Никуда не денешься

Карат Татьяна

Да мне было больно – очень больно и страшно.

Войдя в кабинет, видела только его - мужчину, которому поверила. Я смотрела в темно зеленные глаза и искала там правду, а может опровержение этой самой правды. Искала утешение и поддержку. Смотрела на губы и ждала, что они сейчас уверят, что все услышанное не правда, что это была очередная иллюзия, слуховая галлюцинация, да что угодно, лишь бы не правда.

– Чего же молчишь – скажи. Скажи мне в глаза, кем я являюсь.

– Руб выйди.

Голос

Глеба был жестким. Но вместо испуга молодой мужчина испытал невероятное облегчение. Ему дважды повторять не пришлось, уже через несколько мгновений закрывшаяся за ним дверь приобретала шероховатую поверхность стены.

– Ты сделал с меня монстра!

Боже, даже само это слово вызывало во мне дикий ужас. Это конец, это смерть, да нет – хуже смерти. И во всем этом виноват мужчина, сидящий напротив.

– Я ничего не делал – это было в твоей крови.

– Что было, ты о чем? Я девятнадцать лет была самым обычным человеком, пока в моей жизни не появился ты.

– Ты была носителем этого гена, благодаря мне он только проявил себя.

– Спасибо тебе большое за такую милость!

Я замолчала на какое-то время, приводя мысли в порядок. Это слишком громко сказано. Какие мысли? Какой порядок? В этой каше, что была у меня сейчас в голове не смог бы разобраться даже опытный психолог за несколько месяцев работы.

– Как я могла быть носителем – у меня были самые обычные родители, а не какие-то геномодифицированные уроды?

Слова сами вырывались, а в глазах стояли слезы. Я не думала, обижаю ли я его подобными высказываниями, или раню. Все не важно – я превращаюсь в монстра, я умираю.

Он скрипнул зубами, но сдержался, ничего не сказал.

– Слышишь, как?!

– Твой отец был таким же, как и я.

– Он не мог. Он был самым обычным человеком. Да что ты вообще о нем знаешь?

Я как заведенная повторяла одну и ту же фразу.

– Я знаю о нем многое, он был моим другом.

– Как другом?

– Он был стражем, одним из моей четверки.

– Как?

Слезы уже ручьем бежали по моим щекам, застилая обзор прозрачными разводами.

– Расскажу в другой раз – это длинная история.

– Отпусти меня домой, слышишь. Возможно здесь, под действием радиации или еще какой-то фигни, присущей только в вашем мире все эти странности происходят со мной. Может там, дома я буду по-прежнему нормальной.

Сглатывала слезы, комкая слова и утирала рукой нос я неотрывно смотрела ему в глаза. Пусть картинка и плыла, неважно, я хотела достучаться до него. Что бы понял как мне страшно, Чтобы почувствовал и отпустил.

– Твой дом здесь – привыкай к этому. Пути назад нет.

– Но я превращусь в монстра!

– Ты научишься с этим жить.

– Что!

Я прикрыла в

испуге рот рукой, представляя, каким чудовищем могу стать. В памяти возникли картинки с фильмов ужаса – монстры, чудовища. Да и слова Золы вспомнились - ее высказывание о полу волке, полу человеке. И он предлагает мне с этим смириться? Где же спасительный обморок, чтобы отключиться и обо всем забыть?

Спасибозавнимание! Ждуснетерпениемвашихотзывов.

Глава 14

Глеб все больше времени проводил рядом. Задания, служба, или как он там еще называл свою работу отошли на второй план. Он пытался достучаться до меня, что-то объяснить, научить с этим жить, но я не слушала. Я больше никого не слушала, никому не верила, я их всех просто ненавидела.

Даже Зола старалась меня не трогать, и как можно меньше времени проводила в доме. Руб в поле моего зрения почти не попадал, а при случайной встрече жутко потел и пытался поскорее скрыться. Его запах горчил, он был пропитан страхом. И как я могла восхищаться такой размазней?

Он был мне другом? Разве? Друзья так не поступают, они не предают. И не наблюдают тихонько со стороны, как тебя превращают в монстра.

– Не стоит жевать этот салат, ты же хочешь мяса.

Глеб подошел к столу с двумя тарелками, одну из них положил около меня. На обеих были большие горячие стейки. Аромат мяса соблазняет меня всю последнюю неделю, но я не поддаюсь. Держу себя в руках. Почему? Я боюсь. Боюсь поддаться любому соблазну, и тем самым ускорить все те изменения, о которых говорил Руб.

– Я хочу быть нормальным человеком.

Со злости накалывала на вилку уде порядком осточертевшие помидоры и огурцы.

– Этого уже не изменить. И в том, что ты будешь есть то, что тебе не вкусно нет никакого смысла.

– А в чем есть смысл? Ты же представитель сверх умной расы, так подскажи мне, что делать? Каким образом не превратиться в чудовище?

– Ты не превратишься в чудовище. Нужно просто научиться держать себя в руках.

– Как? Как мне жить с этим?

– Я ведь живу.

– А я не хочу так жить. Я хочу быть нормальной.

– Ты вполне нормальная, просто имеешь определенные особенности.

– Не нужны мне никакие особенности.

Я отшвырнула от себя тарелку с салатом. И как часто бывало в последнее время – не рассчитала силы. Тарелка заскользила по широкому столу и упала на пол с противоположной стороны. Грохот разлетевшейся посуды немного охладил меня. Глеб посмотрел на разбросанный по полу салат, потом укоризненно на меня, но так ничего и не сказал по этому поводу.