Шестерка Сердец

Косуэй Л. Х.

Тихий, ласковый смех Джея вызывает бабочки в моем животе.

— Теперь ты понимаешь, из-за чего весь сыр-бор? — нежно спрашивает он.

— М-м-х-м-м-м.

Он трется носом о мое ухо.

— Хорошо.

Мы долго остаемся в таком невероятном положении, когда я голая, в руках Джея, свободно наслаждаюсь ощущением его тепла, обнаженная грудь Джея прижата к моей. Обожаю жар его кожи, люблю взгляд, которым он пожирает меня.

Время медленно течет, как карамель, расточительно капающая с серебряной ложки. К несчастью,

момент чересчур быстро разрушается тремя громкими стуками во входную дверь. Я почти заснула, когда шум будит меня. Смотрю на часы, вспоминая, что Мишель обещала сегодня заглянуть.

Руки Джея рефлекторно сжимаются вокруг меня, когда я пытаюсь отодвинуться.

— Не обращай внимания, — сонным голосом говорит он, не открывая глаз.

— Я должна ответить. Это Мишель. Она знает, что я здесь. Я сказала ей, что буду.

— Черт.

Я улыбаюсь тому, что он так рассержен перспективой разрушить это мгновение, которое мы разделяем.

— Тебе все равно нужно принять душ. Ты все еще потный после тренировки.

Его глаза загораются, и он перегибается через меня.

— Ты любишь это.

В ответ у меня получается лишь робко улыбнуться. Целуя меня нежно и ласково, он перекатывается и встает.

— Значит, пойду в душ, — говорит он, прежде чем покинуть комнату. Я быстро хватаю первые попавшиеся штаны и футболку, набрасываю их и спешу вниз, чтобы открыть дверь Мишель, в которую она уже звонит, теряя терпение. Мои волосы все еще влажные, когда я открываю ей.

—Прости, я была в ванне, — говорю я, пропуская ее внутрь.

Мишель подозрительно смотрит на меня и смеется.

— Немного необычный час для ванны, но каждому свое. Пойдем, посидим у тебя во дворе. Такой прекрасный день.

Я делаю нам разнообразные сэндвичи и наполняю кувшин апельсиновым соком, вынося все в сад, где сейчас нежится моя подруга. Она надела желтый топ на бретельках, выставляющий на показ ее маленькие, но дерзкие груди, возможно, в надежде, что они загорят. Солнце обдает теплом мои ступни, и я понимаю, что ходила босиком, измотанная странным поворотом событий этого дня.

— Так что, есть новости? — спрашивает Мишель и берет сэндвич, грациозно откусывая его.

О, у меня есть подходящие новости, да. Не уверена, что хочу поднимать эту тему, когда Джей находится наверху.

— Не особо. У тебя?

Она пожимает плечами:

— Это была долгая рабочая неделя. О, и я видела проходящего Майкла Фассбендера²⁹, когда уходила из офиса вчера, что слегка подняло мне настроение.

— Правда? С кем он был? — спрашиваю я с любопытством. Мишель сверхъестественно везет на случайные встречи со знаменитостями в повседневной жизни. Это странно. Однажды она стояла в очереди вместе с Гэбриэлом Бирном в супермаркете.

— С каким-то пожилым

человеком. По крайней мере, я думаю, что это был Майкл Фассбендер. Он мог быть просто двойником.

Тут в сад приходит Джей, он сменил одежду, а его волосы влажные. Мишель осматривает его, когда он выдвигает стул и садится.

— Ты читаешь мои мысли, Ватсон. Я голоден, — говорит он, хватая сэндвич и съедая его одним большим, голодным укусом. Пристально смотрю на его рот, ясно осознавая, где он только недавно находился. Горящий взгляд, которым Джей одаривает меня в ответ, говорит мне, что он знает, о чем именно я думаю.

— Ах, да, угощайся, — саркастично говорю я. Не совсем понимаю, как теперь вести себя с ним.

— Если не возражаешь, — отвечает он, многозначительно глядя на меня.

Бросив взгляд на Мишель, вижу, что она смотрит на нас, и на губах подруги расплывается улыбка.

— Так вы оба принимали ванну в… х-м-м-м, — она смотрит на свои часы, — в два часа дня.

Я делаю вид, что не понимаю, к чему она клонит, и хмурюсь.

— Что? Я принимала ванну. Джей душ. У него есть свой собственный в комнате. И почему это тебя так волнуют наши привычки в личной гигиене?

Джей ухмыляется, но не смотрит на меня, сосредотачиваясь в основном на поглощении сэндвичей. Я также знаю, почему он ухмыляется. Просто я слишком рьяно стала противоречить заявлению Мишель.

— Ла-адно, — говорит Мишель, делая глоток сока. — Я всего лишь высказала наблюдение. — Она замолкает и стряхивает крошки с колен, затем невзначай спрашивает: — Так Джесси придет сегодня?

Теперь моя очередь проявить любопытство. Есть что-то такое в ее тоне. Будто она изо всех сил старается, чтобы ее голос звучал небрежно. Я смотрю на Джея.

— Придет?

Он качает головой, его рука под столом прокрадывается на мое бедро. Я тихо вздыхаю, стараясь вести себя, как ни в чем не бывало, не желая, чтобы Мишель заметила.

— Я не в курсе, родная.

Его голос тягучей, чем обычно, ленивей. Вот каким он бывает, после того как доводит женщин до оргазма? Он кажется таким… удовлетворенным.

— Очень жаль. На прошлой неделе с ней было так весело после твоего шоу, — говорит Мишель.

Джей поднимает брови, за долю секунды внимательно оглядывая Мишель.

— Как интересно.

— Что? — спрашивает она, выпрямляясь.

О, нет, он что, читает ее?

— Твои зрачки расширились, когда ты говорила о Джесси, — небрежно объясняет Джей. — Ты понимаешь, что это значит?

— Мои зрачки не были расширены, — говорит Мишель в редкий момент застенчивости. И вообще, не думаю, чтобы когда-нибудь видела ее такой. Она почесывает шею.

— Были. Они стали охренительно громадными, дорогуша. — Он облокачивается на локоть. — Это значит, что ты была возбуждена. Тебе ведь нравится Джесси?