Логика тьмы
Шрифт:
На втором этаже оказалось светлее, здесь было больше целых окон. С одной стороны, не так мрачно, а с другой — свет подчёркивал упадок, да и крыше досталось куда больше, чем остальным частям дома. Местами потолок провалился. Наверху имелся небольшой чердак, куда раньше вела очень узкая и крутая лестница в коридоре для слуг, но она давно рухнула, так что визит на самый верх откладывался. Причём как бы не навсегда: сверзиться оттуда сквозь гнилой потолок и свернуть шею — достойный финал блестящей карьеры!
Над комнатой с эркером раньше располагался зимний сад, совмещённый с гостиной.
Второй балкон являлся частью солидного мужского кабинета, которому повезло чуть больше — сохранились шкафы, деревянные панели отделки стен с честью выдержали все испытания. Массивный письменный стол занимал своё законное место. Юстафия на пробу дёрнула один из ящиков — он оказался заполнен какими-то жёлтыми от времени бумагами. Сейчас с этим разбираться не хотелось, но определённо стоило присмотреться внимательнее потом.
Обнаружился ещё один балкон, выходивший в сад и незаметный с улицы. Оставшуюся часть этажа делили между собой три просторных комнаты, каждая со своей уборной, а одна даже с гардеробной — наверное, она предназначалась хозяйке. На удивление, та самая, тёмная, была смежной с ней через ванные комнаты и, очевидно, предназначалась хозяину. В комнатах мебели не осталось.
Подивившись столь старомодному решению, Грач осмотрела глухую стену, но ничего необычного в ней не было — стена как стена. Толстая, но не настолько, чтобы в ней поместился тайный ход.
Удивительно, но на этом светлом и пустом втором этаже отзвуков смерти было больше, чем на первом, только выглядели они странно — растекались неровным фоном по всему этажу, исключая разрушенный зимний сад. Расползались, жались к стенам, словно разогнанная ветром пыль. Сильно размылись от времени? Кажется, чуть выше концентрация была в тёмной комнате, но опять же — не настолько, чтобы опираться на это ощущение.
Что ж, если Лось умер в этом доме, он хотя бы не мучился. Сколько там прошло с его исчезновения, полгода? Более чем достаточно, чтобы рассеялись следы внезапной гибели даже в пустом доме.
— Идём, — решила наконец Грач. — На сегодня хватит.
— Гулять по городу? Ужинать? Или продолжаем работать и показать тебе жильё Осота? Это недалеко.
— Здесь всё недалеко, — отмахнулась Юстафия. — Давай завтра, если у тебя немного дел.
— Да что ты, какое немного? Надо позавтракать, побриться, поздороваться с соседями… — начал сосредоточенно перечислять Вейлен, загибая пальцы.
— Насыщенный график, понятно, — оборвала она. — Значит, часам к девяти я подойду к вашему отделению.
— То есть ты решительно настроена в своём законном отпуске вкалывать? — без удивления вздохнул он.
— Почему вкалывать? — нахмурилась Грач непонимающе. — А, ты думаешь, это рано?.. Давай попозже. В десять нормально?
Подорожник ответил задумчивым взглядом. Показалось или ему действительно удалось её озадачить или даже смутить?
—
— В половине шестого.
— Извращенка, — после пары секунд потрясённого молчания всё-таки припечатал Вейлен и, распахнув дверь, до которой они дошли, жестом пригласил на выход: — Прошу. В таком случае да, я понял, девять — это действительно страшно поздно. Давай в десять, я как раз успею продрать глаза и выпить кофе.
Процедура запечатывания много времени не заняла. Юстафия в это время, стоя неподалёку, разглядывала заросший сад. В его тёмно-зелёной с редкими охристыми вкраплениями глубине угадывалась беседка, но кусты шиповника — или это розы настолько одичали? — и деревья за ними до того разрослись, что без огня было не продраться.
Если подумать, то труп Лося можно было спрятать и там. Сначала где-нибудь в доме замаскировать, пока вокруг аукали его коллеги, дождаться, когда убегут за помощью, и вытащить бедолагу наружу. Или даже не дожидаться. Свидетели, согласно их показаниям, находились на улице, пока не вернулись его искать, а входная дверь оттуда не видна. Участок заросший, на Вольных магов отсюда без потерь не выйти, но всё же…
— Ну что, пойдём смотреть местные злачные места? — бодро предложил Вейлен. — Я знаю, где можно душевно подраться!
— Спасибо, в другой раз, — вежливо отказалась Юстафия. — Я хотела пройтись и подумать, надо уложить в голове впечатления.
— Это ты намекаешь, что я лишний? — улыбнулся Подорожник. — Да запросто. Гуляй. До завтра! Я тогда по злачным местам пойду один, мне туда, — он махнул рукой вверх по Виноградной. — А ты?..
— Туда, — она указала в противоположную сторону.
— К морю, значит? Хороший выбор. Удачной прогулки.
Вейлен протянул руку, которую Грач озадаченно пожала и, развернувшись, зашагала в выбранном направлении.
Чужой взгляд жёг затылок — пока шла вдоль дома Хомяка, пока переходила тихий перекрёсток. Оборачиваться полностью она не стала, задержалась на углу, вроде бы выбирая дальнейший маршрут, мельком бросила взгляд назад…
Подорожника не было. Он не стал, подобно драматическому влюблённому, глядеть ей вслед.
Юстафия обернулась — и ощущение чужого внимания пропало. Заметить кого-то, ведущего себя странно, не удалось. Вновь развернувшись, она зашагала дальше, но таинственный наблюдатель больше себя не проявил.
Опять паранойя? Нет, чутью своему Грач доверяла. Кто-то из особо любопытных жителей окрестных домов? Наверное.
Не предполагать же всерьёз, что кто-то наблюдал за ней из пустого и опечатанного старого дома.
Глава 3. Не хочешь — не верь мне
Мелкий прибой лениво облизывал бледные босые стопы. Вода была настолько холодной, что сводило пальцы, но — странно — в голове от этого прояснялось куда лучше, чем от сигарет, так что Юстафия не двигалась с места и наблюдала, как ноги медленно погружаются в песок. Добавляло удовольствия и то, что пляж был совершенно пустым: для отдыхающих уже поздно, а местные, как обычно, и в сезон-то не купались.