Хозяин острова Эйлин-Мор
Шрифт:
– Пирсон, отправьте кого-нибудь на бак, пусть пошарят прожектором вдоль береговой линии.
Фокс прильнул к окулярам и едва удержался от удивленного возгласа. В кабельтове от берега стоял человек, он застыл вполоборота к приближающемуся кораблю. Несущиеся по небу тучи мешали хорошо рассмотреть его, но опытный глаз моряка сразу уловил несоответствие: он был невероятно огромным. Опустив взгляд ниже, Фокс заметил еще несколько людей, стоящих между великаном и берегом. Их головы не доставали ему до колена.
– Вы когда-нибудь такое видели, Маккуинси?
–
– Существо из глупых суеверий ваших земляков?
Старпом пожал плечами:
– Других предположений у меня нет.
Кто-то из матросов добрался до рукояток прожектора. Его луч скользнул по косматой голове, пошел в сторону берега, потом рывком вернулся. По палубе пролетел потрясенный вздох. В полумиле по курсу на одиннадцать часов стоял длинноволосый человек ростом не меньше тридцати футов. В бинокль Фокс в подробностях видел его лицо: зло сощуренные глаза, нос картошкой и огромную пасть, от уха до уха, утыканную акульими клыками.
– Вахтенный! – сказал капитан, не отрываясь от окуляров. – Матроса Уильяма Этвуда – в орудийную башню главного калибра. Командиру орудийного расчета временно передать обязанности Этвуду.
Вахтенный не сдвинулся с места. Фокс опустил бинокль.
– Пирсон, вы оглохли? – тихо спросил он, не оборачиваясь. – Выполнять. Матросу Этвуду передайте на словах: в голове этой твари – его офицерский патент.
Когда стих стук башмаков по трапу, старпом заметил:
– Рискованный шаг, сэр.
– Бросьте, Маккуинси, – ответил Фокс с уверенностью, которой не испытывал. – У нашего канонира опыт, а у этого парня – талант и сказочное везение – то, что надо для твари из ваших северных побасенок.
Глава 28. МакАртур
«Энсон» полз как черепаха, и приходилось приноравливаться к его скорости, чтобы наблюдатели на борту не теряли меня из вида. Странная медлительность Хозяина не укрылась от моего взгляда, и я молился Богу, чтобы канониры «Энсона» были достаточно сообразительными и меткими.
Мои надежды были столь призрачны, что оставалось только уповать на чудо. Чтобы уничтожить чудовище, нужно еще более страшное чудовище, а никого более грозного, чем линейный корабль Его Величества, в округе не было. Когда море вокруг меня вдруг потемнело, я понял, что на «Энсоне» увидели цель. Свою роль я выполнил, следующий ход – за королевским флотом.
Весь мой план состоял в том, что его не было: одни предположения и надежды. Я самонадеянно верил, что множество случайностей сложатся в мою пользу. А может, думал, что Господь не упустит возможности уничтожить соперника, вторгшегося в Eго царство. Я ушел в глубину и что есть мочи помчался к гроту с пленниками. На исход дуэли линкора и чудовища я повлиять не мог, а время играло против меня. Кроме Хозяина, был еще Нэрн и остальные охотники.
Когда я подплыл к решетке, запирающей грот, перед ней на скале сидела Лорна.
– Так и знала, Дон, что ты сюда придешь, –
Я прислушался к ощущениям: мы были одни на несколько миль, – подплыл ближе, готовясь свернуть голову вздорной старухе, если она попытается мне помешать. Лорна криво усмехнулась и подалась в сторону.
– Я б с тобой в покер сыграла, зятек, – сказала она ехидно. – Оставила б без штанов. Дети не отвечают за родителей, Дон. Шонни не должен был гибнуть из-за твоей сентиментальной глупости, а мелкие засранцы из Мангерсты – из-за трусости взрослых. Они не заслужили смерти в зубах Хозяина. Я с тобой, Дон… – Она замялась. – Если правильно поняла, что ты задумал.
– Правильно, – буркнул я. – Помоги отодрать эту чертову решетку. У меня сил не так много, как у Хозяина.
Мы вцепились в толстенные прутья и уперлись ногами в скалу. Когда в глазах от натуги поплыли белые круги, решетка немного сдвинулась, и мы перевели дух.
– Рванули? – спросила, отдышавшись, Лорна.
Я молча кивнул. Мы дернули еще раз, и решетка сдвинулась достаточно, чтобы в щель прошел человек. Я пролез в грот, а Лорну оставил сторожить снаружи. Не теряя времени, я вынырнул на воздух.
Слабый свет от узкой дыры высоко над головой едва разгонял темноту. На широкой каменной террасе сгрудились дети, все восемь, и я мысленно возблагодарил Господа за то, что никто из них не захлебнулся. Перед ними, закрыв их спиной, стоял матрос, и я сразу узнал его. Это он спас девочку в бухте Бенбекьюлы, его жизнь я продлил ценой жизни другого пленника. Его спасшиеся товарищи стояли поодаль с воинственным видом, но я видел, как дрожат их губы. Храбрец, имени которого я еще не знал, стоял с занесенной над головой глыбой, готовый обрушить ее на любого, кто попытается приблизиться. Я поплыл по кругу, не приближаясь и не удаляясь. Он напряженно всматривался в темноту.
– Как тебя зовут? – спросил я.
Лицо матроса вытянулось от удивления.
– Мартин Шелби, сэр, – ответил он, но камень не опустил.
– Мартин. – Я подплыл к дальнему краю террасы. – Я сейчас вылезу из воды. Ты можешь держать свой булыжник, если тебе так спокойнее, но он не причинит мне вреда. Если б я хотел вас убить, не стал бы разговаривать. Ты это понимаешь?
Он растерянно кивнул.
Я ухватился рукой за каменную кромку.
– Мартин, – сказал я. – У тебя и твоих товарищей есть возможность выжить и даже обрести свободу, но мне нужна твоя помощь.
– Почему я должен тебе верить?
– Почему нет? Ты уже знаешь, что происходит с теми, кого отсюда забирает Хозяин?
– Не знаю, – буркнул Мартин. – Знаю только, что никто не вернулся.
Я покачал головой:
– Тебе очень повезло, приятель, что человеческий слух слаб и ты не слышал, как громко и долго они кричат, пока Хозяин ест их живьем, выгрызая мясо, кусок за куском. Я не хочу такой участи для детей за твоей спиной. Сейчас Хозяин отвлекся на игру в прятки с военным кораблем и ему не до вас. Но как только он освободится, вернется сюда: голодный и злой. Лучше, если вас тут уже не будет.