Шестерка Сердец
Шрифт:
Я чуть приоткрываю ее и выглядываю, чтобы показать ему, что говорю серьезно. К сожалению, когда его глаза встречаются с моими, я таю. Он втягивает воздух, когда видит меня, его рука тянется через щель, чтобы коснуться моего подбородка. Затем его большой палец двигается вверх и касается моей нижней губы.
— Охренеть, посмотри на себя, — рычит он.
Я так захвачена тем, как Джей смотрит на меня, словно мог бы проглотить целиком, что забываю придерживать дверь. Он легко раскрывает ее, бросается ко мне и подхватывает на руки. Мои ноги обхватывают его талию, пока он
— Какое искушение, — шепчет он, будто отчитывая себя. — Как, на хрен, я могу сопротивляться этому?
Неожиданно его рот опускается на мой, вбирая мои губы жестким, яростным поцелуем, который я чувствую всем телом, до самых кончиков пальцев ног. Моя кожа становится горячей и возбужденной. Стону ему в рот, когда язык Джея проникает внутрь, переплетаясь с моим, и скользит взад-вперед. Мои ноги раздвигаются, и он толкается в меня, его эрекция интенсивно трется о мою киску. Я изнываю по нему, ощущая пустоту внутри себя.
Он мурлычет, целуя меня, овладевая мной своим ртом. Этот звук отдается вибрацией внизу живота. Мгновением позже он разрывает поцелуй и, отстранившись, смотрит вниз и рассыпается в ругательствах. Следую за его взглядом и вижу, что мое полотенце раскрылось и я стопроцентно и беспощадно голая.
Его рот возвращается к моей шее, облизывая и посасывая, посылая дрожь вниз по спине, которая достигает кульминации у основания позвоночника. От одного этого я могла бы кончить.
— Ты такая красивая, — шепчет он в мою кожу, и мое сердце останавливается. Никто никогда прежде не называл меня красивой. Называли прелестной (папа), но не красивой. Черт, я никогда не чувствовала себя красивой до этого момента, пока его рот не оказался на моем теле, заставляя ожить каждую клеточку. Одна его рука дразнит мой сосок, другая сжимает бедро.
— Держись за спинку кровати, — говорит он сквозь стон.
— Ч-что? — спрашиваю, едва складывая слово, настолько потерявшись в нем.
Джей прочищает горло, его глаза прожигают мои. Вместо объяснения, он берет мои запястья в свои руки, поднимая их, и обвивает мои пальцы вокруг деревянных поперечин изголовья кровати.
Ох. Теперь я понимаю.
— Держись крепко, — произносит он хриплым голосом; взгляд Джея темнеет, когда он начинает осыпать поцелуями путь вниз по моему телу. — Если ты прикоснешься ко мне, не могу пообещать, что не трахну тебя.
Дрожь удовольствия пробегает по позвоночнику. Он не должен был говорить этого, потому что теперь я хочу дотронуться до него. Узнать, что случится.
Понимаю, что веду себя безрассудно. Знаю, что он хранит секреты, но факт в том, что в этот момент я не могу заставить себя волноваться об этом. Его прикосновения отправляют мой мозг в отпуск, долгий-долгий отпуск в далекую страну. И я хочу Джея сильнее, чем его секреты.
Теперь он внизу моего живота, и мне кажется, я знаю, куда он направляется. Во мне нарастает тревога, и я напрягаюсь. У меня никогда этого не было, не знаю, чего ожидать. Мне это вообще понравится?
Когда он доходит до
— Расслабься, — говорит он ласково, поглаживая мой живот.
— Прости. Я просто нервничаю.
— Не нужно. Тебе понравится. И более того, ты, вероятно, полюбишь это. — Он награждает меня дьявольской улыбкой, затем наклоняет голову, его губы пылко встречаются с моей вибрирующей киской.
Я вскрикиваю. Затем он начинает ласкать меня языком, таким влажным, мягким и совершенно божественным; все мое тело словно тает.
— Дж-Джейсон, — скорее выдыхаю, чем говорю я. Он стонет, втягивая клитор в свой рот.
Кажется, он настолько поглощен этим, словно наслаждается больше меня, и это существенно возбуждает. Хочу отпустить кровать и вцепиться в его плечи, но он видит, что я двигаюсь, и смотрит пылким взглядом, который говорит «нет». Его язык проделывает дорожку от клитора к моему входу и проскальзывает вовнутрь, пользуясь возможностью. На этой стадии я готова принять любую его часть, лишь бы она была внутри меня. Его отсутствие сводит меня с ума, а ведь я даже еще не была с ним, чтобы знать, чего мне не хватает.
Он так лижет, так проникает в меня, словно на самом деле трахает, и я позволяю шлюзу открыться, несдержанно постанывая. Во время секса я всегда контролировала себя, но с Джеем мне не светит сдерживаться. Он заставляет меня терять разум до такой степени, что я едва узнаю нуждающегося, помешанного на сексе человека, которым становлюсь.
Не могу сказать, сколько времени прошло, когда он возвращается к моему клитору, совершая языком хлесткие, быстрые движения, о возможности которых я даже не подозревала. Боже, я не хочу, чтобы это когда-нибудь заканчивалось. Он смотрит вверх на меня так, словно я самая сексуальная из всех, кого он видел, и мне нужно, чтобы это было правдой. Нужно, чтобы для него это было больше чем секс. Больше чем зуд, который он хочет унять.
— Сейчас ты выглядишь охренительно сексуально. Кончай мне в рот, — говорит он хриплым голосом, его руки быстро перемещаются на мои ягодицы и поднимают их. Он застает меня врасплох, когда встает на колени на кровати, придерживая мое тело под углом к матрасу, его рот все так же работает над моим клитором. Наклон усиливает ощущения, делает их более интенсивными. Я бы никогда не додумалась до этого.
Его большие, горячие как огонь, руки обхватывают мои бедра и низ живота.
— Посмотри на меня, — требует он, прерываясь.
Наши взгляды встречаются, замирают. Спираль сжимается глубоко внутри меня, становясь все более и более напряженной. Затем он легонько захватывает мой клитор между своими зубами, и меня поражает, насколько это приятно. Я скулю и стону одновременно. Затем кончаю, долго и сильно, пока он продолжает сосать, охотно вытягивая каждое содрогание.
Я хныкаю, когда удовольствие утихает, и Джей обнимает меня. Он утыкается лицом в изгиб моей шеи за ухом.
— Вау, — выдыхаю я, наконец, найдя в себе достаточно сил, чтобы сформировать слова.