теперь, когда я начал войну со своим дядей. Я никогда не мечтал о любви для себя, но, судя по мечтам, которые мне снились в последнее время, Тэлли — именно тот тип женщин, в которых я бы влюбился, — из тех, кто свирепо смотрит на своего врага, пряча оружие в дрожащих кулаках.
Тэлли была готова ударить Перси по яйцам нитяными ножницами, ради всего Святого. Я не сомневаюсь, что она сделала бы все, что в ее силах, чтобы защитить себя, но она не смогла бы воздать ублюдку все, чего он заслуживал.
Единственная забота, которая у меня осталась, — это убедиться, что моя мать не узнает об этом и не проболтается своему мужу. К счастью, Рейз позаботится о теле, и я надеюсь, что ее стайка подхалимов будет занимать ее достаточно долго, чтобы я вернулся домой еще до того, как она по мне соскучится.
Повесив трубку после разговора с двоюродным братом, я отправляю ему сообщение о своем местоположении и убираю телефон обратно в карман. Снова опираясь на трость, я подхожу к мусорному контейнеру и заглядываю в щель. Гараж, насколько я могу судить, пуст, поэтому я проскальзываю внутрь и направляюсь к дядиному Роллс-Ройсу.
Ночь стала тише, и моя походка мягко отдается эхом от кирпичных зданий, окружающих парковку. При таком тусклом освещении у меня возникает странное ощущение, что я совсем один, но за мной наблюдают. Я крепче сжимаю рукоять трости и держусь в тени по пути к машине, готовый защищаться, если кто-нибудь нападет.
Я всегда был бдительным и безжалостным. Состоявшийся мужчина должен быть таким. Но что-то сломалось внутри меня после того, как я убил Винни. Когда я придумал свой план получить от него информацию, я думал, что он даст мне все ответы, в которых я нуждался, о девочке, которая пожертвовала своей жизнью ради меня. По его словам, это был не только тупик, но и все, что, как я думал, я знал, было ложью.
Мое предчувствие о смерти моего отца было верным, но все остальное — мое похищение, девочка, даже то, как мясная лавка превратилась в парикмахерскую моего отца, — все это ложь. С тех пор как я узнал об этом, я испытываю какое-то извращенное чувство вины. Несмотря на то, что я не имею никакого отношения к смерти Бьянчи, я не могу перестать чувствовать себя соучастником по ассоциации.
Конечно, человек, который на самом деле убил эту семью, стоит, прислонившись к Роллс-Ройсу моего дяди, ни о чем на свете не заботясь.
Я бы убрал Альфонсо Фоглио прямо сейчас, если бы мог, но поскольку я один из солдат Клаудио, у меня нет свободы действий решать, кому жить, а кому умереть. Если бы я это сделал, Фоглио ушел бы одним из первых. А так мне уже крышка, если Клаудио узнает о беспорядке, который я устроил в переулке. Не говоря уже о том, что каждая секунда, пока Винни остается в своем «запое», приближает Клаудио к пониманию того, что что-то не так. Мне нужно двигаться в тишине как можно дольше, чтобы я мог нанести удар, когда буду готов, а это значит, что водитель моего дяди на сегодняшний вечер в безопасности.
Но когда я подхожу к Роллс-Ройсу, становится
Что за проклятый идиот.
Без сомнения, он ждет сделки с наркотиками, пытаясь убить двух зайцев одним выстрелом в качестве водителя моей матери сегодня вечером. Тяжелый вздох вырывается из моей груди, когда я пытаюсь подавить эмоции, все еще текущие по моим венам.
До прихода Клаудио к власти мы никогда не продавали наркотики в моей части города. Теперь Норт-Энд — первое место, где останавливаются его лакеи. Он даже заходит так далеко, что продает экспериментальное дерьмо от какого-то таинственного поставщика.
Если бы это было мое королевство, мы бы вообще не связывались с наркотиками. Торговля наркотиками по соседству не только вредит нашему дому, но и приводит к небрежности. Пользоваться запасом еще хуже. Это именно то, что Фоглио сжигает прямо сейчас, в который добавлено черт знает что и Бог знает откуда.
В свой лучший день он не самый острый инструмент в запасе, но под кайфом у него даже не хватает предусмотрительности выключить звук на телефоне. Его пальцы щелкают-щелкают-щелкают по экрану так громко, что он не слышит, как я приближаюсь. Единственное достоинство этого парня в том, что он предан настолько, насколько это возможно. Но после всех этих лет вождения у моего дяди есть причина, по которой его так и не повысили на более высокую должность. Это не потому, что Винни был умнее его. Это потому, что он каким-то образом тупее Винни. Даже учитывая, что Винни в последнее время так часто мог облажаться, у Клаудио все равно нет никого лучше, кто мог бы заменить его.
Мой шаг не сбивается, когда я ударяю Фоглио кончиком трости в грудь, швыряя его в машину. Идиот даже не тянется за своим...
— Где, черт возьми, твой пистолет, Фоглио?
Его глаза расширяются, и он опускает взгляд, как будто только сейчас осознает, что безоружен.
— Черт. Я думал, что он у меня.
— Черт возьми, как долго ты здесь в таком состоянии?
Он хмурит брови.
— Всего несколько минут, чтобы покурить. А что?
Он слишком пьян, чтобы убедительно лгать, и это хорошо для него, потому что это означает, что он не слышал шоу, которое я только что устроил в переулке.
— Ты кого-нибудь ждал?
Он сглатывает.
— Н-нет.
— Серьезно? Ты здесь просто так, с пакетом таблеток, для развлечения? Что я тебе говорил о продаже, пока я рядом?
— Не делать этого.
— Вот именно. И что ты собираешься делать прямо сейчас?
— Гм, ну, дело в том, что...
Я выхватываю пакет из его рук и подношу к его лицу.