Непримиримая одержимость
Шрифт:
— Он был моей первой любовью, и я так и не смогла отпустить его. Это было давно.
Профессор сжал мою челюсть так, что я почувствовала, как зубы врезаются во внутреннюю сторону щек. Он наклонился ближе, сверля меня бездонными голубыми глазами.
— Имя.
Я попыталась покачать головой, что было невозможно из-за его цепких пальцев.
— Это не важно. Мы даже не общаемся. Важно лишь то, что я не могу его забыть, — сказала я, понимая, что правда неизбежна. — Возможно, всё сложилось бы иначе, встреть я сначала Вас.
Воздух между нами
— Простите. Пожалуйста, просто постарайтесь понять. Я не могу контролировать сердце.
— Тогда я вырву твоё гребаное сердце и скормлю его псам.
Я задрожала от угрозы.
Его пальцы разжались.
— Назови имя, пока я окончательно не сорвался, — произнес он тихо, четко, каждое слово касалось моей кожи, как лед.
Его поза оставалась напряженной, тело застывшим и неподвижным. В воздухе витал особый запах – едкая смесь гнева и решимости.
Я покачала головой, не будучи до конца уверенной, что он не пойдет против собственного брата. Он был подобен животному, готовому устранить любую угрозу, мешающую ему обладать своей самкой.
Его лицо опустело – на него легла маска, скрывшая бушующую внутри бурю.
— Защищать другого мужчину при мне – глупо.
От металлической нотки в его голосе у меня сжался живот. В таком состоянии разум, возможно, полностью покинул его. Я развернулась, готовая рвануть прочь.
Но не успела сделать и шага, как его рука вцепилась в мои волосы, пальцы переплелись с прядями, сжимаясь в тугой кулак. Он дернул, натягивая их у самых корней. Внутри меня вспыхнул какой-то первобытный инстинкт, и я резко развернулась, пытаясь расцарапать ему лицо. Он даже не заметил мою атаку.
Одним плавным движением он схватил меня за запястья и притянул к своей груди.
— Ты – моя, Роза. Мне плевать, кого ты можешь или не можешь забыть.
— Отпустите меня! — Я извивалась, пытаясь вырваться, но его хватка на талии и в волосах была словно железные оковы.
— Ты бы полюбила меня, если бы встретила первым. Ты сама это сказала. Так притворись, что так и было.
Несмотря на бешено колотящееся сердце, я не могла солгать ему.
— Это так не работает.
Хватка в моих волосах сжалась с безмолвной яростью, прежде чем он откинул мою голову назад, обнажив горло. Я впилась ногтями в его руку, царапая напряжённые мышцы. Пальцы сомкнулись вокруг моего горла, перекрыв доступ кислорода. Я мгновенно убрала когти.
Его губы грубо прижались к моим, заставив вскрикнуть. Я толкнула его в грудь, но мужчина остался неподвижен.
Он опрокинул меня, выбив опору из-под ног, и швырнул на пол. Боль взорвалась в затылке, когда я ударилась о твердый бетон с глухим стуком. Но я не могла позволить ей отвлечь меня, поскольку уже знала, что через секунду он навалится сверху. Последнее, чего я хотела, – оставаться рядом с ним. Я уперлась ладонями
— Пожалуйста, профессор Максвелл, — взмолилась я.
— Кайден, — наклонился он, чтобы прошептать у самого горла. — Зови меня Кайден.
Когда его рука отпустила мою талию, чтобы вцепиться в рубашку, я поняла, что остался последний шанс достучаться до него.
— Кайден, пожалуйста, остановись. Ты обещал подождать.
Звук его имени на моих губах заставил его застыть. В глазах мелькнула тень грусти – раскаяние, если я не ошибалась, – потому что останавливаться он не собирался. Это было извинение, которое он никогда бы не произнес вслух.
Вместо этого он сказал:
— Я обещал подождать, если ты дашь нам шанс. Ты тоже не сдержала своё слово. — Его губы скользнули по моей коже, лбу и щекам. — Единственное, что теперь имеет значение, это то, что я люблю тебя, и я перестану любить только тогда, когда кто-то пустит мне пулю в лоб. Я не стану извиняться за то, что делаю всё возможное, чтобы быть с тобой. Если это единственный способ обладать тобой, пусть будет так, потому что я отказываюсь жить без тебя.
Сердце сжалось при виде его пустого взгляда, словно какая-то темная сущность завладела его телом. Одним резким движением он сорвал пуговицы с моей рубашки, рассыпав их по полу.
— Кайден, ты должен остановиться, — прошептала я, отчаянно цепляясь за его человечность. Слезы катились по моим щекам, пока я умоляла его без стеснения. — Пожалуйста, Кайден. Только не так.
Он вздрогнул, горячее дыхание обожгло ухо.
— Мне нравится слышать, как ты произносишь мое имя. — Кайден прижал мои запястья к полу рядом с головой, пальцы впились в нежную кожу, вырывая из меня хриплый вздох.
— Ты делаешь мне больно! — Слова растаяли в воздухе между нами. — Пожалуйста, прекрати! — Мой голос дрогнул.
— Ты делаешь себе только хуже, сопротивляясь, — прошептал он нарочито мягким голосом.
Я полностью замерла – перестала дышать, перестала дергаться. Настоящий страх заморозил мою кровь, когда я заглянула в его пустые глаза. Это был уже не тот мужчина, что лишь иногда переступал границы.
Профессор Максвелл сжал моё лицо ладонями. Его губы вновь грубо прижались к моим с такой силой, что голова снова ударилась о пол. Шок от насилия парализовал меня, когда он ворвался внутрь, не заботясь о том, достаточно ли я мокрая, чтобы принять его. Каждый жестокий толчок сдвигал меня по новому паркету, пока его руки не зафиксировали мои бедра на месте.