Мой прекрасный монстр

Грант Натали

Я с трудом сделала шаг назад, пытаясь собраться с мыслями. Я скучала по нему эти дни. Скучала так сильно, что физически ощущала его отсутствие как пустоту внутри. Но вместе с тем… память услужливо подкинула образ — роскошный зал, сверкающие люстры, высокие потолки. Круглый стол, за которым собралась элита обоих миров. И там, среди прочих — он. Райт. Сын правителя Искаженных. Наследный принц.

А рядом с ним — она. Мелисса. Его невеста. Ее рука собственнически лежала на его предплечье, а в глазах читалась уверенность

женщины, знающей, что этот мужчина — ее собственность.

Жгучая ревность охватила меня, смешиваясь с обидой.

— Почему ты не сказал мне? — мой голос прозвучал неожиданно холодно и отстраненно.

Райт склонил голову набок, изучая меня с легким интересом.

— О чем именно?

— О том, что ты сын правителя искаженных, — я сложила руки на груди, словно возводя, между нами, барьер. — Я думала, ты просто один из них. Обычный искаженный, который иногда балуется темной магией. А ты… ты…

Я не могла подобрать слов, чтобы выразить всю глубину своего потрясения. Как можно было скрывать такое? Как я могла быть настолько слепой?

Что-то промелькнуло в его глазах — быстрая, почти неуловимая тень эмоции, которую я не успела распознать. Его лицо на мгновение смягчилось, но затем снова стало непроницаемой маской.

— Это имеет значение? — его голос был тихим, почти шепотом, но в нем слышалась сталь.

— Конечно, имеет! — воскликнула я, чувствуя, как горячие слезы подступают к глазам. — Это меняет все! Ты наследник правителя искаженных, Райт. А я… я просто…

— Ты моя истинная пара, — перебил он, его голос стал глубже, темнее. — Это единственное, что имеет значение.

Его слова заставили меня замолчать. Несмотря на все свое возмущение, я не могла не почувствовать, как что-то внутри меня отозвалось на его утверждение — тепло, расползающееся от метки по всему телу, ощущение правильности, неизбежности.

— Ты мог бы сказать мне, — тихо произнесла я, опуская взгляд, не в силах выдержать интенсивность его глаз.

Он подошел еще ближе, и хотя не касался меня, я чувствовала его присутствие каждой клеточкой своего тела. От него пахло грозой и чем-то терпким, древесным — запах, который я уже научилась ассоциировать с безопасностью, несмотря на всю его опасную сущность.

Я подняла глаза, встречая его взгляд, и увидела в них отражение собственной боли.

— Я боялся, — внезапно признался он, его голос стал неожиданно тихим и уязвимым, и это признание прозвучало словно вырвалось против его воли. — Боялся, что если ты узнаешь, кто я на самом деле, то решишь, что вся эта связь — просто какая-то хитрая игра с моей стороны.

Я замолчала, потрясенная этим признанием. Райт никогда не говорил о своих страхах, никогда не показывал слабость. Видеть его таким — обнаженным, не физически, но эмоционально — заставляло мое сердце сжиматься от нежности и боли одновременно.

— Нелепо, правда? — он криво усмехнулся,

и в этой усмешке было столько самоуничижения, что я едва сдержалась, чтобы не обнять его прямо там. — Сын правителя искаженных боится, что какая-то чистая его отвергнет.

— Я не “какая-то Чистая”, — тихо сказала я, чувствуя, как собственные эмоции рвутся наружу, заставляя голос дрожать. — Я твоя истинная пара.

Наши взгляды встретились, и я почувствовала, как что-то внутри меня дрогнуло и растаяло. Как я могла на него злиться, когда вся моя душа тянулась к нему, когда каждая клеточка тела жаждала его прикосновения?

— Мне нужно было знать, — все же продолжила я, не желая так легко отступать. — Это все… усложняет.

— А раньше было просто? — он приподнял бровь, и в его глазах мелькнул опасный огонек. — Искаженный и чистая? Когда наши народы столетиями презирают друг друга?

— Нет, — я покачала головой, чувствуя, как груз всей ситуации снова начинает давить на плечи. — Но теперь… теперь все стало еще хуже. Ты — сын правителя. А я должна была сидеть там, притворяться, что Арло — мой истинный. Видеть, как ты сидишь рядом с ней, такой безупречной и утонченной…

Я осеклась, понимая, что сказала слишком много. Щеки вспыхнули жаром, но я не могла отвести взгляд от его лица, от его глаз, которые внезапно стали темнее и глубже, как ночное зимнее небо.

Райт сделал еще один шаг ко мне, теперь между нами оставалось всего несколько сантиметров. Я чувствовала жар его тела, его дыхание, легкое и контролируемое, в отличие от моего, которое сбивалось от одной его близости.

— Кстати, об Арло, — его глаза опасно сузились, а голос стал тише, почти шипящим. — Как тебе удается изображать счастливую пару с человеком, которого ты терпеть не можешь?

Под его пристальным взглядом я почувствовала себя обнаженной, словно он видел каждую мою мысль, каждое сомнение, каждый страх.

— Не очень хорошо, — я слабо улыбнулась, пытаясь разрядить напряжение, повисшее в воздухе. — Но все слишком заняты политическими играми, чтобы заметить. Даже Арло больше озабочен интригами с Гэлленом, чем нашей “связью”.

Я видела, как напряжение медленно покидает его плечи, как линия его челюсти становится менее жесткой. Его руки, которые все это время были сжаты в кулаки, наконец расслабились.

— А как тебе моя невеста? — внезапно спросил он, и на его лице появилась хитрая усмешка, которая не коснулась глаз. — Мелисса произвела на тебя впечатление?

Его вопрос застал меня врасплох. Воспоминания о прекрасной искаженной с темными волосами и пронзительными глазами всколыхнули внутри неприятное чувство, похожее на кислоту, разъедающую что-то внутри. Она была потрясающей — высокая, грациозная, с таким совершенным лицом, что казалась нереальной. И то, как она смотрела на Райта, с такой собственнической гордостью…