Не бойся
Шрифт:
— Ты прости меня, мама, но я все равно не могу остаться.
— Я и не настаиваю, только такое важное решение лучше принимать на свежую голову. — Светлана поняла, что между отцом и дочерью пробежала черная кошка, но старалась сгладить конфликт. Она понимала, что убедить дочь не удастся, и старалась оттянуть время, дать ей возможность успокоиться. После разговора с Ксюшей, которая согласилась остаться до утра и все хорошенько обдумать, Светлана отправилась в спальню. Но мужа там не было. Она прошла в его кабинет. Алексей сидел на стуле, облокотившись
— Алеша, — тихонько позвала его жена. Он очнулся и посмотрел на Светлану затуманенным взором.
— Ты звала меня? — спросил Алексей.
— Звала. — Светлана подошла к мужу и положила руки ему на плечи. — Тебе не кажется, что нам есть что обсудить?
— Кажется, — уже осмысленно ответил Алексей.
— Поверь, я не горю желанием касаться больной темы, но ты незаслуженно оскорбил дочь и должен перед ней утром извиниться.
— Но она не может встречаться с этим ментом. С тех пор, как он появился, я чувствую, как надо мной сгущаются тучи.
Светлана недоуменно пожала плечами.
— Но ты сам просил ее пригласить к нам сегодня Вершкова.
— Потому что идиот! Не подумал. Любопытство, видишь ли, обуяло!
— Какое любопытство?
— Послушай, Светик, мы много лет прожили вместе и смею надеяться, что довольно счастливо. — Она не возражала. — Ты никогда не лезла в мои дела, пусть и теперь все останется по-прежнему. Нас обоих такое положение устраивает. Договорились?
— У меня и в мыслях не было, — оправдывалась Света. — Я и понятия не имела, что у тебя какие-то дела со следователем.
— Нет у меня с ним никаких дел! Нет! — вспылил Алексей. — Но все равно тебя это не касается!
— Хорошо, только не нужно кричать.
— Извини. — Он извлек из пачки сигарету и прикурил. — Этот человек очень опасен. Но он умен и умеет расположить к себе людей. Ксюша в него влюбилась, а сестра его сегодня первый раз увидела и уже уверяет, что он не способен причинить нам зло.
— Я не могу знать, что между вами произошло, но мы не имеем права не считаться с чувствами дочери. — Светлана произнесла это таким тоном, словно предъявила ультиматум.
— Или моя дочь выбросит Вершкова из головы, или… — Он так и не решился сказать резких слов. — В общем — это мое последнее слово!
— Я не хочу продолжать разговор, — заявила жена. — Поговорим лучше утром.
— Ничего не изменится. — Алексей затушил сигарету и вышел из кабинета. Светлана задержалась на какую-то долю секунды и последовала за мужем…
Люба лежала в постели с открытыми глазами. Сон не шел, глаза уже привыкли к темноте и хорошо различали все предметы, но обстановка ее не интересовала. Казакова думала: правильно ли она поступила, что не раскрыла родственникам правды. Ей и самой этого хотелось. Но, еще раз проанализировав свой поступок, она в очередной раз пришла к выводу, что будет правильнее, если это сделает мать. Но она видела, что вокруг Вершкова идет какая-то игра, которая может вылиться в драму.
«Я должна ее предостеречь», — мелькнула мысль, и она тут же за нее уцепилась. Женщина протянула руку и щелкнула выключателем бра. Яркая вспышка света ослепила глаза. Она зажмурилась, протерла глаза, не спеша встала с постели, накинула халат и вышла из комнаты.
Настенные часы показывали третий час ночи, но в комнате Ксюши горел верхний свет, а сама она лежала в одежде на кровати, заложив руки за голову. Ее красивое лицо было сосредоточено. Негромкий стук в дверь, больше похожий на шорох, вывел ее из задумчивости. Она поморщилась и нехотя произнесла:
— Не заперто.
Люба бесшумно вошла в комнату, плотно прикрыв за собой дверь.
— Мы можем поговорить? — Непонятно было, предлагала она или спрашивала.
— Что, если перенести беседу на утро? Голова раскалывается.
— Нежелательно. Завтра я уезжаю, и может не представиться возможности поговорить, — мягко, но настойчиво сказала Казакова.
— Ну раз такая необходимость… — Ксюша села и пожала плечами. Жестом руки она предложила молодой тетке располагаться в кресле.
— Я хочу, чтобы ты мне честно ответила, какие у тебя отношения с Вершковым. Только честно. — И она внимательно посмотрела на племянницу.
— Тебе-то зачем? — поинтересовалась Ксюша. Но, не дождавшись ответа, добавила: — Не исключено, что я люблю его. Правда, еще не разобралась полностью в своих чувствах.
— Мой следующий вопрос может показаться тебе нетактичным, но уверяю, что это не простое любопытство. — Люба на какое-то время замялась, но потом решительно произнесла: — Ты уже переспала с ним? — Вопрос был настолько откровенным и неожиданным, что Ксюша не смогла сразу ответить. Тетка же поняла ее молчание по-своему и добавила: — Ну, вы были близки?
Племянница, которая и без того была в скверном расположении духа, собиралась резко ответить и больше не касаться этой темы, но, взглянув на позднюю посетительницу, передумала.
— У меня такое чувство, что разговариваю не с тобой, а с ним. У тебя выражение лица в точности как у Саши. Даже мурашки по спине побежали от такого сравнения, — попыталась выразить она свои ощущения.
— И тем не менее, ты не ответила.
— Зачем тебе?
— Нужно, — коротко бросила Казакова.
Ксюша, изобразив на лице недоумение, сказала:
— Не думаю, что стоит из этого делать тайну. Он очень робок, и пока мы ограничиваемся поцелуями. Все зависит от меня. Но я не пятнадцатилетняя девочка, и рано или поздно это произойдет. — И она замолчала, ожидая объяснений.
— Не делай этого.
— Это еще почему? — повысила голос Ксюша. — Отец его терпеть не может, теперь ты. Вы что?! Сговорились?!
— Напротив, мне он показался очень даже симпатичным. Уверяю, что и Алексей в ближайшее время изменит о нем мнение в лучшую сторону.