Максим
Шрифт:
Весь городок гудел. На скамейках возле домов кучковались различные группки - то по возрастам, то по слухам, то по грустным функциональным обязанностям. Молодежь также кучковалась, но в основном по возрастам. Какими бы то ни было обязанностями их в эти жуткие часы не загружали. Потолкавшись в этом броуновском движении, одноклассники Светланы решили собраться отдельно. Свою квартиру предложила дочь одного из находившегося в командировке командиров. Постепенно собрали всех, кто был вчера в лесу. В том числе и уже проспавшегося Сергея.
Вот что, ребята, начала хозяйка,
– Нам надо что- то делать. Надо помочь найти этих подонков. Прокуратура и ментовка вначале грешили на Серого. Двадцать одна пара глаз повернулись к вскочившему Сергею.
– Да!
– Возмутился парень.
– Я с ней встречался. Ну и что? Как вы… как они могли подумать такое?
– Мы и не думали. Мы тебя все знаем. Ты не мог. Да и никто из нас просто не смог бы. А менты… Ну надо же им кого- то подозревать. Нас, наверное, всех уже допросили.
– Возникшая тишина подтвердила это предположение.
– И там уже сложилась какая- то общая картина. Давайте и мы вместе повспоминаем. Может, что подозрительное и вспомнится. И не обязательно за ту ночь. Может, удастся чем- то помочь следствию?
– Ты, Танюша, фильмов про следаков насмотрелась. Причем старых советских фильмов, где милиционерам с уставшими, но добрыми глазами, помогает сознательная общественность. Даже нет, даже старых детских фильмов, где плечом к плечу недоносков - бандюганов останавливают участковые и пионеры - зло возмутился Кот. Мне больше про них нравится анекдот про Мойшу: " Вчера был в милиции, убедился в правоте Маркса - битие определяет сознание"- добавил Котов и замолчал.
– Что ты предлагаешь?
– Нечего и предлагать. Без нас обойдутся. Найдут какого - нибудь бомжа и выколотят из него признание. Жаль только, что гусей выпустили - также зло выплюнул Кот. (" один Серый другой Белый два веселых гуся" - и так острили о Сергее с Максом)
– Подождите, - остановила рванувшихся к оратору Сергею Татьяна - Мышка, уставив на Кота свои зеленые глаза.
– Игорь, скажи честно, это правда?
– Что?
– уже не зло, но насуплено пробурчал подросток.
– Это правда, что тебе жаль? Что нашу подругу тебе не ее жаль. И даже не жаль, что все еще не нашли этих подонков? Ты, правда, жалеешь, что твоего невиновного одноклассника, который, может, ее любил, не заставили в этом признаться? Тебе действительно жаль?
– Ну, сейчас получит, - подумалось Максим. Он вспомнил, как в гневе отвешивала эта девушка оплеухи ему. Но Татьяна сдержалась, ударив иначе.
– В таком случае мне тоже очень жаль… Я лучше о тебе думала…
– А ведь за Сергея заступилась, не за меня, - вдруг подумалось Максу.
– Ладно вам. Хотя ты, Танька, молодец. Кто еще разделяет точку зрения Кота? Ясно. Так что, скатертью дорога, котик, мы тебя со своими глупостями не задерживаем.
– Зря мы так, - вступился за своего врага Максим, когда за тем хлопнула дверь. Ему тоже сейчас… Да вы знаете, что с его отцом…
– Одно к другому не относится. И потом… по- моему, тут какие- то личные
– Том и Джерри - прокомментировал Сергей и все невольно хохотнули.
– Давайте, ребята, все- таки повспоминаем. Может, хоть кто- то что интересное припомнит?
Вспоминали много каких- то мелочей, каких- то забавных или грустных, но второстепенных эпизодов.
– Я не могу вспомнить, не знаю ничего, что могло бы помочь найти этих тварей - однозначно промолвил Сергей, больше всех тронутый всеми этими воспоминаниями.
– Серый, - вдруг подал голос молчавший до этого Патрик. Ты знаешь, с кем она встречалась до тебя?
– Ну?
– повернулся к нему Сергей.
– Это все знают. С Немцем из "Б". Но это не он. Точно.
– Все согласно кивнули. Всем была памятна эта история. Немец - высокий рыжий парень из параллельного класса был подающим надежды баскетболистом. И немцем то он стал после того, как засветился в юниорском чемпионате в Германии. Когда Серый вдруг спохватился, что уводят их красавицу - одноклассницу, они дрались "смертным боем". Максим тогда дал своему другу несколько советов, как справиться с длинноруким соперником. Но все вражда на этом и кончилась. К потенциальной звезде липли и другие красавицы, так что Немец зла ни на Серого, ни на Светлану не держал.
– А когда ты с ней… встречался, она ничего такого…э…настораживающего не рассказывала? Может, какие неприятности?
– спросил Патрик.
– Да нет. Мы при встречах больше на… ну, нейтральные темы. Хотя один раз… - запнулся Серый…
– Ну?
– подогнала его уже хозяйка дома.
– Однажды говорила, что познакомилась с интересными людьми. На будущее. Ну, вы же знаете. Она в артистки хотела. Вот и познакомилась с каким- то режиссером.
– У нас? С режиссером?
– Да нет. Это ни к чему случившемуся не относится. Это еще прошлым летом. На море. Как я понял. Этот интересный человек больше за ее мамашей ухлестывал…
Ребята понимающе переглянулись. Да, там было за кем поухлестывать. Смуглая, как цыганка, с такими же черными волосами, немного полноватая, но с удивительно сохранившейся фигурой, кареглазая Любовь Николаевна была предметом воздыхания не одного поколения офицеров. Поэтому тот факт, что к ней клеился еще и некий режиссер, особой настороженности не вызвал.
Вдруг поняв полезность этого сборища именно для него, Максим, наконец сосредоточился, и тихонько прикоснулся к мыслям каждого из них.
– Я вот что думаю, - вставил и он свой пятак в импровизированное дознание. Как бы там мы не говорили, но если кто что и знает… не надо это принародно - то. Даже в фильмах так не делается. Все вместе мы можем вспомнить, кто и где вчера был. Но это, если подозреваем кого из наших. Если нет, то зачем? А по другим вопросам… Я думаю, пусть каждый сам расскажет нашей Кост… Татьяне. А она отберет самое важное и расскажет, кому надо… кто её об этом попросил.
На последних словах Татьяна вспыхнула, но возражать не стала.