Не бойся
Шрифт:
— Извини! — поднимаясь, сказала Люба. Но ее взгляд оставался прикованным к талисману.
— Ничего страшного. С кем не бывает? — И потом все же спросил: — Что интересного ты нашла у меня на груди?
— Забавная вещица. — Люба бережно взяла в руку подковку и перевернула ее обратной стороной. — Здесь, кажется, что-то написано?
Вершков хотел сказать ей, но она опередила:
— «Моей Анюте, от Прохора».
Она не прочитала, но хорошо знала надпись.
— Глазастая! — удивился партнер. —
— У Казаковых зрение стопроцентное! — широко улыбнулась женщина и вновь прижалась к партнеру. Внутри у нее все ликовало. Наконец-то она нашла родного брата. — Где ты приобрел такую оригинальную вещицу? — спросила она, чтобы хоть как-то оправдать свое чрезмерное любопытство.
— Она висит у меня на шее столько, сколько себя помню, и, вероятно, тут кроется какая-то тайна, но родители не успели ее мне раскрыть.
— Может быть, эта подковка хранит тайну твоего рождения? — намекнула собеседница.
— Глупости! — уверенно возразил Вершков. — Мои родители погибли в автомобильной катастрофе.
— Затем детдом, армия, мореходка, загранплавание и вот теперь работа в органах? — Она кивнула на погоны.
— Ксюша рассказала? — предположил мужчина.
— Она. — Люба от души рассмеялась. Поведение Любы казалось Александру странным. Мелодия стихла, и Александр проводил партнершу к столу. Но прежде чем отойти от нее, он поинтересовался:
— Ты сказала, что у всех Казаковых стопроцентное зрение?
— Можешь не сомневаться! — подтвердила собеседница.
— Разве у тебя не фамилия мужа?
— Нет, я оставила свою. Мы так решили!
Она явно бравировала и гордилась.
— Тогда почему у вас с родным братом разные фамилии?
Люба перестала улыбаться и отвела глаза в сторону. А Алексей второй раз за вечер попал в сложную ситуацию по вине женщин.
— У нас разные отцы, — пришел он сестре на помощь.
— Не вечер отдыха, а сплошное выяснение личностей! — вмешалась в разговор хозяйка.
— Вот именно! — поддержала дочь. — Если ты хочешь что-нибудь выяснить, вызывай повесткой и допрашивай. — И она демонстративно отвернулась от Вершкова.
— У всех прошу прощения! — Александр даже встал. — Сам не знаю, что на меня нашло.
В дальнейшем вечер протекал спокойно. Инициативу перехватила хозяйка и сама подбирала темы для беседы. Остальные охотно поддерживали ее. Незаметно наступило время прощаться, и Александр, надев на голову форменную фуражку, поблагодарил хозяев за гостеприимство и прекрасный ужин.
— Я отвезу тебя на машине, — сказала Ксюша.
— На улицах города бдительные гаишники, а ты выпила шампанского, — отказался Вершков.
— С тобой не страшно, ты сам милиционер, — возразила молодая женщина.
— Нет! —
— Ну и ходи пешком, раз тебе так нравится!
— Давайте такси вызовем, — предложила Светлана.
— Да тут пешком — рукой подать. Я благодарен за заботу, но, право, не стоит так беспокоиться. До свидания. — И он направился к выходу.
— Провожу его до калитки! — Ксюша выскочила следом.
— Вот стрекоза, — улыбнулась мать.
— У них серьезные отношения? — спросила Люба.
— Да какие там отношения, — отмахнулся Атаман, недовольный сегодняшним вечером.
— А по-моему, девочка влюблена, — высказала свое мнение Светлана. — Просто отец недолюбливает парня, поэтому и не задумывается серьезно о чувствах дочери.
— Только ментов в нашем роду не хватало, — буркнул Алексей. — Он сегодня что-то вынюхивал, задавал каверзные вопросы. Что у него на уме? Кто знает? — Он бросил недобрый взгляд на жену. — А вдруг ему взбредет в голову покопаться в моем прошлом? Что тогда? Или уже забыла, что я в розыске, и успокоилась?
Его раздражение скользило в каждой фразе, в каждом слове.
— Не причинит он тебе зла! — уверенно произнесла Люба.
— Вот это номер! Тебе-то откуда известны такие подробности о намерении малознакомого человека?
Алексей распечатал новую пачку сигарет и закурил. Он очень редко курил в доме, только когда находился в скверном расположении духа.
— Думаю, что я не ошибаюсь, — без всяких объяснений заверила гостья.
— Можно подумать, что ты знала его раньше. Иначе невозможно всерьез относиться к твоим заверениям.
Мужчина выпустил тонкую струйку дыма. Он заметил такую особенность: когда наблюдаешь за медленным полетом дыма, то нервы постепенно успокаиваются.
— Не исключено, — продолжала Люба интриговать хозяев своими ответами.
— В твоих словах много загадок, — не могла не вмешаться в разговор брата и сестры Светлана. — Мы хотим услышать на них ответы.
— К сожалению, я не могу. Это право принадлежит другому. Но ручаюсь, что ждать осталось недолго.
В комнату буквально влетел обычно медлительный Диксон.
— Всем добрый вечер!
— Ну и разнесло тебя, — невольно вырвалось у Казаковой. Он пропустил ее реплику мимо ушей и после приветствия обратился к Алексею:
— Какого дьявола около твоего двора крутится следователь?
— Я же тебе говорил, что моя дочь встречается с ним. Я запретил ей, но она не слушает. — Алексей почувствовал неладное.
— Зачем приглашать его к себе в дом? — продолжал наседать поздний визитер. — Он узнал меня.
— С чего ты взял? Он тебе что-нибудь сказал?