Кодекс молчания

Айран Бай

Сколько накопилось вопросы, на которые я не знала ответов. И, наверное, впервые в жизни я ощутила себя маленькой семнадцатилетней девушкой, испытавшей за свои годы почти все чувства, какие только может отыскать в своем существовании человек. Я сделала даже больше, убив своего же отца. И я не могла разобраться во всем этом, что по-настоящему меня пугало. Все становилось таким сложным с высоты прошедших дней, и чем дальше я удалялась от совершенных поступков, тем больше теряла саму себя в них. Странное бремя легло на мои плечи, такого не было раньше, но теперь с этим ощущением приходилось считаться.

Раскат грома заставил вздрогнуть, оставшиеся дети дико

завизжали и, стремглав, скрылись в косых переулках портового города. Я с удовольствием вот так же убежала бы в эти закоулки, но не могла этого сделать. И если начать перечислять причины, то на это уйдет вся моя оставшаяся жизнь.

На мой нос плюхнулась первая капля еще не разошедшегося в своей силе дождя. Вода была ледяной, и я поспешила натянуть капюшон, пряча обрезанные во время болезни до плеч волосы. Хелл заявил, что они начали отмирать, поэтому ему пришлось поработать ножницами, хотя я подозревала, что бастарду было просто утомительно ухаживать за ними. Тем более в плену они превратились в некое подобие спутанных водорослей и гнилой соломы, даже не знаю, как служанка разобралась с прической, когда в моем теле была Подделка. Может, это даже ее заслуга, я не вдавалась в подробности. Да и не сумела бы этого сделать, даже если бы захотела. Разговор с Хеллом то и дело откладывался на лучшие времена, так что советник до сих пор жил в неведении того, что провел ночь не со своей королевой, а со своим потенциальным врагом. В объяснения я пока что не вдавалась, но осознавала тот факт, что тянуть дальше просто нельзя. К тому же и опасно. Конфликт между бастардом и королем все разгорался. Видимо, оба через нашу странную тройную связь ощущали то, что чувствуют ко мне в отдельности. И это пугало. Видимо, они считали друг друга конкурентами, хотя этого явления в принципе быть не могло. Силенс мой муж, и, пожалуй, этим все сказано.

Дождь усиливался, и я начала промокать, нервно ежась под шерстяным плащом. Возвращаться в замок предстояло пешком потому, что Хеллу вдруг взбрело в голову прогуляться на свежем и морозном осеннем воздухе. Что ж, моя простуда яро напомнит ему о том, какой он глупец. Я неспешно шла по причалу к рынку, где сумела сбежать из-под зоркого взгляда моего негласного надзирателя, заприметив вдалеке неясную из-за стены дождя темную фигуру. По мере приближения размытая черная клякса превращалась в слегка разозленного бастарда. Он был недоволен и моим бегством, и тем, что позволил мне сбежать, не уследил. Но под открытым небом читать нотации Хелл мне не стал, только сверкнул своими малахитовыми глазами с яростью дикого зверя и, потянув за рукав моего плаща, потащил меня в сторону замка, будто я могла забыть туда дорогу.

Его недовольное сопение пробивалось даже сквозь шум ливня, но советник продолжал упорно тащить меня к Дейсту, да я особо не сопротивлялась. Слабость охватила мое тело, утомление было такой силы, что у меня запульсировало в висках, и я не понимала причины такого своего состояния. Так что в какой-то степени я была благодарна крепкой руке на моем запястье, которая вела меня вперед. У ворот стражники проводили нас заинтересованными взглядами, но не думаю, что бастард позволит распространиться слухам, так что волноваться не о чем. Все же немного неприятно вернуться в собственный замок под конвоем своего же советника. Он ощутил мое негодование и только ощерился, демонстрируя белоснежные зубы.

Хелл привел меня в комнату, где мы собирались в дорогу, где были уложены и собраны седельные сумки. Повелительно указав на скамью у окна, бастард поспешно начал расфасовывать свои

покупки, чем вызывал мое удивление.

– Неужели ты хочешь отправиться в такую погоду? – фыркнула я.

Странный взгляд исподлобья заставил поежиться.

– Именно ее я и ждал, моя королева.

– Дарк и Лайт! – воскликнула я.- Но зачем? Ты хочешь умереть от воспаления легких?

Ехидная ухмылка. Так привычно.

– Нет, Эв, я хочу лишить псов Монтэи пойти по нашему следу. Дождь смоет запах, и они…

– Псы? Запах? Монтэя? – односложно начала спрашивать я.

– Слишком долго, - отмахнулся Хелл.- Теперь мы должны ехать. Где твой ненаглядный Коктон?

Кто-то сдержанно кашлянул в дверях. На пороге стоял Ворнинг. Его белесые мокрые волосы облепили лицо, он был так не похож на себя, что мне тут же захотелось его обсушить. К сожалению, бастард не позволит нам такой роскоши, как приветливый огонь в камине в ближайшие несколько дней.

– Я здесь, - непритязательно бросил капитан, обтряхивая воду с плаща.- Вы сошли с ума, мэтр. Наши лошади утонут в грязи, ведь это последний дождь перед зимой.

Хелл поморщился.

– Живу я в Дейстроу несколько дольше, чем ты, Коктон, - повелительно бросил бастард.- И я прекрасно знаю, что нам придется нелегко, но, пожалуй, лучшего момента нам не дождаться. Пора уже сбить Монтэю с намеченного плана и вернуть Йелоусанда в мирное состояние. Иначе он будет являться Правительнице хорошей подмогой в решении вопроса нашего уничтожения.

Бастард говорил так уверенно, что нам с капитаном осталось только молчаливо согласиться и закончить собираться в пути. Хелл нас поторапливал и весь будто дрожал от нетерпения.

Я была недовольна тем, что мой Шудо стоял неоседланный. Обворожительная и едкая улыбка Хелла могла бы умаслить любого, но не меня. Я уже привыкла к тому, что этот плут пытается свои поступки оправдать врожденным обаянием.

– Ты поедешь на Меченом, - сообщил бастард, мотнув подбородком в сторону своего строптивого жеребца.- Он привык к тяжелой дороге, мы с ним не один такой шторм провели вместе.

– Но…

– Без возражений, - отрезал Хелл, отворачиваясь к другой лошади, которую он выбрал для путешествия. Коктон только виновато пожал плечами, принимая тот факт, что его бывший наставник прав.

Жеребец недовольно зафыркал, когда я к нему приблизилась, немного покачивая большой ушастой головой. Шрам над левым глазом меня удивил, но при близком рассмотрении шкуры коня я понял, что он далеко не единственный. Меченый действительно сопровождал бастарда в самых сложных ситуациях, можно сказать, был боевым конем, так что я расслабилась. Все-таки не хотелось подвергать опасности моего Шудо, который привык к спокойной, размеренной жизни в стенах конюшни.

Мы закончили сборы достаточно быстро и вскоре вышли под ледяной дождь. Вода пока что не пробиралась под плотный плащ, но видимая сухость вскоре падет пот натиском стихии. Мне, конечно же, претила мысль о таком некомфортабельном путешествии, но Хелл был Волхвом, значит, он знал больше о планах и действиях Монтэи, чем мы, а значит, приходилось ему безропотно доверять. Хотя все-таки решение его немного пугало, потому что чувствовала я себя ужасно. Головокружение началось, стоило нам выехать на дорого, постоянно покачиваясь в седле, я начала ощущать тошноту, но жаловаться не хотелось. Бастард настороженно поглядывал на меня через плечо, но я не могла разглядеть выражение его лица из-за плотной стены дождя. Силуэт Коктона вырисовывался где-то поодаль, его конь немного отставал от ритма, заданного нами.