Мой прекрасный монстр
Шрифт:
— Зачем скрывать это? — недоумевала я. — Разве не лучше, если все будут знать, что наши миры не находятся в состоянии вечной вражды?
— Ты наивна, — покачал головой Арло. — Мир устроен сложнее. Есть силы, которым выгодно поддерживать разделение, вражду.
— И какое отношение к этому имеем мы? — спросила я прямо. — Как истинная пара?
— Самое прямое, — ответил Арло, глядя на меня серьезно. — Правители обоих миров, как бы они ни топили за равновесие, как бы ни выступали за равноправие, каждый из них пытается перетянуть одеяло на себя. И
Он повернулся к перилам, глядя в ночной сад.
— Это всё показуха, — продолжил он тихо. — Правитель чистых пытается показать свою возвышенность над искажёнными. Эта встреча сейчас — практически плевок им в лицо. Это практически объявление войны. И правитель хочет, чтобы мы с тобой участвовали в этой войне.
— Войны? — я чуть не задохнулась от ужаса. — Что за бред? О чем ты? Но ведь все выглядит таким… мирным.
— Нет, — отрезал Арло. — Правители ненавидят друг друга многие годы. Эти встречи были ещё до того, как правителями стали Магнус и Саймон. Они просто придерживаются традиций, а на самом деле каждый мечтает уничтожить другого.
Его голос стал жестче, в нем прорезалась сталь.
— Я ненавижу искажённых, — продолжил он, и в его глазах полыхнула такая яростная ненависть, что я невольно отступила. — Я с удовольствием помогу нашему правителю в уничтожении этой расы. Они — мерзость, скверна, которую нужно вычистить из нашего мира.
Я смотрела на него с ужасом. Передо мной стоял фанатик, глаза которого горели лихорадочным огнем.
— Прекрасный вечер, не правда ли?
Этот голос заставил меня вздрогнуть. Я обернулась — на балконе, в нескольких шагах от нас, стоял Райт. Лунный свет серебрил его волосы, очерчивал строгий профиль. Он был похож на статую — прекрасную и холодную.
— Не самый лучший, — сухо ответил Арло, и между ними словно протянулась невидимая нить напряжения.
Они смотрели друг на друга как два хищника, готовых к прыжку. Я чувствовала исходящую от них враждебность, густую, осязаемую.
— Я надеюсь, с леди Лирой всё в порядке? — спросил Райт, переводя взгляд на меня. — Вы так внезапно покинули стол.
— Просто небольшое недомогание, — ответил за меня Арло, подходя ближе и обнимая меня за талию. — Ничего серьезного.
Этот собственнический жест был явно демонстративным. Я чувствовала, как напряглись пальцы Арло на моей талии, как он буквально вцепился в меня, словно доказывая свое право.
— Рад слышать, — кивнул Райт, но его глаза потемнели. — Было бы печально, если бы столь важное мероприятие было омрачено… неприятностями.
— Не беспокойтесь, — Арло улыбнулся, но эта улыбка не коснулась его глаз. — Я забочусь о своей истинной.
Он слегка развернул меня к себе и коснулся моей щеки с такой демонстративной нежностью, что я едва сдержалась, чтобы не отшатнуться. Это был спектакль, игра, рассчитанная на то, чтобы задеть Райта, показать свое превосходство.
Я видела, как сжались в тонкую линию губы Райта, как напряглась каждая мышца на его лице. Он был в ярости,
— Истинная связь — удивительное явление, — произнес Райт, не отводя от меня взгляда. — Она не поддается никакому контролю или манипуляциям. Она просто… возникает. И ничто не может ее разрушить.
В его словах звучал подтекст, который, я была уверена, Арло не мог уловить. Это было послание для меня, тайный код, доступный только нам двоим.
— Именно так, — кивнул Арло, и его пальцы еще сильнее сжали мою талию. — Поэтому наши миры должны признать этот факт и двигаться дальше. Истинная связь между чистыми — это знак благословения, знак чистоты и силы нашей расы.
Эти слова были явной провокацией, и Райт это понял. Его глаза сузились, в них мелькнуло что-то опасное, темное.
— Вы уверены, что ваша связь… истинная? — спросил он с легкой улыбкой, которая не коснулась его глаз. — Иногда бывают… ошибки.
— Нет никаких ошибок, — отрезал Арло. — Наша связь подтверждена всеми проверками.
— Проверки могут быть… подтасованы, — заметил Райт, и его голос стал мягче, опаснее. — А вот истинная связь никогда не лжет. Они связаны на уровне, недоступном пониманию других.
Я почувствовала, как холодок пробежал по моей спине.
— Я уверен в нашей связи, — холодно ответил Арло. — И не нуждаюсь в ваших… советах.
Он повернулся ко мне, и его взгляд смягчился, став таким нежным, что я почти поверила в его искренность.
— Дорогая, тебе лучше? — спросил он, касаясь моей руки. — Мы можем вернуться к столу?
Я кивнула, не доверяя своему голосу. Арло повел меня к дверям балкона, и когда мы проходили мимо Райта, тот слегка наклонился ко мне и его дыхание коснулось моей щеки, и я вздрогнула, ощутив тепло его близости. Арло, заметив это, бросил на Райта предупреждающий взгляд, но ничего не сказал.
Когда мы вернулись к столу, атмосфера там была такой же напряженной, как и на балконе. Мелисса смотрела на меня с нескрываемой неприязнью, а правитель искаженных вел непринужденную беседу с Гэлленом, словно не замечая возвращения Райта, который занял свое место рядом с Мелиссой.
Я чувствовала себя марионеткой в чужих руках, пешкой в игре, правила которой мне не объяснили. И что нас ждало дальше в этой опасной игре власти, интриг и ненависти, я не могла даже представить.
Глава 26
Когда мы вернулись к столу, я чувствовала странную пустоту внутри, будто все мои эмоции выгорели и остался лишь холодный пепел. Райт уже сидел рядом с Мелиссой, её тонкие пальцы с безупречным маникюром сжимали хрустальный бокал с рубиновым вином. Она наклонилась к Райту и что-то прошептала ему на ухо, её алые губы почти касались его кожи. Я почувствовала, как внутри всё сжимается от боли — острой, пронзительной, неожиданной для меня самой. Никогда раньше я не испытывала такой жгучей ревности.