Маленькие тайны
Шрифт:
Семейство Васильевых мы ждали перед их подъездом, сидя на высоком бордюре. Васек смолил, задумчиво пуская дым в небеса, мимо своей сестры, очень недолюбливающей курящих. Я... я поймала себя на том, что кусаю губы, крепко стиснула зубы и стала постукивать носком левого бота, медитируя на раскидистом кусте сирени.
А когда послышался шум и знакомые голоса, подавила волнение и встала.
– Здравствуйте, - поздоровалась, обращаясь преимущественно к маме Васильева, стоящего рядом. Пусть не лыбится так, у меня на его улыбку аллергия. Следом вышел глава семейства.
– О, привет,
– тепло отозвалась женщина, подходя ближе. Смерила Васька, несколько секунд назад щелчком отбросившего недокуренную сигару в кусты, взглядом, останавливаясь сначала на его кольцах и наручах, а потом на слегка подровненной бородке.
– А это...
– Я Василий.
– Решил побыть вежливым кузен. Ручку целовать, как обычно делал с дамами, не решился, просто пожал.
– Приятно познакомиться.
Женщина расплылась в улыбке.
– Арина - и только так! Это, - она показала в сторону укладывающего какие-то вещи в багажник тойоты, - Никита Львович.
– Тут она развернулась, все еще протягивая руку и показала на одну особу, скоромно стоящей все это время возле подъезда. О, так она с ними? Не думала... Еще раз осмотрела девицу. Птичка щеголяла в легком платьице, пиджачке. Каблучки, причесочка блондинистая, красиво нарисованное личико. Куколка. Но явно одетая не для леса - это-то и сбило с толку. И кто она такая? Сестра?
Птичка решила подать голос. Быстро перебирая тонкими ножками, подошла вплотную к Васильеву, обняла его руку и положила красивую головку на обтянутое черной майкой плечо.
– А я Стася. Девушка Илюши.
В абсолютной тишине, наступившей после этих слов, послышался мое: "Кхм". Не удержалась. И пожалела что выдохнула остаток воздуха - его не хватало. Почему-то не могла вдохнуть. Горло перехватило. Васек быстро оценил ситуацию, прочел в моих глазах мольбу и со всей дури обрушил на спину кулак. Едва легкие не выплюнула! Но дышать сразу захотелось, да...
Зачем я посмотрела на него? От непонятного, такого яркого выражения темных глаз стало совсем не по себе. Добил виноватый взгляд мамы Васильева.
Ну ж нет, второго удара Васькиного кулака я не выдержу.
Я спокойна.
Арина засуетилась. Махнула мужу, тот занял водительское место, а сама женщина пошла к нам.
– Ну, ладно, давайте уже садиться!
– Зашла за спины и принялась мягко подталкивать к машине.
– Давайте-давайте.
Ноги как деревянные, и переставлять ими то еще удовольствие. Толчок от братца - и по инерции проделав два широких шага, едва не вваливаюсь в салон, награждаю под охание Арины убийственным взглядом Васька. Тот разглядывает облака и делает вид что не при чем. Стася, продолжая льнуть к Васильеву, мелко захихикала. Что-то она меня раздражает.
Нет. Я совершенно спокойна. Именно так. Только почему продолжает так трясти?!
Арина застыла перед задней дверцей.
– Ох, а как мы теперь все вместе поместимся?..
– растерянно, заглядывая в салон. Блондинка резко активизировалась. Быстро-быстро перебирая ножками, с упорством трактора она протащила Васильева до авто, впорхнула в салон и прощебетала. Противным таким, приторным до зубовного скрежета, голоском.
– Ой, чур я здесь сижу! Илюш, садись
– захлопала она рядом с собой, улыбаясь только стоящему перед ней человеку. Ко мне он стоял спиной, и с чего-то взгляд сверлил Васильевские лопатки. Страстно желая прожечь в них дыру.
Арина бросила быстрый уничтожающий взгляд на Стасю и деловито отодвинула своего сына.
– Илья, не мешайся. Нужно сначала гостей рассадить.
– Повернулась ко мне, одарила ласковым взглядом, что очень насторожило, заворковала.
– Так, Танюшка, давай ты следом, а...
Васек поднял руку, поняв невысказанный вопрос.
– Не волнуйтесь, я посижу в багажнике. Верх ведь можно снять? Будет несколько неудобно.
Конечно верх можно было снять. Васек сразу же залез на свое временное место, но рванувшую меня туда не пустили. Закрутили и заговорили до такой степени, что сама не заметила как оказалась внутри машины. Ровно посередине сидения. Между пыхтящей и толкающейся Стасей и хмурым Васильевым. Что может быть хуже?!
Зря так думала. Впереди ждал самый настоящий ад.
Без понятия, что творилось в хорошенькой Стасиной головке, но мыслительный процесс был активным - по лицу заметно. Она пришла к какому-то выводу, одарила меня полным превосходства взглядом и принялась ворковать с Ильей. Попыталась отодвинуться от острого локотка, но бедро прижалось к ноге Васильева. Рванулась обратно, прижала руки к бокам, сжалась чтобы не касаться посторонних людей. Не передать никакими словами, как ненавижу вот такие контакты с посторонними!
– Илюш, а тебе удобно? Может, водички дать? Твоя мама говорила что в дороге ты всегда очень пить хочешь. Надо? У меня в сумочке есть, сейчас...
– Слова были подтверждены вжиком молнии и шуршанием. Я смотрела строго вперед и старалась абстрагироваться.
– Ничего мне не надо.
Узнаю тон универовской сволочины Васильева.
Копошение прекратилось. Васильев придвинулся ко мне ближе. Повернула голову и угрожающе зашипела. Он понял и отодвинулся. Отвернулась. Все. Нирвана. Я - бамбук. Простой бамбук. Ничего не слышу, ничего не чувствую.
– Что это было?
– напряжение и опаска в голосе Стаси. Нет, у нее слишком писклявый голос, мой мозг не может вычленить такие высокие частоты.
– Илюш, ты слышал шипение? Кто взял кошку?!
– неприкрытый ужас.
– У меня на них аллергия, выкиньте ее немедленно!
Появилось страстное желание выкинуть именно ее. Прямо из мчащейся машины.
– Тут нет никакой кошки.
– А кто тогда шипел?
– плаксиво спросила Стася. Ей никто не ответил. Смутные у меня подозрения...
Тишина для Стаси была слишком скучной штукой, и она решила разнообразить ее своим щебетанием.
– Илюш, а куда мы едем?
– Далеко.
– А как далеко?
– Очень.
Позади послышался Васькин смешок.
Стася не собиралась сдаваться.
– Какой ты неразговорчивый! Мы ведь какую-то траву собираемся собирать, да? А где? Там большой рынок? А там есть какой-нибудь бутик? Мне нужно купить новые носки!
– Мы будем собирать "траву", - выделив последнее слово, чересчур ласково сказала сидящая впереди Арина, - в лесу.