Каролина

Соммер Мэри

– Пони вместо меня? Благодарю покорно, Лэнсо.

– Это будет самый покладистый и красивый пони во всей Мидфордии!

Он завёл мою ногу себе за поясницу, но искушать больше не стал, просто положил голову мне на грудь. Одной рукой я перебирала его волосы, другой – гладила спину. Как и всегда, Лэнсо первым стал проваливаться в сон. Я слушала его дыхание – тихое, мерное, как будто счастливое – и улыбалась. Пальцы нащупали рисунок на спине и по кругу, через все стороны света, обрисовали знакомые символы.

– Оно всегда со

мной, рядом с сердцем, – пробормотал Лэнсо сквозь сон.

Я уткнулась носом в его макушку.

– Скажи, как оно звучит, – попросил он уже в который раз.

– Не могу, в нём слишком много силы.

– А если… – Лэнсо подтянулся на локтях и навис надо мной. – Если мне нужно будет позвать тебя?

Я коснулась пальцами его губ.

– Позови меня Каролиной.

Сон улетучился. Мы снова целовались, и снова этой ночью мы бы любили друг друга, но раздался стук. Я вздрогнула. Лэнсо откатился и набросил на себя одеяло.

– Притворись, что спишь. – Он поймал мою руку.

– А вдруг что-то важное?

Стук повторился.

Я спешно запахнула халат, выдохнула несколько раз и на цыпочках подошла к двери.

– Каролина, – позвал он шёпотом, когда мои пальцы уже сомкнулись вокруг ручки.

– Что?

Лэнсо по-мальчишески тряхнул головой и прошептал:

– Ничего. Просто зову тебя Каролиной.

???·

В гостиной тоже горели свечи.

Силуэт Куары размазался на фоне огня в камине, и я ждала, когда смогу чётко его разглядеть. Да, седых волос стало больше. Сознание вернулось сразу. Телу нужно было ещё немного времени, чтобы заново научиться чувствовать.

Они заметили, что я пошевелилась. Куара метнулся вперёд и чуть не перелетел через кресло, но сказать ничего не смог, будто сам всё забыл. Я выпрямилась. Рука потянулась к щеке и смахнула остатки слёз, ещё тех. Вторая неосознанно ощупывала живот. Вроде сухо, вроде не больно.

– Верно ли я понимаю, Куара, – начала я тихо, вспоминая и узнавая свой голос. – Что ты отправил беглецов из Нуррингора, которых вот-вот начнут искать, в мой бордель – к мои девочкам?

Дёрнувшись от неожиданности, Куара быстро переглянулся с Охотником.

– Это она помнит, уже хорошо, – утешил он его и себя. – Да, Каролина, видишь ли… Когда я о платье с париком договаривался, Дэзи сама предложила.

– Конечно, Дэзи предложила, она никогда не славилась осторожностью! – Говорить, нужно всё время говорить, иначе мысли разорвут голову. – Айвор до сих пор им покровительствует? И псы его у входа дежурят?

Куара смутился, но всего на секунду.

– Знаешь, как говорят, спрячь на самом видном месте…

Он отошёл к шкафу и принялся перебирать бутылки. Кажется, там не успокоительные настойки хранились, а напитки покрепче.

– Куара? – Я обратилась к его спине,

но так было даже легче. – Тогда на сторожевой башне… это не мы, это не наша вина.

– Догадался уже, – бросил Куара, не обернувшись.

Вернулась тишина, вернулась мельница с её шумными лопастями, вернулись мысли. Мне ничего не оставалось, как повернуть голову.

Охотник всё ещё стоял там на одном колене и смотрел на меня снизу вверх.

– Каролина, – позвал он шёпотом.

Я вздрогнула, прямо как тогда.

– Что?

– Ты помнишь, кто ты?

Где-то рядом Куара замер с бутылкой самого крепкого вина. Где-то очень далеко королева стояла перед зеркалом и жалела – о, клянусь именем Богов! – она жалела, что позволила мне уйти. А в моей голове, в жужжащем рое мыслей, каждая пчела находила свою соту и затихала.

– Я Каролина. – Веки дрогнули, воздух наполнил грудь. – Дочь гранда Фьери и воспитанница короля Ромеро. Боги назвали меня именем чародеев, которое хранится… хранилось в книге на острове Фэй. И на твоей спине.

Из пальцев Куары с грохотом упала и разбилась вдребезги бутылка, но в этот раз никто не испугался.

– Ты помнишь это имя?

Я мотнула головой, а Охотник кивнул.

– А ты помнишь, кто я, Каролина?

Оранжевые блики струились в его волосах. Я запустила в них пальцы, и какое-то другое колдовство отправило меня назад в прошлое. Ресницы задрожали – за пеленой невысохших слёз разгладились морщинки вокруг его глаз. Взметнулась в воздух пыльная простыня, и память заново писала портрет в пустой раме.

– Ты Лорэнсо, племянник короля Ромеро и законный правитель Мидфордии. – Я сползла с кресла и встала на колени напротив него. – Лэнсо. Мой муж.

Глава 3.1 – Вина Шёпот

На Бузинной улице было тише, чем в других кварталах. Случайно или намеренно, всеобщее веселье обходило стороной и храм, обитель праведности, и другое знаменитое место через сотню шагов. Обитель греха.

Я потуже затянула на затылке ленты от маски и скосила взгляд на Лэнсо. Его – золотистая в форме солнца – скрывала почти всё лицо. В праздничном костюме вместо мундира (или тюремной робы) он стал неузнаваемым даже для королевского судьи, не говоря уж о рядовых нуррингорских псах.

Но пока мы таковых не встретили. Ни один не дежурил сегодня под плотно зашторенными окнами, никто не ошивался под дверью. В праздничную ночь, сулящую тройную выручку, бордель был закрыт для гостей.

Пробираться на задний двор я не стала – подошла к главному входу с улицы. Как там Куара говорил? Спрячь на видном месте.

Я постучала, но громкий смех из соседнего переулка поглотил звук. Я постучала снова. Прошла минута, прежде чем с другой стороны раздались шаги.

– Мы не работаем сегодня, – сообщил мне раздражённый женский голос.