Сплоченные нитью
Шрифт:
— Вряд ли.
— Сейчас ты так говоришь, но если мне удалось заставить тебя открыться сегодня, возможно, ты научишься говорить о том, что там у тебя загадочно «проясняется».
От её слов мне хочется толкнуть её плечом, но, пожалуй, мы ещё не настолько близки.
— Если честно, у меня не было выбора. Мы заперты здесь.
— Осторожнее, ты на тонком льду. — Она смеётся.
Я тоже смеюсь, и это странное чувство согревает меня изнутри. Снова смотрю на диван. Он достаточно большой, чтобы вместить восемь человек,
— Он правда классный.
— Спасибо. — На её щеках появляются ямочки. — Можешь взять, если хочешь. Он не кусается.
— Нет, спасибо. — Убираю руку.
— Да ладно, чего ты боишься? Что он тебе понравится?
Ты даже не представляешь, как сильно он мне нравится, Утка.
Она встаёт, берёт плед и встряхивает его. Я замираю, когда она накидывает его мне на плечи, и знакомые мягкость и тепло окутывают меня.
— Вот. Так лучше.
Определённо.
Тишина будто подталкивает меня протянуть руку и прикоснуться к её гладкой щеке, к шелковистым прядям лавандовых волос. Как может кто-то настолько незнакомый чувствовать себя так...безопасно?
Звук из телевизора отвлекает Дафну, и она возвращается на своё место.
Во мне вспыхивает необходимость. Мне нужно закрепить эту дружбу. Кто знает, сколько времени у нас осталось наедине в этой комнате. Я не могу потерять это чувство лёгкости, теперь, когда узнал его вкус.
— Можно предложить кое-что? — спрашиваю я.
— Уже предлагаешь? Мы только что стали друзьями.
Умничка.
— Что, если я помогу сделать твой «Год Да» ещё интереснее? В качестве искупления за то, каким я был мудаком.
Она приподнимает бровь.
— Расскажи-ка подробнее про эту часть «быть мудаком».
Я делаю строгое лицо.
— Хватит.
— Тогда просто про «искупление».
Я наклоняюсь вперёд, локти на коленях. Следующие слова кажутся авантюрой.
— Что, если я дам тебе ещё несколько возможностей сказать «да»?
— Я уже сказала, что это платонически.
Я втягиваю воздух сквозь зубы, качая головой.
— Какие у тебя грязные мысли. Но приму это как комплимент.
— Ой, да ладно! — Она бросает вязание и швыряет в меня подушкой, но я ловлю её и прижимаю к груди. — Понятно, что это не сработает. — Она закатывает глаза. — Ты же профессионал.
— Уверен, однажды ты всё же пройдёшь мою защиту. — Лёгкий флирт просачивается в наш разговор. — Я просто хотел сказать, что могу показать тебе другой Лондон. Тот, которого ты не видела. Я живу здесь уже несколько лет.
Она оценивающе смотрит на меня.
— Возможно. При условии,
Как она умудряется каждый раз шокировать меня своими словами?
— Что?
— Неважно.
— Ладно. — Я с неохотой решаю не допытываться. — Честно говоря, прошло много времени с тех пор, как я вообще что-то делал для удовольствия.
— Ты очень плохо рекламируешь эту экскурсию.
— Между играми и тренировками у меня не так много свободного времени.
— У твоей команды есть.
Она права. Я мог бы пожертвовать вечером разбора игр и изучения статистики соперников ради перерыва. В прошлом сезоне отдых не был вариантом, но если даже одна ночь без мыслей о футболе принесёт мне такое же облегчение, как сейчас, то, возможно, оно того стоит. Возможно, это сделает меня лучше как игрока.
— Ну, по понедельникам и средам у нас тренировка заканчивается в час дня.
— Тогда почему ты возвращаешься домой так поздно?
Пульс учащается.
— Ты следишь за моим расписанием?
— Нужно же избегать случайных встреч в коридоре.
Она действительно заставит меня постараться, да?
— Я остаюсь после, чтобы продолжить тренироваться. Но я мог бы последовать примеру товарищей по команде и лучше отдыхать. Мы могли бы проводить время вместе.
— Отдых и приключения? Звучит как раз то, что мне нравится. — Она кивает. — По средам я занята с ребятами, так что по понедельникам мне подходит. Но никаких странных штук.
— Никаких странных штук, — обещаю я.
Она долго смотрит на меня.
— Мы правда будем проводить время… как друзья? В реальном мире?
Важность вопроса заставляет волосы на моих руках встать дыбом.
Неужели я правда рискну появиться с ней на публике? И подвергну её опасности попасть в таблоиды? Прошло всего шесть месяцев с тех пор, как один за другим разразились скандалы.
Достаточно ли времени прошло? Или нет?
Испуганная часть меня хочет сбежать, но другая, глубоко запрятанная — прежний Кэм — отказывается сдаваться.
— Правда. — Мне просто нужно придумать, куда я мог бы повести девушку вроде неё, не привлекая внимания папарацци. — Но… могу я попросить тебя не постить ничего о том, что мы делаем, в соцсетях? Я ценю свою приватность.
Она смягчается.
— Не буду. Я тоже ценю приватность. К тому же, мои подписчики вообще ничего не знают о спорте. Последнее, что они хотят видеть — контент про сок… футболистов.
Я верю ей.
— Тогда жди моего сообщения.
— Ладно, — говорит она задумчиво.