Карнвеннан
Шрифт:
К вечеру ветер усилился. Он прогнал смог вглубь материка, к Гуанчжоу, и принёс тёмно-серые тучи, скрывшие шпили небоскрёбов. Ливень грозил затопить Гонконг, как когда-то Венецию. В такую погоду Дровер остался бы в капсуле — выспаться, отвлечься от воспоминаний.
Но пока он дрожал и кутался в вонючее одеяло, пришло письмо от Цили: срочно надо было поговорить. Она писала, что за кучей мусора где-то в переулке было устройство связи с кодовой панелью, и, набрав «823», можно было связаться с торговкой. Теперь хакер, мокрый насквозь, плёлся в нужное место.
Его схватила за рукав какая-то девушка, скрывавшая пол-лица:
— Пошалим? —
— Извини, спешу… — пробормотал Дровер, вырвался и зашагал дальше.
— Ну и вали, сраный гвайло! Импотент хренов! — донеслось ему вслед.
В таком городе нелегал-иностранец был хуже мутировавшей проститутки.
Если бы не подробный план, нужный переулок нашёлся бы вряд ли. Пришлось петлять по узким улицам, обходить горы мусора и пробираться мимо остовов старых домов. Наконец, Дровер пнул груду размокшего картона и под ней обнаружился странный предмет, накрытый пластиковым коробом. В его центре был чёрный диск с прорезями — в них виднелись цифры от 0 до 9. Витой шнур соединял корпус с продолговатым элементом, загнутым с двух концов. Ещё один тянулся у стены и сплетался с другими у крыши. Дровер приподнял короб, взял верхний элемент аппарата в руку и услышал в нём гудение — в верхней части явно был динамик. С цифрами он разобрался быстро: стоило лишь понять, что диск вертится лишь в одну сторону. После кода «823» прозвучали гудки покороче, а потом раздался голос Цили:
— Привет, Дровер.
— Привет. Это что, радиостанция?
— Лучше: проводной телефон. Раритет из двадцатого века.
— Телефон? — удивился хакер. — Но он же без экрана… Это чтобы в Сети не отловили?
— Да. Давай к делу — мало времени.
— Хорошо. Мы не договорили тогда.
— Условия те же. Ты взламываешь кое-что для нас и заливаешь туда наши файлы — мы достаём лекарство. Но раз вас с Абхишеком ищут серьёзные люди, я пришлю машину.
Дровер на миг умолк, решая, задать ли мучивший его вопрос — или пока повременить. Но всё-таки не удержался:
— Цили, а почему я? У вас что, своих хакеров нет?
— Как тебе объяснить… Ты не задумывался, почему тридцать миллионов живут в дерьме, но ничего не хотят менять? Даже жалоб не пишут.
— Было дело.
— Так вот. Каждый раз, когда человек заходит в Сеть, она промывает ему мозги. Внушает бредни про «Гонконгскую гордость» и «верность правительству», мол, что бы ни случилось в твоей жизни, виноват только ты — так что возьми себя в руки и сделай себя лучше… И люди покорно работают, размножаются и дохнут. Как корпорациям и хочется.
Дровер даже раскрыл рот. Тяжело было выслушать столь безумное объяснение. Оно походило на теории заговоров про инопланетян и тайные общества… И всё-таки что-то в нём было. Если смерть в виртуале могла убить мозг, почему жизнь в Сети не могла этот мозг промыть? Полным погружением пользовались почти все: оно было дешёвым, в нём всё делалось быстрее…
А нет, не все. Эдвард Хо, глава «Ян Ван», всегда одетый в традиционный гонконгский наряд, в Сети не появлялся: его выступления были записями на аватаре. К слову, другие боссы вели себя так же. Хакер думал раньше, что это имидж такой — некий способ показать, что они «стремятся к истокам». А оказывается, всего лишь остаются в здравом уме.
Но вообще — всё равно. Дровер был готов поверить хоть в промывку мозгов, хоть в рептилоидов, хоть в Ктулху — за честный обмен.
— Ладно,
— Ха! Тебе понравится, — хохотнула Цили и назвала сетевые адреса. Хакер понятия не имел, что за ними скрывается.
— Это, конечно, круто… — протянул он. — Но что там?
— Сублиминальные ретрансляторы. Те самые штуки, что промывают мозги.
— Эм-м… Как-то всё просто звучит, — Дровер почесал затылок. — Корпы же не идиоты, чтоб оставить их на виду.
— Нет, не идиоты. Без прямого адреса туда не попасть. И айсволл там такой, что случайного умника поджарит на месте. Но не тебя — ты же мастер, так ведь?
— Да… — неуверенно протянул хакер. — Ладно, предположим. И что, я оставляю там ваши подарочки — и всем тут же счастье даром и никто не уходит обиженным?
— Не совсем. Во-первых, важно, чтоб никто не узнал, что ты там был. А во-вторых… — Цили на миг умолкла. — Впрочем, не забивай голову. Это наша забота.
— Хорошо, договорились. Надеюсь, хоть за файлами не придётся ломиться на какую-нибудь помойку.
Дровер принял это решение ещё до того, как выйти из дома. Все вопросы скорей набивали ему цену — пусть и в своих же глазах. Так-то вариантов спастись было мало, а желающих помочь — и того меньше.
— Не придётся. Готов записывать инструкции?
Он был готов.
За следующие два часа он использовал кучу разных паролей, исследовал десяток узлов и чуть не сломал мозг, расшифровывая и тестируя их. Проверять было необязательно, но разве можно слепо доверять «Единству». Ходило немало историй о коллегах, которых заказчики хитрыми вирусами пускали в расход. Дровер знал, куда грузить эти файлы, и разбирался в языке, на котором они были написаны, но так и не понял, что они делают. Ни одна проверка не показала чего-то опасного, а строгая красота кода и чёткое следование архитектуре говорили об уровне их создателей. Хакер знал о «Единстве» мало, но сомневался, что кучка повстанцев могла сделать нечто подобное. Им явно кто-то помогал, но кто — неясно.
Вскоре друзья уже сидели в переулке у магазина Присциллы, и Дровер готовился зайти от её маршрутизатора в Сеть. Совсем не хотелось спать в эту ночь: охватило возбуждение, как от кокаина, и заставило лихорадочно работать, подавляя страх. Риск был больше, чем прежде. А если приступ накроет в Сети? А если порошок прекратит работать на миг? В памяти снова всплыл тот неизвестный противник, убитый в прошлый раз. И вместе с ознобом пришло понимание: стоит быть осторожнее и отступать, когда нужно. А получится ли? Когда находишься на грани того, чтобы сдохнуть или стать овощем, найдёшь ли время подумать о других?
К чёрту. Главное — выжил тогда, значит, выживет и сейчас. Остальное — лишь чушь, отвлекающая от цели.
Хакер вдохнул по щепотке порошка в каждую ноздрю, сплюнул горькую слюну, кивнул Абхишеку и подключился. Всем показалось бы, что хакер сейчас где-то на острове Ламма. Он подождал, пока рекламные боты перестанут замечать аватар, и перенёсся к первому из четырёх адресов. Возник серебристый куб, и Дровер обрадовался, что в виртуале большинство чувств выключалось — а то прошиб бы холодный пот и задрожали бы руки. Хакер сразу узнал ту защитную систему, что чуть не убила его в дроне. Теперь всё было по-другому. Получилось просканировать куб, решить головоломку, дать фигуре развернуться в бесконечную стену… и просто пройти сквозь неё. Чемпион не вышел на ринг — и претендент забрал пояс без боя.