Мемуар. Часть II
Шрифт:
На стоянке было весело. Бой-баба Юлия организовала своих друзей, они купили большую елку, установили её, подключили гирлянду от вагончика. В широком снежном бруствере, с внешней стороны, прокопали ступеньки наверх и горку вниз. Залили её и теперь там катались детишки со всей округи. Только баяна и самовара не хватало. Вместо баяна принесли радиоприемник, самовар заменял мой старый чайник. Поили чаем желающих. Получился такой новогодний мини-городок.
Я в душе корил себя: "сволочь, забрал обогреватель, оставил людей зимой без дров… где они их возьмут, посреди города — миллионника…". Оказалось, что вдоль Исети летом-осенью пилили тополя, да так и не вывезли, что было на отдалении от дороги. Собачники знали в округе — всё. Они, под руководством
Выгуливать собак на стоянке Юля разрешила только при условии, что сразу уберут за собой. Кто не хочет, пожалуйста — за стоянкой тоже место расчищено. Нам нужно было много снега на брустверы, поэтому он сгребался с большой территории и там действительно, сейчас было ровное место, пусть и присыпанное новым снегом.
За мини-городком приглядывал в этот день Слава-Социолог. Они с Олегом установили большое зеркало так, чтобы был виден вход в "Автосалон", из вагончика. Боялись пропустить клиентов, ведь многие не заходили на стоянку, а в вагончик постучаться не догадывались. Хотя ребята даже нарисовали на баннере, от руки, стрелочку. Дескать запись на авто "вот здесь!". "Да, да, именно тут!!!".
Пока что запись на автомобили была не большой, но она была. Хоть тут мы не потеряли клиентов, после явно избыточной рекламной компании.
В общем, у них было весело, я им даже немного позавидовал. И немного расстроился. Оказывается, не очень-то я им всем и нужен… спокойно обходятся без меня…
Юля была дежурной, в новогоднюю ночь. Она с удовольствием брала смены тех, кто по каким-то причинам не мог или не хотел дежурить. Брала с собой сына-подростка, собаку и проводила вечернее время в вагончике, как в собственном доме на природе. Делала с сыном уроки, занималась с собакой, рубила дрова. Когда у неё был выходной — находилась там и днем. Поила людей чаем, рассказывала про "Автосалон", даже взяла один заказ на машину.
Деньги ей, как матери-одиночке, были нужны. А тут такая подработка, рядом с домом. Этим она напоминала мою мать.
Мама тоже воспитывала меня одна, помогать нам было некому. Правда, она не была такой "пробивной", как Юлия. Когда мы жили с бабушкой, её пенсия иногда помогала. Всё равно, вместе жить… выгодней, что ли. Потом времена изменились. Цены росли, а бабушка по магазинам не ходила, в окружающей реальности все меньше разбиралась. Когда мама говорила ей текущие цены на хлеб, молоко и остальное — охала, разделяла мамино возмущение. Но почему-то не верила ей и считала, что мы все чуть-ли на её пенсию живем! Хотя её пенсия и в советское время была не великой, а с либерализацей цен вообще — превратилась в пыль. Хорошо, хоть я подрос, ходил подрабатывать на конфетную фабрику, а летом — на стройку, подсобным рабочим.
Юля была, как и моя мама, инженером. Технологом, на заводе РТИ. Но сейчас у всех заводов дела шли неважно, маленькую зарплату — и ту задерживали. Я может и хотел бы ей как-то помочь, но не находил применения её способностям. Тогда, в пятницу, когда у нас вдруг стали появляться клиенты, она очень помогла. Взяла своего пса на поводок и грозно ходила по стоянке и возле входа, контролируя ситуацию. На следующий день сходила домой и вернулась помогать, хотя я её даже об этом не просил. Естественно, я выписал ей самую большую премию. По табелю у неё было смен больше всех, непосредственно за работу она тоже получила больше других. Рабочий табель, кстати, тоже вела она. Благодаря ей, у меня на столе были актуальные данные. И по собачникам, и по спортсменам. Я не возражал, даже с удовольствием делегировал эти полномочия. Потом вообще чуть не забыл, что это моя зона ответственности. Хорош бы я был, если бы мне пришлось вспоминать, в конце месяца, кто когда работал! До Нового Года сидел бы, рассчитывал зарплату и премию охране. Вместо медового месяца…
Я решил, что по
* * *
Мамы не было дома, поэтому мы заехали к ней на работу. Посетовали, что вот так вот к ней приезжать: она всё время на службе! Повторили свою историю с подвернувшейся путевкой, рассказали, чем занимаемся, сказали, что родители Ани приглашают её к себе домой. Она ни разу еще у них не была, они обижаются. Пускай приедет праздновать к ним. К своим подружкам она не пойдет, так чего ей дома одной сидеть?
Мама обещала подумать, телефон родителей у неё был, но они не созванивались. Пока.
Перед отъездом я вспомнил, что хотел позвонить Нелидову. Передал, через его маму, что мы на турбазе "Хрустальная", в пятом нумере главного корпуса. Если хочет, пусть приезжает с Галей и Гирсовыми туда на Новый Год. Мы — приглашаем! Только со своим спиртным…
Поздравили всех с наступающим и поехали на турбазу. По пути Аня меня спросила: как ребята приедут? У них ни путевок, ни оплаченного ужина, ни места, где переночевать… Я ответил:
— А мы на что? Всё организуем!
— Как? Уже сейчас на турбазе полно народу! Все места — заняты!
— Это-то нам и на руку. За своих сойдут. Что, думаешь мы первый раз такие афёры проворачиваем?! Тем более, что здесь это даже не афёра, а так, шалость. Вот половину стройотряда в скорый поезд посадить, без билетов, это да!
Я уже рассказывал ей эту историю, как мы добирались с "целины". Как отстали от поезда, без вещей, документов и денег, когда вышли в Челябинске. Стояли на перроне, когда подошел другой состав. Из которого вышли покурить два парня в "целинках". Мы подошли к ним, объяснили ситуацию. Они нас поняли, зашли в вагон за своими товарищами. Те высыпали из вагона и мы устроили "карусель". Они выходили и заходили в вагон, кто покурить, кто за пивом, кто за семечками, купленными на перроне. Проводник, стоявший тут же, только головой вертел. Он догадался только, что зашло больше, чем вышло. Для него мы были на одно лицо, а в надписях и наклейках на "целинках" он не разбирался. Пытался считать нас, в вагоне, да где там… Мы шлындали туда-сюда, набивались в одно купе, переходили из одного конца вагона в другой. Он плюнул на это дело и мы спокойно доехали да Свердловска, распевая всю ночь песни под гитару. У входа в вокзал нас ждал свой стройотряд, с нашими вещами. Они даже не сомневались в том, что мы приедем следующим поездом.
Она посмеялась. Спросила, зачем я обманул наших родителей: рассказал о якобы "случайно предложенной кем-то путевке". Поскольку меня обвинили во лжи, мне пришлось на этом примере объяснять свою теорию о "не всей правде".
— Смотри, Анюта. Мы живем на турбазе, а не дома, так?
— Так
— "Случайно" у меня деньги в кармане зазвенели?
— Нет, ты их заработал
— Мы могли "прошляпить" выходные. Не подготовиться к ним. Тогда мы не успевали бы даже считать деньги! Не говоря об оформлении документов, безопасности автомобилей, порядка на территории. Ефрем Павлович мог пустить деньги за машины на неотложные нужды. У нас мог возникнуть спор по поводу моих процентов. Он мне мог их просто не дать, мотивируя это тем, что месяц еще не кончился и все данные не подведены. А если бы у нас угнали машину, или повредили? Увидел бы я эти деньги, или нет? Если бы не продали все машины, случился ли тогда у меня отпуск? Оцени шансы одновременного совпадения всех этих обстоятельств! Только ли дело в том, что я "заработал", другие люди на этот шанс повлияли?