Никуда не денешься
Шрифт:
– Большинство?
– Ну, кроме двух.
– Двух?
Как попугай переспрашиваю каждое слово.
– Предок хозяина и еще один мужчина смогли зачать наследников.
– Кто этот мужчина?
Да, сыграла в дурочку! Зола уже поглядывала на меня с подозрением, но все же ответила.
– Один из стражей, который участвовал тогда в эксперименте. Его наследник исчез бесследно больше двадцати лет назад.
Она помолчала несколько минут, а потом ободряюще улыбнулась.
– Да не переживай ты так, я пошутила. Не об эксперименте, конечно – он действительно был, но это все уже давно в прошлом.
Я нервно улыбнулась, принимая ее ответ, женщина вздохнула с облегчением. Разговор исчерпал себя, и неловкую пустоту нужно было чем-то заткнуть.
– А что вкусное будет сегодня на ужин?
– Ну одним из вкуснейших блюд будет салат, я так понимаю.
Зола подмигнула, глядя на дело рук моих. Я и сама заглянула в салатницу. Ровные, разноцветные ломтики овощей, смотрелись просто чудесно, но не вызывали никакого аппетита. Я по-прежнему улавливала чудесный аромат мяса, исходивший из пакетов Золы. Но спрашивать об этом не хотела. Не стоит ей знать о моем обострившемся обонянии и резко возникшей страсти к мясным блюдам.
От скуки и безделья я решила более тщательно исследовать их приспособление передвижения под названием портал. Глеб мне объяснил в двух словах как пользоваться этой штукой, убедил, что опасности совершенно никакой здесь нет. Он даже прокатился, если можно так сказать, со мной в разные части дома. А дом оказался многоуровневый, и в некоторые его части никаким другим образом нельзя попасть кроме как через портал. В самой кабинке портала, на дисплее, был определенный перечень мест передвижения - что-то в виде базы данных или телефонной книги, с помощью которой можно спокойно перемещаться в пределах самого дома. Для передвижений за пределы владений Глеба нужны были специальные коды, и мне их, соответственно, никто не спешил давать. Я в них, особо и не нуждалась – мне бы в свой мир попасть, а не по этому шастать, в неизвестном направлении.
Все что новое оно интересное, и даже если это «что-то» тебе и даром не нужно, все же загадочность неизведанного толкает всунуть туда свой маленький любопытный носик. И я всунула.
Последние двадцать минут с интересом рассматривала кабинку портала. Нашла в меню «последнее перемещение» и у меня опять же сыграло мое любопытство. Руб не так давно куда-то исчез. Интересно, где он пропадает все это время? И я решила - аккуратненько, тихонько – взглянуть только одним глазком. Одно мановение пальчиком и мое тело, начиная с рук и ног, рассыпается миллионами искорок. Каждый раз, перемещаясь подобным образом, ловлю себя на мысли, что боюсь. Боюсь, что одна из этих искорок где-то затеряется, и я восстановлюсь на новом месте, без какой-то части тела - ноги или руки. Глупость, конечно, но все равно боюсь. Глеб даже подшутил над этим моим страхом – сказал, что если затеряется «искорка» отвечающая за кусочек моего языка, он совсем не расстроится. Правда я потом отстояла важность этой части тела, и доказала на столько она незаменима во время поцелуя и не только.
Но, не смотря ни на какие уверения, я все равно, до последнего всматриваюсь в светящуюся спиральку, медленно уползающую в небольшое углубление.
В
Тихо вышла из кабинки портала, и бесшумно ступая по мягкому ковру, пошла вперед. Чувствовала себя шпионом на задании. Да нет, скорее зайцем, готовым в любую минуту дать деру, уж больно не хотелось попасться за этим не совсем пристойным занятием.
Где-то далеко слышались голоса. Я узнала их – это разговаривали Глеб с Рубом. Остановилась, прислушалась – да действительно они. Руб что-то рассказывал – Глеб только бросал уточняющие фразы. Они сами были достаточно далеко, но разговор их слышала отчетливо.
* * *
– Наташа с каждым днем задает все больше вопросов. Я не знаю, что ей отвечать.
– Придумай что-то, правду ей знать еще рано.
– Но это утаить уже не получается. Она сама замечает в себе изменения.
– Догадываться и знать наверняка – это разные вещи.
Пусть пока живет в счастливом неведении. Мужчина закрыл глаза, откидывая голову на спинку кресла. Да, мальчик оказался очень внимательным. Не стоило позволять ему вести исследования.
– Я слежу за каждым ее шагом как вы и просили. Мутация идет слишком быстро и возможный результат предугадать очень трудно.
Глеб вдохнул, в воздухе улавливался тонкий нежный аромат. Как приятно она пахнет! Скорее всего, запах остался на его одежде, после утреннего прощания. Он вдохнул еще раз – глубже и тут же открыл глаза.
– Останется ли она человеком после окончания мутации неизвестно. Все записи того эксперимента удалены - то, что мы о нем знаем, всего лишь частицы правды, обросшие легендами.
– Закрой рот.
– Мне кажется, она имеет право знать, что превращается в оборотня.
Руб, под воздействием эмоций, все же сказал последнюю фразу, и замолк, глядя на разъяренного мужчину.
Глеб по-прежнему сидел в кресле, но уже не расслабленный как всего несколько мгновений назад, а собранный и готов к атаке. От него исходила невероятная сила, от которой просто хотелось спрятаться, а не противостоять. Руб готов был в эту же минуту упасть на пол и прикрыть голову руками.
В кабинете была полнейшая тишина. Учащенные удары сердца молодого мужчины, казались громовыми раскатами. Струйка пота побежала по виску, опустилась на шею и спряталась за воротом рубашки. На шее вздулись жилы, а лицо покрывалось красными пятнами.
Он сболтнул лишнего, когда назвал жену Глеба оборотнем. Но сам же хозяин дома просил называть вещи своими именами. Еще несколько минут назад он хотел попросить биологический материал самого Глеба для анализа. Сейчас радовался, что не сделал этого. Сложно представить, как бы он себя повел в этом случае, если одно предположения о мутации жены так вывело его из себя.
* * *
Я медленно вошла в кабинет, двери бесшумно закрылись за моей спиной. Проклинала сейчас обострившийся слух - благодаря ему, мир рассыпался прахом. Не знаю, что лучше – быть в неведении, но счастливой, или знать всю правду и умирать от боли.