Пять минут ужаса
Шрифт:
Рядом не было никого, кто взял бы банку и попытался утихомирить массу. Все шло само собой, как бы направляемое некоей загадочной силой. Масса поднималась четырьмя полосками по внутренним стенкам банки и приближалась к прочно завернутой крышке.
По ничего не произошло. Масса сконцентрировалась, стекла вниз, осталась на месте, как бы в ожидании второй атаки, которая неизбежно должна была последовать.
Со второй попытки масса достигла крышки. Четыре темные полоски сошлись в ее середине, где они начали набирать необходимую силу. Потом они принялись как
Удастся ли им прорвать жесть? Нет, на сей раз крышка устояла, и черная масса опять опустилась. Она медленно полосками стекала на дно, вновь набирая нужную энергию.
Проходила минута за минутой. Следующая атака на крышку произошла внезапно. Вверх брызнула струя, шириной в два пальца, обладающая мощной силой, и, как молот, стукнула по крышке снизу.
Устоит ли крышка теперь? На первый взгляд могло показаться, что она устояла. Но потом стало видно, что в ней образовалась выпуклость, напоминающая бородавку. Следующий удар был направлен прямо в эту слабую точку и пробил поверхность крышки. Крышка лопнула, как при взрыве. Образовалось широкое отверстие, по краям которого были зазубрины. Масса добилась того, к чему стремилась. Она вырвалась на свободу…
* * *
Я был совершенно измотан путешествием. Не из-за того что поездка была долгой — для такого видавшего виды путешественника, как я, это не было проблемой — нет, виноват во всем был только шторм, который меня опять задержал.
Этот ураган обладал необыкновенной силой. Я не знал, самый ли сильный это ураган за весь год, но, надо сказать, что меня он изрядно напугал. Я отправился в путь с первым паромом. Вечером мы уже были в открытом море, но лишь немногие отваживались выйти на палубу. Автомобили находились в трюме, и я тоже находился поблизости. Впрочем, я не сидел в большом гараже, где кроме меня было всего лишь несколько пассажиров.
Спать я не мог, выспавшись как раз во время шторма, поэтому я его как следует не помню. Однако теперь мне пришлось познакомиться с его последними усилиями.
Море, хотя и успокоилось, но волны все-таки были выше, чем обычно. Путешествие должно продолжаться восемь с половиной часов, затем мы прибывали в Сен-Мало. Оттуда, чтобы наконец попасть в свой пункт назначения, мне нужно ехать несколько миль на запад. Иначе говоря, я был вынужден провести на пароме всю эту ночь.
Я получил двойную каюту, в которой кроме меня никого не было. Пассажиров не хватало на все каюты. Были и люди, которые спали не в каютах, а просто на деревянных скамейках. Мне так проводить ночь не хотелось.
Корабль изрядно подбрасывало на волнах, которые все еще были большими. Я вообще-то не очень люблю качку, но принадлежу к тем счастливым людям, которые не страдают морской болезнью. Мне не нужно принимать и соответствующие таблетки.
Недалеко от меня сидела какая-то семья, которая переносила качку не так легко, как я. Прежде всего досталось матери. Она не успела добежать до туалета, и ее вырвало. К счастью, у
Лучше бы ему этого не делать, потому что следующим оказался он. Затем наступил черед отца, потом — дочери. После этого вся семья ушла, видимо, она надеялась, что в каюте качку будет перенести легче.
Мне оставалось только порадоваться тому, что меня морская болезнь пощадила. Впрочем, аппетита у меня не было. Я вообще-то был не прочь что-нибудь съесть, но, глядя на то, что происходило вокруг, отказался от этого намерения и поглядывал сквозь большие застекленные окна на волнующееся море.
Передо мной возникали целые водяные горы, которые одна за другой обрушивались на наш паром. Часто при этом возникали громадные фонтаны пены, взвивавшейся над палубой подобно мокрым простыням. Пришли два офицера и осведомились, все ли здесь в порядке. Испуганная женщина, сидевшая на своем багаже, начала что-то бормотать о конце света и гневе божьем.
— Уверяю вас, джентльмены, до берега доберутся лишь наши трупы, которые выбросит прибой.
Офицеры реагировали спокойно.
— Надеемся, что этого не произойдет, мадам.
— Нет, так и будет. Я столько читала о всяких катастрофах.
— Этот паром выдержит, мадам. Успокойтесь, пожалуйста. У нас еще никогда не было аварий.
Женщина рассмеялась.
— Ах, какие мы храбрые! Скажите лучше, что мы все пойдем ко дну. Нет-нет, я уверена. Наступит момент, когда вы вспомните о моих словах.
— Конечно, мадам.
Офицеры ушли. К сожалению, женщина сидела рядом со мной и теперь повернулась в мою сторону, потому что ей нужна была другая жертва.
Я быстро отвернулся и сделал вид, что все это меня совсем не интересует. Лишь уголком глаза я следил за тем, что она делает. Она глядела на меня, размышляя, как поступить, и повела себя именно так, как я и предполагал.
Она занялась своими бедами, жаловалась, бормотала какие-то изречения, напоминавшие что-то вроде успокаивающих молитв. Меня это не волновало. Я просто вытянул ноги и собирался пойти заказать что-нибудь попить, когда вдруг увидел какое-то отражение в стекле передо мной. Там ясно виднелись контуры человека.
Сначала я подумал, что это оптический обман. Затем повернул голову и убедился в том, что человек этот существует и стоит прямо передо мной. Это была Рита Уилсон!
Она остановилась рядом со скамейкой, на которой я сидел, и широко улыбалась.
— Вы? — выдохнул я.
— Позволите сесть?
Я посмотрел на нее. Рита была одета в штормовку, на спине небольшой рюкзак, в который она, видимо, упаковала все свои пожитки.
— Пожалуйста, садитесь, Рита, ведь судно мне не принадлежит.
Она сняла рюкзак и села рядом со мной. Сегодня копна ее волос была стянута лентой. Тем не менее она провела по ним рукой, разглаживая их назад, возможно, это был просто жест смущения.
— Вы разочарованы, мистер Синклер?
— Называйте меня Джон.