Одиссея
Шрифт:
080 Медный, с обеих сторон заощрённый, и с криком ужасным
Прянул вперёд. Но навстречу ему Одиссей богоравный
Выстрелил; грудь близ сосца проколола и,
в печень вонзившись,
Крепко засела в ней злая стрела. Из руки ослабевшей
Выронил меч он, за стол уцепиться хотел и, споткнувшись,
085 Вместе упал со столом; вся еда со стола и двудонный
Кубок свалилися наземь; он об пол стучал головою,
Болью проникнутый; ноги от судорог бились; ударом
Пяток
Очи. Тогда Амфином благородный, вскочив, устремился
090 В бой; уповая, что против него Одиссей не замедлит
Выйти, сошедши с порога, свой меч обнажил он;
но сзади
Бросил копьё Телемах, заощрённое медью; вонзилось
Между плечами и грудь прокололо оно; застонавши,
Треснулся об пол лицом Амфином. Телемах же проворно
095 Прочь отскочил; он копья не хотел из убитого вырвать,
Сердцем тревожась, чтоб, в это мгновение сбоку напавши,
Кто из ахеян его, занятого копья исторженьем,
Острым мечом не пронзил неожиданно; свой совершивши
Смертный удар, под защиту отца поспешил он укрыться.
100 Близко к нему подбежавши, он бросил крылатое слово:
«Щит, два копья медноострых, родитель,
и крепкий из твёрдой
Меди, к твоей голове приспособленный, шлем принесу я;
Сам же надену и латы; Евмею с Филойтием верным
Также надеть их велю; безопаснее в латах нам будет».
105 Кончил. Ему отвечая, сказал Одиссей хитроумный:
«Дельно! Беги и, пока не истратил я стрел, возвратися;
Иначе буду, оставшись один, оттеснён от защитных
Притолок». Так он сказал; Телемах всё исполнил поспешно:
Бросясь в ту верхнюю горницу, где находились доспехи,
110 Взял там четыре щита он, четыре с густыми хвостами
Конскими шлема и восемь блестящей окованных медью
Копий; и с ношей своей он к отцу возвратился немедля;
Прежде, однако, надел на себя меднолитные латы;
Медными латами также облекшись, Евмей и Филойтий
115 Стали с боков Одиссея, глубокою полного думой.
Он же, покуда ещё оставались пернатые стрелы,
Каждой стрелой в одного из врагов попадал, не давая
Промаха; друг подле друга валяся, они издыхали.
Но напоследок, когда истощилися стрелы, великий
120 Лук Одиссей опустил, не имея в нём более нужды,
К притолке светлой его прислонил и стоять там оставил.
Четверокожным щитом облачивши плеча, на могучей
Он голове укрепил меднокованый шлем, осенённый
Конским хвостом, подымавшимся страшно на гребне,
и в руку
125 Взял два копья боевых, заощрённых смертельною медью.
Там недалеко от главных дверей находилась
Тайная дверь; от высокого залы пространной порога
Тесный был этою дверью на улицу выход из дома;
Доступ желая к нему заградить, Одиссей свинопасу
13 °Cтать приказал перед дверью, чем всякий исход был отрезан.
Тут Агелай, к женихам обратясь, им крылатое слово
Бросил: «Друзья, не удастся ль кому потаённою дверью
Выбежать, крикнуть тревогу и нам поскорее на помощь
Вызвать людей? Уж свои расстрелял он последние стрелы».
135 Кончил. Меланфий, на то возражая, сказал Агелаю:
«Нет, Агелай благородный, нельзя; потаённые двери
Слишком у них на виду, да и выход так тесен, что целой
Может толпе заградить там дорогу один небессильный.
Но погодите, оружие вам я найти не замедлю;
140 Горницу знаю, в которой доспехи, из этой палаты
Взятые, кучею склал Одиссей, помогаемый сыном».
Так Агелаю сказав, злоковарный Меланфий обходом
В горницу тайно прокрался, где складены были доспехи.
Вынес оттуда двенадцать великих щитов он, двенадцать
145 Копий и столько же медных, хвостами украшенных шлемов.
С ними назад возвратясь, женихам их поспешно он роздал.
В ужас пришёл Одиссей, задрожали колена, когда он,
Вдруг оглянувшись, увидел их в шлемах,
с щитами, трясущих
Длинными копьями; гибель ему неизбежной явилась.
150 К сыну тогда обратившись, он бросил крылатое слово:
«Верно, какая из наших рабынь, Телемах, изменивши
Нам, помогает противникам нашим,
иль хитрый Меланфий?»
Робко на то отвечал рассудительный сын Одиссеев:
«Горе! Моё небреженье причиной всему; я виновник
155 Этой беды – заспешив, позабыл оружейной палаты
Дверь запереть; и лазутчик, хитрее меня, побывал там.
Слушай, мой честный Евмей, побеги ты туда и за дверью
Стань там и жди; кто придёт, ты увидишь;
служанка ль какая
Или Меланфий? Я сам на него подозренье имею».
160 Так говорили о многом они, собеседуя тайно.
Тою порой за оружием хитрый Меланфий собрался
Снова прокрасться наверх. То приметив, Евмей богоравный
На ухо так прошептал Одиссею, стоявшему близко:
«О Лаэртид, многохитростный муж, Одиссей благородный,
165 Вот он, предатель; его угадал я; он крадётся, видишь,
Снова туда за оружием; что, государь, повелишь мне
Сделать? Убить ли крамольника, если удастся с ним сладить?
Или насильно сюда притащить, чтоб над ним наказанье
Сам совершил ты за наглое в доме твоём поведенье?»