Мой прекрасный монстр
Шрифт:
Райт. Мой Райт. Здесь, среди чистых, за одним столом с правителем.
Наши глаза встретились, и я увидела в его взгляде столько эмоций — удивление, тревогу, предупреждение.
Мне стало физически плохо, в ушах зазвенело, а колени подкосились. Если бы не поддержка Арло, я, возможно, упала бы.
Белый шум в ушах нарастал, а голова кружилась. Я смутно осознавала, что Магнус Росман подошел к нам, обнимая Арло и пожимая ему руку с теплотой старого друга. Затем он взял мою руку, и я почувствовала его прикосновение словно через вату, настолько я была поглощена шоком от увиденного.
— Лира,
Я смогла лишь кивнуть, не доверяя своему голосу. Мой взгляд против воли возвращался к Райту, который теперь сидел неподвижно, с непроницаемым выражением лица, хотя я видела, как напряжены мышцы его челюсти, как ходят желваки, выдавая его внутреннюю борьбу.
Я не понимала, что здесь, черт возьми, происходит. Но одно я знала точно — Райт все-таки сдержал своё обещание.
Глава 25
Я была в таком ступоре, что даже не чувствовала рук Арло на своей спине, когда он повёл меня к нашим местам. Каждый шаг давался с трудом, ноги стали ватными, а в висках стучала кровь.
Мы сидели слева от правителя, напротив… Райта. Я опустилась на стул, не в силах поверить своим глазам. Он был здесь, за одним столом с нами, открыто, без тени, без привычного укрытия темноты. В элегантном черном костюме с серебряными запонками, его тёмные волосы были уложены назад, открывая то лицо, которое я только начала узнавать в полумраке церкви.
Впервые я видела его в ярком свете, без привычной завесы темноты, скрывавшей его в церкви. Его пальцы, длинные и сильные, лениво перебирали столовые приборы, но я помнила, как эти же пальцы нежно касались моего лица всего несколько часов назад.
Метка на моём запястье успокоилась, утихла, как всегда, бывало рядом с ним. Даже сейчас, несмотря на его холодность, на показное безразличие, наша связь оставалась неизменной.
В следующий момент что-то острое и болезненное кольнуло меня прямо в сердце. Девушка, сидящая рядом с Райтом, которую я только сейчас заметила, небрежно коснулась его щеки тыльной стороной ладони, словно имела на это полное право. Этот жест был таким интимным, таким собственническим, что во мне вспыхнула мгновенная, ослепляющая ревность. Ревность, которой я не испытывала никогда прежде — обжигающая, всепоглощающая, захватывающая каждую клеточку тела.
Он посмотрел на неё и немного откинулся на спинку стула. Она что-то шепнула ему на ухо, наклонившись так близко, что её длинные чёрные волосы на мгновение скрыли его лицо от моего взгляда. Я стиснула зубы, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Кто она такая? Почему она позволяет себе такую фамильярность с ним? И почему он не отстраняется?
Она была красива той острой, опасной красотой, которая не столько привлекает, сколько завораживает, как пламя или лезвие кинжала. Выразительные зелёные глаза, подведённые тёмным карандашом, высокие скулы, чувственные губы, накрашенные тёмно-красной помадой. Её длинные чёрные волосы каскадом спадали по спине, а на открытом плече виднелась татуировка — несколько распустившихся роз с листьями и стеблями, пронзённых серебряным кинжалом. Чёрное платье с глубоким вырезом едва прикрывало её
Это была она. Невеста Райта. Та, о существовании которой я знала, но никогда не видела. Та, с которой он до сих пор не разорвал помолвку, несмотря на появление истинной связи между нами.
Горечь и обида поднялись внутри меня приливной волной. Я сидела здесь, рядом с мужчиной, который не был моим истинным, в то время как мой настоящий истинный был по другую сторону стола.
Осознав, что слишком явно пялюсь на Райта и его спутницу, я заставила себя отвести взгляд и начала рассматривать других присутствующих. На стороне Райта сидели ещё двое мужчин.
Первый, сидящий ближе к центру стола, излучал властность каждой клеточкой своего существа. Несмотря на возраст — судя по всему, ему было около пятидесяти — он выглядел внушительно: широкие плечи, прямая осанка, тёмные волосы с проседью на висках. Его лицо, с резкими чертами и глубокими морщинами, хранило выражение постоянного недовольства, но поза была расслабленной — он чувствовал себя здесь как дома, как человек, привыкший к власти и уважению. Его костюм, тёмно-синий, почти чёрный, был скроен безупречно, подчёркивая ширину плеч и узкую талию.
Второй мужчина был значительно старше, с копной белоснежных волос и глубокими морщинами, избороздившими его лицо. Однако в его осанке не было и намёка на слабость — он держался прямо, с достоинством человека, повидавшего многое, но не сломленного годами. Одетый в серый костюм с серебристым галстуком, он излучал спокойную уверенность и мудрость. Его глаза, проницательные и внимательные, постоянно наблюдали за происходящим, не упуская ни одной детали.
— Это правитель искажённых и его советник, — прошептал Арло, наклонившись ко мне так близко, что его дыхание коснулось моего уха. — Правитель Саймон Вэрейнг и его правая рука, советник Эвен. Рядом с правителем искаженных, его — сын Райт.
Информация обрушилась на меня, как лавина. Я едва не вскрикнула от шока. Райт — сын правителя искажённых? Человек, с которым я провела столько ночей в тайных встречах, в чьих объятиях совсем недавно находила покой… был не просто искажённым, а принадлежал к высшей лиге их мира?
Это было слишком, непостижимо, невозможно. И всё же… это объясняло многое — его манеру держаться, его властность, его уверенность в себе.
Моё сердце билось так сильно, что казалось, его стук должен быть слышен всем за столом. Я чувствовала, как кровь пульсирует в висках, а ладони стали влажными от волнения. Мир вокруг меня внезапно стал слишком ярким, слишком громким, слишком… всем. Казалось, каждый нерв в моём теле был обнажён и реагировал на малейшее изменение в атмосфере.
Стол был сервирован с королевской роскошью — хрусталь, серебро, фарфор тончайшей работы. Слуги бесшумно скользили между гостями, наполняя бокалы искрящимся шампанским и подавая изысканные закуски. В
Правитель чистых, сидящий во главе нашей половины стола, поднялся со своего места, держа в руке бокал.
— Сегодняшний вечер, — начал он звучным голосом. — Продолжает традицию наших регулярных встреч, которые, несмотря на очевидные различия наших миров, служат напоминанием о том, что некоторые вопросы требуют совместного решения.