Мой прекрасный монстр
Шрифт:
— Простите меня за любопытство, — сказала я садовнику. — Я не хотела тревожить память о госпоже Элеоноре.
Он кивнул, принимая мои извинения.
— Вы не могли знать, мисс. Господин не любит говорить о сестре. Для него это слишком болезненно даже сейчас, после стольких лет. — Он бросил ещё один взгляд на беседку и добавил: — Вам лучше уйти отсюда. И… я был бы признателен, если бы вы не упоминали при господине о нашем разговоре.
Я заверила его, что буду молчать, хотя внутренне уже решила, что обязательно расспрошу
Когда наступил вечер, я с нетерпением ждала возвращения Арло. Моё любопытство перевешивало осторожность, и я решила, что должна узнать правду, чего бы это ни стоило.
Ужин был сервирован в малой столовой — более интимной и уютной. Когда Арло вошёл, я уже сидела за столом. Он выглядел усталым, но безупречно одетым, как всегда.
— Добрый вечер, — произнёс он, занимая своё место во главе стола. — Надеюсь, ты не скучала?
— Абсолютно нет, — ответила я с улыбкой. — Как прошёл твой день? — спросила я, изображая светскую беседу. — Много дел?
— Достаточно, — отрезал он. — Завтра уезжаю на два дня. Рабочая командировка.
— Как жаль, — притворно вздохнула я. — А я только начала привыкать к твоему обществу за ужином.
Его бровь чуть приподнялась, выражая скептицизм. Мы продолжили ужин в тяжёлом молчании. Я обдумывала, как лучше подвести разговор к теме, которая меня интересовала. Нужно было действовать осторожно, чтобы не вызвать подозрений.
— Сегодня я гуляла по саду, — начала я, когда слуги подали десерт. — Он просто потрясающий. Особенно вид на горы.
Арло едва заметно кивнул, принимая комплимент.
— Мать всегда говорила, что правильно выбранный вид из окна — половина удовольствия от жизни в загородном доме, — произнёс он, и в его голосе на мгновение мелькнуло что-то похожее на тепло.
— Твои родители часто бывали здесь? — осторожно спросила я, радуясь, что он сам упомянул о семье.
— Нет, — его лицо снова стало непроницаемым. — Я купил этот дом после их смерти.
— Прости, я не знала, — сказала я, изображая смущение. — Должно быть, это случилось давно?
— Достаточно давно, — отрезал он, явно не желая развивать тему.
Я сделала паузу, делая вид, что наслаждаюсь десертом, а затем решила сделать решительный шаг.
— Знаешь, что самое удивительное в твоём саду? — спросила я с невинной улыбкой. — Эта очаровательная беседка с видом на горы. Она выглядит такой… нетронутой временем. Как будто законсервированной.
Эффект был мгновенным и ошеломляющим. Лицо Арло окаменело, глаза сузились, а пальцы, держащие бокал, сжались с такой силой, что я испугалась, как бы хрупкое стекло не треснуло.
— Ты была там? — спросил он тихим, угрожающим голосом.
Я сделала вид, что не замечаю его реакции.
— Да, случайно набрела во время прогулки. Такое уединённое место, и этот старый шарф на стуле… Ты знаешь, чей он?
Арло резко поставил бокал на стол, вино
— Тебе запрещено туда ходить, — процедил он сквозь зубы. — Это частная территория.
— Но ведь весь сад — твоя частная территория, — заметила я с деланным недоумением. — Чем эта беседка особенная? Она выглядит заброшенной, но при этом всё в ней сохраняется с такой… заботой.
Арло встал так резко, что его стул чуть не опрокинулся. Лицо исказилось от ярости, смешанной с чем-то ещё — болью? страхом?
— Не смей говорить о том, чего не понимаешь, — выплюнул он. — Эта беседка и всё, что в ней находится, неприкосновенно. Если я ещё раз узнаю, что ты была там…
Он не закончил угрозу, но его взгляд был достаточно красноречив.
— Это как-то связано с Элеонорой? — спросила я прямо, решив идти ва-банк.
На мгновение мне показалось, что он ударит меня. Его рука дёрнулась, лицо побледнело, а глаза вспыхнули таким гневом, что я невольно отшатнулась.
Глава 28
— Кто… — начал он, но голос сорвался. Он сделал глубокий вдох и продолжил, тщательно контролируя каждое слово: — Кто тебе сказал это имя?
— Какая разница? — ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, хотя сердце колотилось в горле. — Важнее то, почему ты скрываешь, что у тебя была сестра? И что с ней случилось?
— Не смей, — прошипел он, наклоняясь ко мне через стол. — Не смей произносить её имя. Никогда. Ты ничего не знаешь о ней, о том, что произошло. И я запрещаю тебе даже думать об этом. Эта тема закрыта. Навсегда.
С этими словами он развернулся и стремительно вышел из столовой, громко хлопнув дверью.
Я осталась сидеть в оглушительной тишине, пытаясь переварить увиденное. Никогда прежде я не видела Арло таким… эмоциональным. Обычно он был воплощением холодного контроля, каждое слово и жест — рассчитаны и выверены. Но упоминание сестры сломало эту маску, обнажив что-то глубоко личное, болезненное.
Что же случилось с Элеонорой? И почему её исчезновение стало такой запретной темой?
Вернувшись в свою комнату, я долго сидела у окна, глядя на ночной сад, тускло освещённый луной. Где-то там, в темноте, стояла беседка — хранительница тайны, которая, я чувствовала, могла быть ключом ко многим загадкам.
Но сейчас меня беспокоило другое. Метка на запястье тихо пульсировала, напоминая о связи, которая становилась всё настойчивее. Я скучала по Райту — по его голосу, его прикосновениям, даже по его раздражающей самоуверенности. Мне нужно было увидеть его, поговорить с ним, задать все те вопросы, что скопились в моей голове.
Но как? Я была пленницей в этом роскошном доме, каждый мой шаг отслеживался, каждое движение контролировалось. А завтра Арло уезжает на два дня… Возможно, это мой шанс.