Письма президенту
Шрифт:
Растут цены на нефть и число беспризорников. Хотелось бы понять, как это связано?
Во времена ваших предшественников (Ленина, Сталина) людей губили ради идеи, бескорыстно. А теперь?..
Простите, сбился. Забыл, что обещал порадовать. Начинаю.
Вам будет приятно узнать, как хорошо работает ваша охрана. Вы пролетаете по Рублево-Успенскому шоссе и даже не подозреваете… – там вся природа (лес, полянки) насыщены заботой о вас.
Вам с вершины вертикали не видны мелочи быта… Однажды в темный и морозный зимний вечер ребенок захотел писать. Где-то в районе Барвихи он сказал, что ему невтерпеж.
Какой-нибудь иностранец подумал бы, что полиция хотела нам помочь: мало ли, что у людей может случиться в дороге. Нет. Подъехавшие ничего не спросили, участия не проявили – просто зафиксировали машину: марку, номер. Они беспокоились не за нас, а за вас.
Они охраняют вас даже там, где вас нет. А нас не охраняют даже там, где мы есть.
На ближайшем посту ГАИ нас тормознули, долго проверяли документы, а потом:
– Зачем останавливались?
Я смущенно объяснил. Последовал новый вопрос:
– А в штаны он не умеет?
Даже жалко офицеров иногда. Сами-то они, наверное, умеют и хотели бы нас научить.
…Как вы понимаете – мой сын не беспризорник. Но за ним государство присмотрело; примерно шесть-семь вооруженных людей…
А где-нибудь на шоссе Энтузиастов несколько мужиков могли бы даже покакать, и никакие машины не подъезжали бы, и некие люди в форме ГАИ не интересовались бы, что там осталось на обочине – не заминировали ли?
Обидно. Обидно за вас. Мне кажется, что за минувшие годы мой сын стал меньше вас любить. Осенью 2000-го (вы всего полгода были президентом) – если нас останавливали, чтобы пропустить ваш кортеж, – сын хватал российский флажок и тащил меня из машины – махать (он видел по телевизору, как вам махали миллионы в Северной Корее, и хотел, чтобы и дома вам было хорошо). А теперь махать он совсем не хочет.
Да теперь не очень-то и получится. Недавно на Рублевке загнали меня в какой-то карман… Чтобы вас пропустить, нас сгоняют с трассы в любые проулки. Ждал, ждал – захотелось поглядеть, далеко ли огни вашей кавалькады? Не успел вылезти – окрик:
– Вернись в машину!
Это, конечно, оскорбительно и противно. Ты не в армии, не в тюрьме, а тебе не только ехать не дают, но даже из машины выйти запрещают.
Но благодаря этому случаю я догадался, зачем древние египтяне и прочие подданные деспотов падали ниц при приближении владыки. Это не от восхищения. Это совсем другое. Когда все лежат ниц, тогда охрана видит спины, зады, затылки – и любой, кто попытается встать, будет сразу виден, и его легко застрелить (мало ли зачем он встает; что у него на уме?).
А представьте – демократическая толпа, все толкаются, идут куда хотят, машут руками – поди отгадай, кто выстрелит. Жертвами этого демократического хаоса пали братья Кеннеди, папа римский, президент Рейган (двое последних выжили, но это же случай).
Пока все мы закрыты в машинах, пока все мы одинаковые, охране очень удобно.
После Беслана охрану поставили у каждой школы. Еще сотни тысяч умных и сильных мужчин выдернуты из производства, посажены на стулья у входа. (А если они хилые и глупые – то какая ж из них охрана?)
Охрана у каждой школы,
Помните, совсем недавно, всего несколько лет назад, чеченцы были, арабы были, даже международные террористические организации были, а терактов в России не было. Чем-то мы их приманили.
Во всех школах поспешно поставлены решетки на окнах. Защищают ли они от террористов? (В Беслане, к слову, спаслись только те, кто смог выпрыгнуть в окно. Были бы решетки – не выпрыгнули бы.) Защитить тела детей решетками на окнах невозможно. А души детские, конечно, уродуются. Они сидят за решетками. Это значит, что либо они арестанты, либо мир за окном жестокий, смертельно опасный.
Всем родителям велено купить «памятку» за 20 рублей. Там написано, как прятаться, как себя вести ребенку, если он попал в заложники (если вы своим дочкам купили, то, наверное, читали). Как входить в лифт, в подъезд, как оглядываться на улице. То ли это инструкция нелегалу, то ли партизану на оккупированной территории.
Если бы «памятка» помогала – это было бы счастье. И недорого. Но ведь не поможет. Мы платим еще один, абсолютно бессмысленный налог за безопасность, но не получаем ее. Опасность создали непродуманные действия власти, бездарность силовиков. Вы бы и платили. А платим мы. 17 миллионов школьников по 20 рублей = 340 миллионов; кто-то опять заработал, изображая заботу о безопасности наших детей.
И никто не спросил: а что происходит с детьми, если в дверях школы мужик в камуфляже, на окнах решетки, а в обязательную программу включен учебник, где подробно описаны три способа ползать? «Необходимо лечь плотно на землю, подтянуть правую (левую) ногу и одновременно вытянуть левую (правую) руку как можно дальше вперед. Затем, отталкиваясь согнутой ногой, передвинуть тело вперед и подтянуть другую ногу, вытянув другую руку как можно дальше вперед, продолжая таким образом непрерывное движение. При этом нельзя поднимать голову (продолжая наблюдение) и подставлять под обстрел тазобедренную часть тела». Вот так и получаются толстые тупые учебники, если тратить 22 буквы там, где достаточно четырех или трех (зад).
Собрали с нас (с родителей) по 250 рублей «на театр». Это старый добрый советский культпоход. Школа заказывает в театре сотню-другую билетов, и дети с учителями едут на автобусе…
Приносит деньги обратно. Что случилось – артисты заболели? театр сгорел? Нет, надо, чтобы каждый экскурсионный автобус с детьми сопровождала машина ГАИ. А гаишников свободных нет; все стерегут вашу трассу.
Ежедневный автобус, который детей в школу (сельскую) и из школы возит, сопровождать не надо, а экскурсионный надо – такой теперь закон! – объясняет мне третьеклассник.
Вот, значит, какие результаты борьбы с чеченским сепаратизмом. В столице России в воскресный день дети в театр не могут пойти. Вы ж не предвидели таких последствий.
Если бы вы были ребенок – тогда все это было бы детской неожиданностью; неприятно, но – какой спрос? Но вы же не ребенок. Вы же разведчик, вас учили анализировать и делать выводы, прогнозы.
…Погибших детей Беслана можно списать на международный терроризм. А сотни тысяч погибающих беспризорников – на кого? Помните свою встречу с женщинами (в канун 8 Марта 2002-го). Вы им сказали, что «сегодня страна переживает третью волну беспризорности после Гражданской и Второй мировой войн».