Шестерка Сердец

Косуэй Л. Х.

— Мои мысли неприличны, если это считается, — говорит Мишель.

Услышав его голос, я подпрыгиваю.

— Входи, — отвечаю я, гадая, чего он хочет.

Джей просовывает голову в дверь.

— Вы обе направляетесь на вечеринку Джесси? — спрашивает он.

Его глаза сканируют меня, и Джей немедленно напрягается. Интересно, это из-за платья, которое на мне надето? Красное, с вырезом в форме сердца, обрамляющим мою ложбинку, оно облегает каждый изгиб моего тела. Кажется, Джей пытается не смотреть на меня, даже обращаясь ко

мне, и я невольно чувствую триумф. Вот тебе за твой отказ. Я могу выглядеть восхитительно, и мне неважно, что он не хочет меня такой, какая есть. Знаю, что ему нравится мое тело, поэтому, возможно, это и спровоцировало те ласки.

— Ага, — отвечаю я, пытаясь быть такой же сдержанной, как и он.

— Хотите я вас подвезу?

— Было бы замечательно, — мурлычет Мишель. Джей кивает и уходит так же быстро, как и пришел.

— Ты должна была отказать. Я сказала Оуэну, что мы заберем его на такси. Теперь придется Джею подвозить нас, чтобы его подобрать.

Мишель сверлит меня глазами.

— И почему это проблема?

Я почесываю руку.

— Просто проблема.

— Ради всего Святого. Ты не можешь просто сказать, пожалуйста, что между вами двумя происходит? Не понимаю, почему ты такая скрытная. Обычно мы все рассказываем друг другу.

Я вздыхаю.

— Это потому, что обычно мне тебе нечего рассказывать.

— Но сейчас-то есть что, поэтому колись.

Долю секунды я смотрю на нее, чувствуя себя паршиво за то, что храню от нее секреты, и затем сдаюсь. Я рассказываю ей все от начала до конца. Когда дохожу до того момента в парке, когда Джей сказал мне, что хочет быть просто друзьями, Мишель вскакивает со своего места и подходит к туалетному столику, восклицая:

— Вот же идиот!

— Успокойся. Это я идиотка, что питала надежды.

Она указывает на меня щеткой для волос.

— Ты уж точно не идиотка, Матильда. Я могла бы убить его прямо сейчас. Блин, мне понадобилось столько усилий, чтобы убедить тебя - какая ты милашка, а затем он в два счета рушит все мои труды.

Несмотря на ее гневную тираду, я улыбаюсь:

— Ты считаешь меня милашкой. И почему я понятия об этом не имела, Мишель.

— Хватит тут умничать. Ты самая прелестная девушка, которую я знаю, хоть у тебя есть привычка скрывать это под сарказмом.

Я подхожу к ней и обнимаю за плечи.

— Сегодня ты щедра на комплименты. Уверена, что лесбийские наклонности Джесси не передались тебе? Потому что мне лично кажется, что ты втюрилась в меня.

Мишель слегка отпихивает меня.

— Отвали.

Я смеюсь и отступаю, прежде чем нанести последние штрихи макияжа. Полчаса спустя мы садимся в машину Джея, я на пассажирское сиденье, а Мишель на заднее. Когда он едет к квартире Джесси, я говорю:

— Сперва мы должны кое-кого подобрать. Ладно?

— Конечно, родная. Ты берешь еще кого-то из своих подруг? Если так, то держи ее подальше от Джесси. Не хочу, чтобы она соблазнила

еще одну твою приятельницу, — говорит он, подмигивая через зеркало заднего обзора.

Мишель сужает глаза, глядя на него, и шутливо высовывает язык.

Я ерзаю.

— Вроде того. Я позвала Оуэна с собой.

Челюсть Джея напрягается, а руки крепче сжимают руль. Здорово. Мне почему-то сразу показалось, что ему это не понравится. Он с самого начала отзывался об Оуэне не лестным образом.

— Ты позвала повара-кретина с нами, — тихо говорит он раздраженным голосом.

— Да, — отвечаю я. — Это проблема?

Он отвечает не сразу, а затем говорит со сжатым ртом:

— Нет. Не проблема.

За Оуэном мы едем в тишине. Он стоит на улице возле своего жилого комплекса, ожидая нас и держа в руках маленькую корзину. Я выхожу из машины и удивляюсь, когда он подходит и обнимает меня.

— Привет. Как дела? — говорю я любезно, когда мы разжимаем объятия.

— У меня великолепно. Ты такая красивая. Вот, — говорит он, протягивая мне корзину. — Я знаю, что тебе нравится наш ресторан, поэтому решил принести немного нашего домашнего хлеба.

Я улыбаюсь такому жесту.

— Ух ты. Спасибо. Это так мило с твоей стороны, — говорю я, принимая у него корзину. В животе образуется крошечное неразборчивое разочарование, потому что не почувствовала того же, что с Джеем, когда он назвал меня красивой. Это не было эпичным, просто… приятным.

Приятного будет вполне достаточно?

Оуэн садится назад к Мишель, а я возвращаюсь на пассажирское место рядом с Джеем. Представляю всех друг другу, испытывая благодарность, что Мишель как обычно обаятельна, потому что прием Джея несколько холоден. Он поглядывает на корзину с хлебом на моих коленях, и снова сжимает челюсть.

Когда мы доезжаем до жилья Джесси, Джей паркуется, а Мишель ведет Оуэна к входу. Я чуть не забыла, что она уже здесь была. Думаю, она это делает специально, потому что знает, что нам с Джеем надо перекинуться словечком.

— Я могу оставить это здесь? — интерисуюсь, указывая на корзину с хлебом, когда Джей вытаскивает упакованный подарок из своего бардачка. Я не знала, что купить Джесси, поэтому просто приобрела подарочный сертификат и открытку.

— А как же правило покупать цыпочкам кучу цветов? — раздраженно огрызается он.

— Мне кажется это милым. Я люблю хлеб. И вообще, какое твое дело? — спрашиваю я. Смотрю на него, безмолвно высказывая: «Ты хочешь меня только как друга, так почему тебя волнует, что у меня свидание?» 

Он забирает у меня корзину и ставит на заднее сиденье. Такое ощущение, что Джей пытается успокоиться. Боже, как же сложно с этим мужчиной, я совсем не понимаю его.

— Ты любишь хлеб, — повторяет он мои же слова и долго смотрит на меня. Не знаю почему, но я не могу отвести взгляд. Наконец, он нарушает нашу игру в гляделки.