Пой, Менестрель!
Шрифт:
Лорды засмеялись.
— Конечно, если обложить налогами тех, кто нынче возводит себе замки, золото в казну потечет рекой, — не унимался лорд Вэйн.
— Скорее рекой потечет кровь, — рубанул лорд Бертрам. — Так они вам безропотно заплатят!
— Казна пуста, — яростно повторил Магистр.
— Да, — вздохнул лорд Гаральд, — любопытно, почему она столь быстро опустела? Кстати, Магистр, позвольте поздравить, стены вашего замка с каждым днем возносятся все выше.
Лорды вновь одобрительно зашумели. Время от времени то один, то другой взглядывал на короля, желая знать,
— Нам нечем платить войскам! — рявкнул лорд Бертрам.
— В самом деле, милорд? — насмешливо протянул лорд Вэйн. — Вы только теперь об этом узнали? Наемникам не плачено полгода, так что они преспокойно грабят жителей, а тем остается благословлять короля.
— Свободные крестьяне перестают пахать и сеять. Зерно, ввезенное из Каралдора, кстати беспошлинно, — дешевле.
— Ремесленников душат налогами, и они покидают мастерские… Никто не хочет работать.
— Еще бы! Тот, кто работает, живет впроголодь. Лишь воровство и разбой приносят достаток…
— Воровали и в прежние времена. Правда, немногие. Украдкой, в великом страхе…
— А теперь это считается доблестью…
— Довольно! — гаркнул Магистр. Медленно обвел взглядом лордов, повернулся к королю: — Все наши усилия прахом пойдут, хоть мы тут расшибись. Нужен мир. Вечный мир с Каралдором. Тогда уж разгоним наемников, а деньги потратим куда следует.
— Разогнать? Войско? — Лорд Бертрам вскочил, отшвырнул кресло.
— Разумеется, — язвительно подтвердил лорд Гаральд. — Положимся на слово каралдорского короля, распустим войско, а через месяц распахнем перед каралдорцами ворота столицы.
Артур не слушал. Его бросило в жар, затем в холод. Зубы застучали. Ладони покрылись липким потом. Он открыл глаза. Мир выцвел. Белые фигуры сидели в белых креслах. Артур почувствовал, что теряет сознание. Изо всех сил стиснул подлокотники. «Только не здесь. Только не на глазах у всех». Отчаянно боролся с подступающей дурнотой. Постепенно дышать стало легче, звон в ушах прошел, вернулось зрение. Артур обнаружил, что разговоры смолкли, лорды столпились вокруг него. Поднялся, покачнулся, ухватился за край стола. Жестом остановил лорда Бертрама, кинувшегося на помощь.
— Оставайтесь на месте.
Направился к дверям. Лорд Гаральд, совершенно белый, шагнул следом:
— Дозвольте, ваше величество, я провожу.
— Не надо, — возвысил голос Артур. — Оставайтесь и попробуйте договориться. Утром господин Магистр передаст мне ваши предложения.
Артур едва держался на ногах. Его пошатывало от слабости. Заседание Совета оказалось последней каплей. Не мог он одновременно давать отпор Каралдору, мятежным северянам, Магистру, лордам… Требовалась передышка. Несколько дней, возможно, недель… Тогда он сумеет найти слабое место у каждого из противников, обуздать, привести к покорности…
Тянущей болью наливался бок. Артур мечтал добраться до постели. И когда в проходной комнате столкнулся с человеком Магистра, заскрипел зубами от гнева. Он не расположен был никого выслушивать. Поднял голову,
Встретился взглядом со Стрелком. Отшатнулся. Какое-то мгновение готов был допустить, будто сошел с ума. Не мог же человек, за которым охотились лучшие воины королевства, появиться в замке, в охраняемой твердыне, в королевских покоях! Артуру хотелось, чтобы происходящее оказалось сном, кошмаром. Он не был готов к подобной встрече. Не так-то легко посмотреть в глаза человеку, которого предал; стать лицом к лицу с тем, кого пытался убить. В тот миг Артуру показалось, что сам он — жалкий воришка, обманом пробравшийся в королевские покои и столкнувшийся с настоящим Королем. Что сделает Король? Не позовет стражу, не обнажит меч. Только взглянет — но от этого взгляда остановится дыхание.
Артур не пробовал схватиться за меч. Шаг за шагом отступал к стене. Боялся не того, что Стрелок сделает, а того, что скажет.
Лучник, впрочем, ничего не говорил. Просто смотрел, но вынести этот взгляд Артуру было не под силу. Он опустил глаза. Тогда — прошла доля мгновения, но Артуру почудилось: вечность — прозвучал насмешливый, нестерпимо знакомый голос:
— Поклон вашему величеству от рыжеволосой Плясуньи.
Затем Артур услышал удаляющиеся шаги. Сухо потрескивали факелы. Шаги смолкли, а он все не решался поднять голову. Наконец огляделся. В комнате никого не было. И разом к Артуру вернулись память и силы. Он распахнул двери и закричал, сзывая стражу:
— Поднять мост, запереть ворота! — (Много лет не звучал в замке этот приказ). — Обыскать все закоулки! Поймать лазутчика!
Сам, в сопровождении нескольких алебардщиков и примчавшегося первым Драйма, кинулся к воротам.
Часовые клялись, что никого не выпускали. Артур смотрел, как поднимается влекомый цепями мост, ползет вниз решетка. Теперь Стрелку из замка не выбраться. Рано или поздно его схватят, а тогда…
Вернулся в свои покои. Час проходил за часом, а известия о поимке беглеца не было. На рассвете к королю явился Гольд. В руках начальник стражи держал веревку.
— Нашли на крепостной стене, между южными башнями.
Артур взвился с места. Упустили! Он все-таки ушел! Поднимай мост, опускай решетки, расставляй часовых — Стрелка это не остановит. Для него нет преград!
— Часовых с южной стены — в темницу!
Гольд вышел, а в следующую минуту лазоревый занавес у двери отдернула рука Магистра.
— Позвольте узнать, ваше величество, почему стражники перевернули все в моих покоях вверх дном?
Артур прислонился к стене, прижал руку к правому боку.
— Искали лазутчика.
— В моих покоях?
— Он был одет как ваши люди! — Голос Артура сорвался на крик.
— Вы хорошо его рассмотрели?
— Нет… — Артур сбавил тон. — Мы столкнулись в проходной комнате, а там полумрак… При моем приближении он бросился прочь.
— Так, может, это не лазутчик?
Артур развернулся и швырнул под ноги Магистру веревку:
— Полюбуйтесь! Ваши люди прекрасно охраняют замок. Прекрасно стерегут королеву.
— По-вашему, лазутчик пробирался к королеве? Почему вы так решили?